Ящик водки. Том 1 - Кох Альфред Рейнгольдович - Страница 29

Кох: А сколько у них вранья про негров? Самый яркий образ этого их вранья про американскую историю — это негр-ковбой. Да если б негр попытался влезть в техасские ковбои, в те времена, в девятнадцатом веке, он был бы линчеван мгновенно. Я был потрясен, когда в фильме «Робин Гуд, король воров» напарником Кевина Костнера был негр! Да еще с таким блестящим английским! Ну, да, он не негр, он мавр — но с какой стати мавру сидеть в Палестине, в арабской тюрьме, что он там потерял? Я сегодня с утра посмотрел «Игры разума». Так там у них в Принстоне якобы есть черный профессор математики! Индус — верю, китаец — верю. Но зачем это вранье с негром? Негр — профессор математики! В Принстоне! Я специально туда поеду на него посмотреть! Хотя что там профессор, вон в фильме «Deep Impact» у них вообще президент — негр… Я ничего не имею против негров… Неплохие ребята. Но зачем вранье?

— Да брось ты, никакая это не политкорректность. Это они так тонко издеваются над неграми. А негры не видят, где подъебка.

Комментарий

Меня это тоже смешило. Особенно на том фоне, что русские у них в кино — сплошь бандиты. Я даже написал про это в газете:

«Заметный процент русского зрителя смотрит и обижается: почему они нас искажают и показывают такими bad guys? Может, пожаловаться на Голливуд? Были ж, наверно, прецеденты? Обязательно кто-то жаловался, все же слышали про политкорректность. Вот ирландцы, баски, арабы, которые в американском кино почти сплошь отрицательные персонажи, террористы, жаловались?»

— Нет, не жаловались, — объясняет мне Юля Дашевски, бывшая москвичка, а теперь сотрудница голливудской Motion Picture Association (она отвечает за связи с прессой).

— А итальянцы после множества фильмов про итальянскую мафию?

— Нет!

— А вообще кто-нибудь жаловался?

— Было дело! Чернокожие американцы, борясь за свои права, требовали, чтобы их не смели показывать в черном свете в фильмах. И ведь ребята своего добились! Теперь в фильмах почти все прокуроры, судьи, высшие чины ФБР и ЦРУ, генералы, даже в исторических лентах про события двухсотлетней давности — черные!

Жалобы, надо вам сказать, прекратились. Афроамериканцы довольны. Похоже, они не догадываются, что это над ними так тонко издеваются.

Стоит нам только захотеть… И мы тоже будем ridiculous. Требовать от Голливуда, чтоб про бывшую империю зла (которая, впрочем, и теперь не сахар) он не снимал жутких боевиков — это все равно как если бы евреи пришли к губернатору с просьбой запретить еврейские анекдоты.

Еще про негров. В своей книжке про Америку я когда-то написал:

«Русские очень похожи на американцев (вам про это обязательно кто-то уже говорил). Но только, конечно, не на всех. А на каких же? На тех, которые живут не только в Америке, но и в ряде других стран, где их тоже можно наблюдать…

…Они страшно самобытны и не желают учиться у более успешных соседей, перенимать их полезные привычки. Они полагают, что кто-то обязан о них заботиться, окружать социальной заботой. Там, где они живут, много винных лавок, маленьких и сумрачных. Пара-тройка местных толпится там у прилавков, ожидая, не нальет ли еще кто — добавить. Штукатурка на их домах облупленная, а асфальт на дороге весь в выбоинах. Они любят петь и плясать, и это их искусство благосклонно принимается в разных странах. Национальные их поделки из дерева хорошо раскупаются иностранцами на сувениры. А промтовары они делают такие плохие, что самим тошно. Экономика их держится в основном на добыче полезных ископаемых. Их начальники совершенно замечательно берут взятки… По этому показателю они занимают верхние строчки в мировых рейтингах. Еще эти начальники любят увозить казенные средства в цивилизованные заграницы и там прятать. Кроме добывающих, неплохо развиты у них и некоторые очень вредные производства, которые богатые иностранцы с удовольствием у них размещают. Вообще же они не сильны в производстве, зато охотно берутся что-нибудь распределять. Законы они не очень уважают, предпочитая им свое понятие о справедливости. Отношения с полицией у них вообще как-то не складываются. Никому не придет в голову оставить на ночь новый дорогой автомобиль возле их дома — не угонят, так непременно что-нибудь отвинтят, ну или просто стекло разобьют из «классовых» чувств.

