Кровь драконов - Воскресенская Ольга Николаевна - Страница 77

Его последние слова камнем зависли в воздухе. Никто не страдал отсутствием воображения, поэтому бурлящая «ванна» представилась очень хорошо, отбивая охоту оказаться в числе смельчаков, желающих перерождения.

Я очень сомневаюсь, что в этих землях найдется хоть один дракон, уже прошедший подобную процедуру. Пока что никто из представителей соседнего народа не показался мне сумасшедшим, способным нырнуть в лаву. До этого момента вряд ли кто-то знал, какие выгоды сулит купание в жерле вулкана, за многие тысячелетия информация забылась.

— Кажется, добровольца будет довольно сложно найти, — в тишине вздохнул Великий.

— Так он у нас уже есть, — заявила я.

Арвис несколько побледнел и спал с лица. Он недоверчиво посмотрел на меня, пытаясь понять, а не ослышался ли. Вокруг него даже слабое сияние появилось!

— Льера, я что-то не помню, чтобы соглашался на подобное…

— Не ты, — покачала я головой. — Не переживай.

— Я не пущу Дейкона в кратер вулкана! — встав, громко, с решительным видом объявил Таврос. — Это самоубийственно для него! Кровь дракона в нем весьма слаба и не защитит от жара магмы, он даже полное превращение совершить не сможет. Я не могу допустить, чтобы мой кровный родич так рисковал. Да я лучше сам вместо него…

Таврос осекся, поняв, что увлекся, но было поздно. Я уже подловила его на слове, в связи с чем улыбалась от уха до уха. Его весьма эмоциональную и прочувственную речь слышали все Отцы, они не позволят ему отступить.

Я оказалась права.

— Весьма похвально, молодой человек, — тут же сказал Туманный. — Родина не забудет вашего подвига во имя мира между двумя народами. Надеюсь, вы не окажетесь трусом и не передумаете.

Туманный благодаря своему большому жизненному опыту прекрасно знал, куда надавить и на чем сделать акцент. Уж теперь Таврос точно оказался приперт к стенке, ведь вряд ли ему захочется прослыть трусом на всю страну. Его репутация оказалась полностью во власти Отцов, способных как возвеличить, так и изничтожить доброе имя.

• Бывший командир наемников одарил меня взглядом, в котором смешались злость и уважение. С одной стороны, я видела, что он готов меня придушить, если не придумает другой, более достойной кары. Лезть в лаву добровольцем ему явно не хотелось. Впору казнить себя за несдержанность, но любой предпочтет отыграться на враге, а не обвинять себя. С другой стороны, Таврос умел уважать сильного противника, способного его достать. Он не мог не признать, что мой ход был весьма удачен, провокация полностью удалась.

— Сочтемся, — пообещал Таврос с кривой усмешкой.

— Льера, а как же наша кровная связь? — напомнил дроу. — Если он умрет…

— Ничего не произойдет, — перебил Арвис.

— Дейкон, твой дядюшка прыгнет в лаву не с целью самоубийства, а для перерождения, — пояснила я. — Кровная связь не сможет стать препятствием, если кто-то из родичей решил усовершенствовать свои способности и выйти на другой уровень бытия. Ну а если не получится… черное будет тебе к лицу.

— Стерва, — произнес Таврос одними губами.

— Злыдня, — поправил Мерк с довольной улыбкой. — Уела она вас.

— Нахал, — выдал очередной эпитет дракон-полукровка. На более решительные меры в зале Ализиума он не пошел: мало ли как это воспримут Отцы.

— Согласна, — подтвердила я. — Вот и займешься потом его воспитанием… если выживешь.

— Ради такого дела… — угрожающе начал Таврос, но так и не закончил.

— Зеркальный, а откуда вы так хорошо знаете хроники? — раздался громкий голос Бескрылого. — Даже я таких сведений в архиве не видел, а ведь все перерыл! Подозрительно как-то…

— Естественно, не видел, — спокойно подтвердил остроносый Отец. — Свиток был у меня.

— Но я не поручал тебе ничего изучать, — нахмурился Великий. — Ты помешал Бескрылому нормально выполнить возложенную на него обязанность!

— Ничуть. Это свиток из моего личного архива. Помните, кто-то решил выбросить ненужные бумаги… Ну а я подобрал все, что счел интересным, и на досуге просмотрел.

— Да он просто решил угробить моего сына! — громко возмутился Огненный, кипя от распирающих его чувств. — Вы верите, что написанное на какой-то ветхой бумажке — правда?! Это могут быть просто сказки, сборник непроверенных слухов!

