Это было жаркое, жаркое лето - Князев Алексей - Страница 165

— Готово! — объявил Сергей, закончив пеленать полубесчувственные тела. — С кем из них желаете поговорить, сэр?

— Давай-ка с этим. — Чиж кивнул на седого, заметив, что взгляд того уже начал приобретать осмысленность. — Одного мы уже слышали. Тот кроме своего любимого «нельзя» ничего не знает. — Он имел в виду беззубого. — Интересно бы голосок второго оценить. — Ну… — Он присел на корточки перед своим избранником, который сидел, прислоненный спиной к колесу автомашины, вытянув по земле ноги. В точно такой же позе пребывал и второй, только ему в качестве спинки было предложено другое колесо автомобиля. — Давай, рассказывай, не держи в себе. Поделился своей проблемой, глядишь и легче стало, — вроде бы на полном серьезе втолковывал он седому, одновременно похлопывая его ладонью по щекам. — Говори! — уже рявкнул он грозно, уловив, что тот окончательно пришел в себя.

— Что говорить? — нехотя разжал рот седой. — Что тебе надо?

— Ничего особенного я от тебя услышать не ожидаю, — признался Чиж. — Я ведь и так почти все знаю. Ты давай по мелочам пройдись, чего там ваши паханы между собой не поделили, сколько вас, каково настроение личного состава и вообще… Давай! — Он опять небольно стукнул его по щеке.

— Да пошел ты, козел, — неожиданно выдал седой. — Я таких как ты… — Он не договорил, потому что мощный кулак Чижа стремительно врезался в его раскрытый рот, проваливая внутрь зубы. Потом еще и еще раз. Когда голова не пожелавшего разговаривать бандита последний раз с гулким звуком ударилась о металл автомобиля, после чего бессильно упала на грудь, Чиж обернулся к уже заранее лишенному зубов корешу седого.

— Вот видишь, — объяснил он крепышу, замечая как того слегка затрясло от увиденного, — это я уравнял вас насчет количества зубов, чтоб тебе не так обидно было. А то один с зубами, другой без, несправедливо получается. Ну, ты-то, я надеюсь, посговорчивей будешь? Я не ошибся?

— Все что смогу — отвечу, — пытаясь унять дрожь, ответил тот. — Да у нас и тайн-то никаких нет. Просто Мозоль, — он кивнул на неподвижного дружка, — упрямый очень. Поэтому и послал вас.

— Мозоль… — задумчиво повторил за ним Александр. — А что, очень неплохое имя. В самый раз для таких вот орлов.

Вам бы еще в паспорта вписать всю эту погань, чтобы узаконить. Чтоб официально все было и народ бы уважал. Мозоль…

А что, Серега, — он повернулся к другу, — давай, срежем-ка мы с тобой таких вот мозолей побольше, чтобы здоровым ногам общества ступать полегче стало, а?

— Запросто, — подтвердил тот, кивая. — Давно о таком вот мечтал — всяких Мозоль Иванычей вволю подушить. Ладно, давай-ка покороче. — Сергей слегка пнул ногой вроде бы справившегося с дрожью крепыша. — Говори быстро и внятно…

Через несколько минут они знали ровно столько, сколько знал сам рассказчик: как выручали дочь Мышастого из плена, как произошел небольшой конфликт между двумя бандитами, как неожиданно Ворон вырвал бойцов из «Корвета», как они примчались впритык за бандой Бодрова, как их двоих оставили контролировать дорогу, чтобы они отваживали отсюда всяческих дачников, а также следили, чтобы из поселка никто не выезжал, в особенности люди Лысого…

— То-то от вас водочкой попахивает, — понял Чиж. — Не догуляли, значит. Ну да ничего, сейчас доберете. Скоро будет вам пир горой. Всем будет…

Одного из бандитов они засунули в багажник, пробив в нем пару отверстий для доступа воздуха, хотя Сергей и возражал против проявленной Чижом гуманности, а второго прикрутили найденной в салоне веревкой к рулю, предварительно отогнав машину в кусты, с глаз долой от дороги.

— Вот чего, спрашивается, было с ними цацкаться? — недовольно бурчал Сергей, когда они с трофеями возвращались к оставленному на время «Москвичу». — Вообще, пристрелить их, гадов, и дело с концом. Это же дерьмо, плесень. Чем меньше их останется, тем лучше для всех. Ты со мной не согласен?