Слабые их стороны и недостатки часто пытаются объяснить их рабским прошлым; от рабства их очень поздно освободили — многих в 60-х годах прошлого века, а иных значительно позже. Но и позже их массово использовали на принудительных работах, часто только за харчи — и они это успешно терпели.

А как их освободили, так многие не хотели от хозяев уходить. Но после все же как-то разбрелись и стали вроде жить каждый своим умом… Правда, после Второй мировой войны они редко упускали возможность ввязаться в какую-нибудь локальную войну — и эти войны были бессмысленные, бесполезные и заведомо проигрышные.

Они не очень любят улыбаться, им кажется, что так они унижаются перед чужими — и им спокойнее, когда лица их насуплены.

Вообще они не очень обязательные, пообещают — забудут сделать, сделают — так плохо… Они обыкновенно переходят дорогу на красный, когда другие стоят и ждут.

С особым гордым чувством они относятся к автомату Калашникова…

Вы с какой строчки уже знали, про что это я? Про то, что мы с неграми — близнецы-братья? Помните, Михалков-Кончаловский пересказывал слова кого-то из великих: русские потому мучаются вечными вопросами, что у них кожа белая; а будь она другого цвета, им легче бы было найти свое место в мире… Родство наше внутреннее с неграми не скрыть. Все равно вылезет».

Свинаренко: Я в Штатах и ЮАР расспрашивал белых, как они воспитывают детей в смысле отношения к черным. Вот типичная ситуация. Дети говорят: «Мама, ты что, дура, не видишь, что они тупые? Что они только пьют и воруют, и играют в баскетбол, а работать не хотят?» Мама им в ответ врет, что негры такие же люди, как и белые. Дети чувствуют, что она врет — и перестают доверять маме. Ситуация совершенно тупиковая. Если, мол, негры такие же, как белые, — значит, им надо доверять, как своим, а это может привести к очень печальным последствиям. Если там кому-то не нравятся негры, об этом говорят только со своими — та же схема, по которой у нас раньше рассказывали политические анекдоты. Я там наблюдал ситуации, когда дети, только окончив школу, впервые слышали от взрослых расистские высказывания. А так — все врут.

— Точно, и когда на этом фоне мы увидели Тарантино — какой, помню, был приятный шок! Ну вспомни! Он же появился, пробился, «Оскара» получил! А Ларе фон Триер — тоже появился и пробился. А тот же Мендес? Достаточно традиционен, но всякие идеи новые подает… «American beauty» вспомни…

— Значит, ты думаешь, и у них идет этот процесс?

— Конечно. Я это чувствую. Когда бываю в Нью-Йорке. Идет постоянное обновление. Я не чувствую, допустим, рэпа, и в то же время мне не понятен успех на Западе нашей группы «Тату» — я чувствую, что я этого не догоню. Но точно так же, когда я слушал Led Zeppelin, родители говорили мне, что я совсем спятил… А сейчас их поставь моей дочке, она скажет — ну, зачем старье… Это — понятно. «Ландыши, ландыши, светлого мая привет…»

Кстати, пока не забыл, раз уж про молодежь пошла речь. Чего не понимает тот же Путин, как мне кажется… Что для них, для молодежи — он всего лишь брэнд. Путин раскручен, как брэнд! Чисто коммерческими рекламными способами. Как трафарет Че Гевары. Молодые не революционный пафос Че любят, а вот это сочетание черного, красного и беретки. Так вот и Путин для них — прикольный штымп. «Мочить в сортире», приемчики карате знает. А он думает, что он типа уже народом любим! Но стоит ему, как брэнду, выпасть, выйти в тираж — типа как водка «Распутин» — и все. А он думает, что добился народной любви. Но эта любовь — как к кока-коле!