Это было жаркое, жаркое лето - Князев Алексей - Страница 86

Четверо подельников остались ждать в огромном зале магазина, который был пуст, несмотря на дневное время — цены здесь были высокие и заглядывали сюда клиенты исключительно богатые. Снаружи, в отличие от прошлого раза, сейчас решили никого не оставлять — все-таки центр был центром и народу по улице проходило немало. Поэтому, зайдя внутрь и ударом обреза по голове отключив охранника, дежурившего у входа, они просто захлопнули дверь, защелкнули задвижку и перевернули задней стороной висевшую на двери табличку с зеленым кружком — теперь для прохожих красовался красный: «Закрыто». Умник с Мелким остались стоять у дверей, а Дрын с Соколом принялись шарить по магазину, надеясь чем-нибудь поживиться. При этом они с интересом поглядывали на застывшую столбом вторую продавщицу, которая, похоже, судя по ее побледневшему лицу, собиралась вот-вот грохнуться в обморок. Голова же пошел искать хозяина, чтобы «попросить» у того ключи от сейфа, который в его воображении был просто чудовищно огромным и доверху забитым разноцветными денежными знаками. Все это в целом и составляло «новый стратегический план» Головы, который без устали твердил о необходимости проворачивания «крупных дел».

— Иди, иди шкура!.. Вперед! — волок он за шиворот, периодически подбадривая пинками, еле передвигающую ноги девушку, находящуюся в шоковом состоянии. — Где тут его кабинет? Оглохла, что ли?! — Он остановился посреди длинного коридора и принялся трясти ее как грушу. — Сейчас замочу!.. — Он не смог придумать ничего лучше, как вновь угрожающе потрясти перед ее носом обрезанным карабином, но этот его жест жертву почему-то не взбодрил, а возымел совсем противоположный эффект. У девушки окончательно подкосились ослабевшие ноги и она принялась медленно оседать, увлекая Голову за собой. — Да стоять же! Стоять, говорю, ты, падаль!..

— Что за шум? — Из двери кабинета с надписью «Управляющий», который оказался совсем рядом с Головановым и которого он в горячке попросту не заметил, высунулся мужчина лет сорока в очках с золотой оправой, одетый в строгий темно-серый костюм.

— А! Пахан! Ты-то мне и нужен! — Голова с силой пихнул падающую продавщицу прямо на высунувшегося мужчину, отчего те вдвоем, обнявшись на манер сиамских близнецов, с грохотом ввалились внутрь кабинета. Из-за стола, расположенного внутри, растерянно вскочил второй мужчина — без очков и, в отличие от первого, в костюме светло-сером. Возрастом же, ростом, даже залысинами, имевшимися у обоих, они были весьма схожи между собой. На их рабочем месте были разложены какие-то документы, папки, целые груды счетов и два калькулятора по обеим сторонам стола, где наверное только что сидели оба, подбивая какие-то свои бухгалтерские дела. В углу, как успел с удовлетворением отметить Голованов, стоял интересовавший его массивный металлический сейф. Правда он был несколько меньших размеров, чем в его буйных фантазиях, но ничего, тоже годился. Без излишних предисловий Голова с силой двинул вскочившего из-за стола мужчину кулаком по челюсти, отчего тот упал обратно на стул, с которого только что поднялся и, захлопнув за собой дверь кабинета, громко заорал:

— Кто из вас управляющий?! Ты?! — Он склонился над мужчиной, пытающимся освободиться от судорожного захвата потерявшей сознание продавщицы, отчего на полу происходила возня, отдаленно напоминающая борцовскую схватку, и схватив его за шиворот, мощным рывком поднял на ноги. — Ты управляющий?!

— заорал он ему теперь уже прямо в ухо. — Я ведь тебя спрашиваю, сучара!

Стоя перед Головой навытяжку, тот выдавил из себя насилу, заикаясь:

— Я бухгалтер… Он управляющий… — Он кивнул головой в сторону упавшего на стул и размазывающего кровь, хлеставшую из разбитых губ, второго мужчины.

Потеряв к первому всяческий интерес, Голова с силой обрушил на него свой огромный кулак, разбив при этом ему очки, с веселым перезвоном разбитых стекол упавшие на пол и отвернувшись от вновь падающего поверх девушки мужчины, повернулся к сидящему за столом:

— Деньги! Деньги давай, падла! — Он кивнул на сейф:

— Ну!.. — Видя, что тот тщетно силится что-то произнести, но у него ничего не получается, Голова заорал еще громче:

— Не слышу! Деньги! — И для острастки выстрелил из обреза в потолок. Адский грохот, многократно усиленный теснотой замкнутого пространства небольшого кабинета, мгновенно заложил уши.

