Увидимся в аду - Холина Арина - Страница 50

Соперницы устроились на кушетках, Кристина обмазала их маслом, пахнувшим полынью, и подключила провода — синие к голове, зеленые к груди, красные к животу.

Она порылась в шкафах и вернулась со шприцами, наполненными коричневой жидкостью.

— Спокойно, моя хорошая, — утешала она Наташу, которая, как выяснилось, панически боится уколов. — Ну вот, все уже закончилось…

Она позвала Грету, Розу, Соню, Магду и Марту. Ведьмы встали так, что, если их соединить линиями, получилась бы шестиконечная звезда.

— Когда пробьет полночь, громко и отчетливо повторяйте за мной… — Наташа услышала ставший далеким и глухим голос Кристины.

Маша в это время уже сладко посапывала — она не услышала ни пронзительного писка электронного будильника, ни рассмешившего ведьм храпа Наташи, ни заклинаний на древнем непонятном языке, эхом отдававшихся в гулком помещении.

Они очнулись на террасе. Свежий утренний воздух щекотал ноздри, ноги замерзли, а на головах у них лежали компрессы со льдом. Наташа приоткрыла один глаз, ощупала свою ляжку и поняла, что к ней вернулся нормальный вид.

— Ура! Я — снова я! — Она вскочила и бросилась расцеловывать подружек.

— Ах ты, стерва! — раздалось сзади шипение.

Наташа обернулась и нос к носу столкнулась с Машей.

— Я стерва?! — завелась Наташа. — Да ты мандаво… — Она замахнулась на Машу, но у нее на руке повисли Роза с Магдой.

— Прекрати! Доигралась ведь уже! — кричали они и оттаскивали ее от Маши, которая не растерялась и пыталась брыкнуть всю троицу ногой.

За Машу взялись Грета с Настей — хотя Настя только делала вид, что помогает. Она держалась Машиной стороны и была уверена, что соперница заслужила хорошую взбучку.

— Всем молчать! — обычным голосом произнесла Роза, но ее тут же послушались, так строго и величественно звучал приказ. — Вы, — она ткнула пальцем в Машу и Наташу, — две редчайшие идиотки. Вы думаете, что вы ведьмы, только потому, что злость, ревность и бессмертие делают вас всемогущими. Наивно и нелепо! Сколько я видела женщин, которые от отчаяния и отсутствия любимого мужчины примыкали к темным силам, сколько я видела самовлюбленных, жадных психопаток, готовых отдать душу дьяволу, лишь бы достигнуть своих целей! Вы мне все просто осточертели! В общем, так. Решайте свои проблемы как желаете, но чтобы я о вас больше не слышала! Ясно?

После такой энергичной взбучки все замолчали. Даже Грета и Магда ощутили вину за происшедшее. Под предводительством Розы они вышли на улицу, расселись по машинам и уехали — все в разные стороны. Возмущенная Роза поймала такси.

26 мая, 06.13

Магда на удивление спокойно вела машину. Наташа сидела рядом и увлеченно грызла ногти.

— Слушай, а он вообще как? — спросила Магда, услышав по радио песню «Мачо-мэн».

— Кто? — не сообразила Наташа.

— Ну, этот твой… Игорь, — пояснила Магда.

— А-а… — Наташа задумалась. — Ты что имеешь в виду?

— Не знаю. Внешность.

— Если хочешь, можем доехать до тебя и посмотреть.

— Хочу.

Поднявшись в прохладную квартиру, Магда сняла одежду, накинула шелковую ночнушку. Наташе предложила халат и кофе.

— А может, лучше выпьем и спать ляжем? — промямлила Наташа.

— Гениальная идея! — Магда хлопнула в ладоши. — А то у меня после Розиной нахлобучки появилось возрастающее в геометрической прогрессии чувство вины перед всей планетой. С ней такое бывает. Розе кажется, что она тут самая главная, а мы без нее пропадем. Хотя в общем-то она дело говорит. Давай вискаря жахнем?

— Давай, — согласилась Наташа, обрадованная тем, что не все так плохо.

Жахнули. Потом еще раз, потом еще.

— Ну что… — Глаза у Магды уже слипались, но она держалась. — Покажешь мне на сон грядущий своего героя?

Они пошли в кабинет, Магда достала потрескавшееся настольное зеркало.