— Вот и проверим! — припечатал Великий. — И кого это ты назвал своим сыном?

— Так Арвиса же!

— Как? — удивилась я. — Это правда?

— Конечно, — гордо провозгласил Огненный. — Все члены Семьи мне как дети.

Мягко говоря, посол выглядел растерянным, так как не ожидал такого заявления от особы, отправившей его на верную смерть.

— Никто не трогает твоих детей, — проворчал Астадек. — Мы же сошлись на том, что эксперимент будем ставить на члене Семьи Парящего, а с его стороны возражений не поступало.

— Так он только о своей шкуре заботится! — не унимался Огненный.

— Неправда! Просто я думаю, Тавросу купание в лаве не повредит, — возразил Парящий. — Он сильный, закаленный воин, крепкий телом и духом. И если пробовать на ком-то описанный рецепт, то на нем, а не на хлипком горожанине, который умрет от инфаркта еще на подходе к вулкану!

— Поддерживаю, — подал голос Ржавый.

— За своих испугался? — ехидно усмехнулся Парящий.

— А хоть бы и так! — поддержал Малый коллегу, нервно теребящего косу.

— Завтра будем телепортироваться к ближайшему вулкану, — постановил Великий, проигнорировав перепалку Отцов. — Мага я найду. Таврос, советую вам подготовиться морально и не поддаваться упадническим настроениям. Вы должны желать перерождения, а не ожидать смерти!

— А я и не жду, — громко объявил бывший подручный Фарга и тихо добавил только для нашего конца стола: — Я еще не всем отомстил.

— Пока у вас один-ноль, — заметил ему Дейкон.

— Не понял.

— Мы с Золией каждый для себя вели такой счет, соревнуясь в подлянках друг другу, — ухмыльнулся дроу. — Не волнуйся, ты не одинок в своей ненависти, она и меня доставала не одну сотню лет. Так что, глядишь, лет через пятьсот вы тоже найдете общий язык и объявите перемирие.

— Ни за что! — заявила я, а потом вспомнила, что Таврос теперь является родственником правителя Карневии, и исправилась: — Раньше чем через полтора тысячелетия не прощу!

— И не надо! Я и сам твою подставу дольше буду помнить. Хотя интересно, чем конкретно я заслужил такую стойкую ненависть.

— И ты еще спрашиваешь?! — возмутилась я и принялась загибать пальцы: — Золотую скульптуру в Межгорье сломал, в эльфийском лабиринте и телепорте чуть не уморил, оскорбил, выставив на площади в качестве статуи, позволил своему прихвостню ткнуть меня кинжалом, в именной гроб загнал в конце-то концов!

— Эти обвинения просто смехотворны. Что-то твой труп хорошо сохранился, гроба вокруг него не замечаю.

— И в этом не твоя заслуга!

— Да по-твоему, выходит, что и эльфийский телепорт создавал лично я! Не вижу достойного повода для столь долгосрочной ненависти.

— Вы просто не туда смотрите, — ухмыльнулся Мерк. — Гораздо весомее ее испорченное настроение и попытки убить Дейкона.

— Вот в это готов поверить.

Я громко фыркнула, выражая свое отношение к их инсинуациям. Вообще-то они не так уж неправы… Больше всего меня бесило то, что Таврос оказался сильнее и что жизнью я обязана скорее простому случаю, а не своим силам и способностям. Он олицетворял собой всех тех, кто совсем недавно показал мне, что я уязвима, как и любое другое существо в мире.

— И Льера почему-то забыла упомянуть недавнее ночное нападение на себя, — заметил Арвис. — По-моему, с этого стоило бы начинать список. А то она навесила на Тавроса события в Межгорье, а главное упустила.

— Так за это я уже сегодня отомстила.

Пока мы выясняли отношения между собой, Отцы были заняты тем же. Судя по обрывкам долетающих до нас фраз, Великий настаивал, что сегодня вечером прием опять должен проходить у Парящего, ведь мы до его дома вчера так и не дошли. Естественно, эти слова встретили сопротивление. Отец, которого мы так долго подозревали в заговоре, доказывал, что это не его вина и, если случай распорядился так, никто не вправе вмешиваться. Астадек и остальные члены Совета были с ним абсолютно не согласны, особенно Ржавый. Они настолько увлеклись спором, что не заметили, что перешли на повышенные тона, позволяя себя подслушать.