— Согласен, — коротко ответил Чиж.

— Так в чем же дело? — настаивал на ответе приятель. — Пожалел?

— Да хрен с ними. — Александр пожал плечами. — Вроде, конкретно эти ничего нам не сделали. Чего ты завелся, Серега?

— А, так надо было, чтобы сделали? — возмутился тот. — А другим? Думаешь, они мало всякого-разного натворили? В общем, так! Если ты не пересмотришь к таким вот поганцам отношение, и причем немедленно, то я…

— Ладно, ладно, завелся! — Чиж засмеялся. Они уже сидели в своей автомашине. — Что теперь, возвращаться и отпиливать им тупые башки?

— Ну, возвращаться-то, может и не надо, но впредь…

Ладно, хрен с ними, думай, что дальше делать будем? Насколько я понимаю, мы думаем об одном и том же? Столкнуть лбами всю эту погань? Две эти бешеные своры?

— Точно, — подтвердил Александр, запуская двигатель. — Сейчас осторожненько подъедем, спрячем где-нибудь машину, а дальше пешком. Тихо-тихо… Вот здесь, пожалуй… — Проговорил он вскоре, напряженно всматриваясь вдаль. — По идее, этот хренов особняк где-то там, за поворотом.

Загнав машину в реденький лесок и убедившись, что с дороги она не очень бросается в глаза, они все же срезали несколько больших веток изъятыми у бандитов ножами и прикрыли «Москвич» так, что теперь, чтобы суметь разглядеть его издалека, нужно было точно знать, где он находится.

— Надо же, какое удачное место для всяческих темных делишек выбрал этот Мышастый, — оценил Сергей, кивая на фундамент, заложенный на участке слева и на недостроенный дом с другой стороны. — Соседей, как таковых, практически и нет, только вон там… — Вдалеке возвышался с виду уже совсем готовый для жилья дом. — Да и то неизвестно, живут там сейчас или нет. И носа никто не сунет в его вотчину… Так, а теперь тихо. — Они пригнулись, и скрываясь за невысокими стенами какой-то замороженной стройки, пробрались до угла, откуда уже можно было ясно различить большой пустырь, раскинувшийся перед особняком, огороженным забором. По всей видимости, это был тот самый особняк, который они так долго искали и из-за которого уже проделали такой немалый путь. На пустыре, по краям которого начинался лес, расположились две вставшие раздельно группы автомашин. Возле каждой из этих групп стояли две противоборствующие банды, находясь в состоянии готовности к решительным действиям, несмотря на кажущуюся расслабленность и совсем не угрожающие позы. Многие курили, облокотясь на капоты, некоторые, судя по всему, травили байки, потому что до друзей периодически доносилось веселое ржание, в общем чувствовалось, что все чего-то выжидают.

— Ну вот… Та группа, что ближе к особняку, очевидно, ребята Бодрова, — прокомментировал увиденное Чиж. — Они приехали раньше. — А вторая, соответственно — Мышастого, которую пригнал этот, как его… Ворон Петрович.

— Все правильно, но что мы делать-то будем? — спросил Сергей. — Как бы нам половчее их стравить? Ведь если они договорятся между собой, представляешь, насколько усложнится наша задача? Нам что же, придется воевать сразу против двух напрочь отмороженных коллективов?

— Да, перспективка не очень-то, — признал Чиж. — Знаешь, уж здесь нам, во всяком случае, точно нечего делать.

Давай-ка, дружок, начнем пробираться во-он к той чаще, что с той стороны пустыря. Оттуда мы хоть сможем кого-нибудь при случае достать. — Он похлопал по автомату, который держал в руках…

— Ух… — отдуваясь, произнес взмокший Сергей. — Давненько мне по-пластунски ползать не приходилось. Нелегкая работенка, это я еще со времен своего славного боевого прошлого уяснил.

— Ничего, — ответил также изрядно запыхавшийся Чиж, — зато мы пока целы, незамечены, и посмотри, какой перед нами вид открылся.

Действительно, они лежали в очень удобном месте, скрытые от боевиков густым кустарником, зато лицевая сторона особняка лежала перед ними словно на ладони, открывшись для обозрения под некоторым углом. Чиж подготовил автомат к стрельбе одиночными выстрелами.

— Что задумал? — тихо спросил Сергей. — В кого хочешь?

— Тс-с-с. — Александр прижал палец к губам. — Ни в кого конкретно. Просто ждем пока.