— Оно хреновое, — пожаловалась она. — Вроде справочной службы. Работает спустя рукава. Можешь назвать адрес? Желательно и номер паспорта, а то оно год будет думать.

Наташа назвала, и через пару минут в зеркале появилось мутное, в потеках изображение Игоря. Он спал, подтянув одеяло к самому подбородку и поджав ноги к животу.

— Хорош, — одобрила Магда. — Слушай… — возбудилась она, с трудом разлепляя сонные веки. — А хочешь знать о нем все?

— То есть? — Наташа склонила голову набок.

— Понимаешь, — зашептала Магда, — линия судьбы — штука очень странная… На небесах есть целый отдел, который отслеживает, чем люди занимаются, куда направляют путь и так далее. Они выясняют там, кому с кем повстречаться, кому попасть в аварию, кому заболеть раком. Как тебе объяснить? — Она почесала лоб. — Например, выступает талантливый, но неизвестный певец в привокзальном кабаке, а в это время у известного продюсера поезд задержали — подозревают, что в нем бомба. Продюсер идет в привокзальный ресторан, чтобы далеко не уходить…

— А это… — Наташа задумалась. — А те великие, у которых ничего не получилось? Которые стали знамениты после смерти и умерли от нищеты?

— Значит, они все делали для того, чтобы самим себя разрушить. Понимаешь, талант — это страсть. Страсть к тому, что ты любишь, к тому, что получается. Если у человека нет страсти, из него гения не сделаешь. Но люди не всегда умеют этой страстью пользоваться и направляют ее… на азартные игры, на женщин, на наркотики. И вот если человек преодолеет свою страсть ко всякой чепухе, то станет великим, а если нет — с ним может произойти все, что угодно.

— Ага! — Наташа многозначительно кивнула. — В общем, понятно, только к Игорю это все какое отношение имеет?

— Такое, что раз линия судьбы изменяется, то неужели тебе не интересно узнать, в какую сторону? — Магда всплеснула руками. — Одна моя знакомая раньше там работала. Но она потихоньку толкала информацию Нострадамусу, и ее в конце концов уволили. То есть ее не то чтобы уволили, а пригрозили, а она и говорит: «Нечего меня стращать, сама от вас уйду». И ушла. Поэтому она здесь, на Земле, по части всяких предсказаний — лучшая.

— Слушай, — возбудилась Наташа, — а давай попробуем! Я — за.

Магда достала сотовый, пообщалась с кем-то на незнакомом Наташе языке.

— Она перезвонит, — сообщила Магда, выключив трубку.

Они ждали около часа. Тяжелые веки опускались, девушки проваливались в сон. Но только они задремали, зазвонил телефон. Магда схватила трубку, выслушала, время от времени сочувственно посматривая на Наташу, после чего сказала:

— Лучше ты сама все узнаешь.

Женский голос с венгерским прононсом рассказывал ужасные вещи. Пообщавшись с невидимой собеседницей, Наташа сжалась, положила гудящую трубку рядом и уперлась лбом в колени. Магда постучала пальчиком по ее руке:

— Наташа…

— Подожди, — отмахнулась та.

Наташа сидела как каменная до восьми утра. Наконец она позвонила куда-то, что-то записала и набрала телефонный номер.

— Алло, — прошуршал сонный голос.

— Маша, это Наташа. Нам очень срочно надо встретиться.

— Что, придумала, во что еще меня превратить? — без особенной ненависти пробормотала Маша.

— Честное слово, это так важно, что я не могу сказать по телефону… — От волнения у Наташи вспотели ладони и гладкая трубка чуть не выскочила из рук.

— Точно?

— Точно! — воскликнула Наташа.

— Не шуми! — взмолилась Маша. — У меня после всего голова разламывается. Ладно, хочешь встретиться — встретимся… Только если я тебя убью или опять чем-нибудь отравлю — не обессудь.

— Увидимся в «Пропаганде» в полседьмого. — Наташа быстро назвала адрес и повесила трубку.

Отвалившись на спинку кровати, тут же заснула. Она не почувствовала, как проснувшаяся Магда стянула ее за ноги, раздела, накрыла одеялом — Наташа спала, пока внутренний будильник не заверещал: «Пора!»

26 мая, 19.10

Клуб «Пропаганда»