Пуля со свистом срикошетила от бетонной стены, пролетела между Головой и испуганно отпрянувшим при звуке выстрела мужчиной и, опять отраженная каким-то препятствием, ушла теперь вниз, куда-то под стол. Мужчина окончательно потерял дар речи и только безмолвно тыкал пальцем в неподвижно лежащего поверх такой же неподвижной девушки бухгалтера, силясь что-то произнести:

— К-ключ-чи…

— Что?! — опять заорал Голова, склонившись к мужчине — на сей раз он не воздействовал на того психически, просто сам ничего не слышал, оглохнув от грохота. — Не слышу!

— Ключи… у бухгалтера… — наконец кое-как удалось вымолвить тому.

— Доставай! — Голова, рванув его за рукав пиджака, выволок из-за стола и толкнул в направлении лежащих тел.

Мужчина, упав на четвереньки, непослушными руками принялся шарить по карманам бухгалтера. Наконец, кое-как отыскав связку, он протянул ее Голованову. Тот, отпихнув его руку, вновь указал на сейф:

— Сам! И быстро!.. — Мужчина долго возился, не попадая трясущимися руками в створ замка. Наконец тот щелкнул и, потянув за ручку, он приоткрыл тяжелую дверцу. Голова, тут же отпихнул его локтем в сторону и заглянул внутрь — на полках лежали кипы опять же каких-то бумаг. Заметив, что в верхнем правом углу примостился железный ящичек, он за шиворот вновь привлек управляющего к себе:

— Открывай дальше!..

Тот, опять с трудом найдя нужный ключ, открыл и этот замок. Здесь наконец-то Голова узрел вожделенные зелененькие пачечки аккуратно уложенных банкнот. Пошарив глазами по кабинету, он увидел поставленный возле стола «дипломат»; схватил, вытряхнул из него на пол содержимое, оказавшееся очередными документами, и быстро перебросал деньги в опустевший кейс. Защелкнув замок, он прикинул его на вес и грозно заявил уже слегка пришедшему в себя управляющему:

— Мало! — Тот пожал плечами, достал из кармана носовой платок и пытаясь остановить все еще идущую кровь, ответил:

— Больше все равно ничего нет…

Голова, который в жизни не видел такого количества денег и сделал свое заявление просто так, на всякий случай, упрямо повторил:

— Мало, я тебе сказал!

— Молодой человек, — шепелявя разбитыми губами, кое-как собрался с духом управляющий, — вы знаете, что этот магазин принадлежит Бодрову?

— Что? — с недоумением переспросил Голова. — Какому еще Бодрову? Что ты хочешь этим сказать?

— Тому самому Бодрову, — со значением повторил управляющий. — Тому самому…

— Угрожаешь, сука… — подумав, укоризненно заключил Голова и с силой ударив мужчину по лицу, отправил его к лежащим на полу и еще и не пришедшим в сознание бухгалтеру и продавщице. — Срал я на вашего Бодрова! — объяснил он, обращаясь к трем бессознательным телам. — Вот так!..

Вернувшись в зал, Голованов увидел, как Дрын с Соколом, набившие свои сумки какими-то тряпками уже доверху, сейчас от нечего делать подступают к дрожащей от страха второй продавщице, остававшейся в зале.

— Что, шлюха, не нравлюсь? — скалился Сокол, приблизив к перепуганной до смерти девушке свою физиономию с безобразным шрамом, протянувшимся по щеке. — А?

— Нет, ты вторым будешь! — отпихивал его в сторону Дрын, просто ломая комедию — он прекрасно осознавал, что времени на «шкур» у них сейчас все равно нет.

— Уходим! — коротко бросил Голова, быстро проходя мимо.

— Обрезы по сумкам и на выход! Быстро!

— Слышь, Голова, а что это был за выстрел? — спросил у входа Мелкий. — Кто стрелял?

— Я это стрелял. Бухгалтера ихнего пришил… — равнодушно буркнул Голова враз побледневшему подельнику. — Уходим, говорю! — повторил он, повернувшись в зал.