На берегу Севана - Ананян Вахтанг Степанович - Страница 59

Выпила она воду жадно, двумя большими глотками, но вдруг поморщилась, начала отплевываться и разъяренно кричать на бедного Арто:

– Ах, пропади ты! Я тебя за водой посылала или за керосином?

«Керосин?..»

Если бы только знала Сона, какую счастливую весть сообщила она ребятам!

Не успел Камо и вскрикнуть от радости, как на дороге показалась целая процессия – шел Арам Михайлович, окруженный пионерами.

Арам Михайлович, улыбаясь, показал на кружки, которые бережно несли в руках ребята.

– Керосин! Керосин! – кричал он.

В порыве бурного восторга Камо обнял и поцеловал Арама Михайловича, поцеловал Аракс, затем, схватив стоявший у стены дома лом, стремительно помчался по тропке, ведущей на Дали-даг.

Армен, Грикор, Сэто, захватив кирки, побежали за ним вдогонку.

Увидев детей, бегущих к Черным скалам, зашумела на своей крыше Сона:

– Разума детей лишили!.. Ты куда, Сэто? Домой, говорят тебе, домой!.. Уф, разорвись ты!..

Но Сэто был уже далеко.

Армен, обернувшись, увидел Асмик:

– Ты зачем? Ты же очень устала, вернись домой. Ну, вернись же…

– Ты так ласково просишь, что я уже и усталости не чувствую, – засмеялась Асмик. – Нет, нет, я вас не брошу… Да ведь и я же хочу знать, что вы будете делать!

ГДЕ ЖЕ РЫТЬ?

Ребята молча поднимались вверх по горе. За ними, в сопровождении своего неразлучного Чамбара, шел дед Асатур. У всех в голове была одна и та же мысль. Они знали, что под этими склонами, быть может у них под ногами, из горного озера стекает в Гилли целая река. Но где именно она протекает и куда они сами идут сейчас, ребята не знали.

И все же, несмотря ни на что, они должны были идти, не могли не идти. Разве же можно было сидеть спокойно, когда нашлась веками пропадавшая вода – пропадавшее счастье народа!..

Шли они, шли, в поту, усталые. Наконец остановились, тяжело дыша, и Армен спросил:

– Но куда же мы идем?

Камо рассердился:

– На гору идем! Идем рыть… «Куда идем»!

Сверкая глазами, он взглянул на товарищей.

– Да, но где мы будем рыть?

– Где?..

Камо смутился. До сих пор ему казалось, что довольно установить, что под склонами Дали-дага течет вода, и можно считать, что ею уже обеспечены и колхозные поля и ферма и что засуха им не страшна. Сейчас он понял, что перед ними возник наиболее серьезный вопрос: где рыть? Склоны Дали-дага разбегаются в стороны на двадцать – тридцать километров, а в потоке воды нет, вероятно, и метра в ширину. Попробуй-ка найди эту крохотную жилку в таком огромном теле!..

– Пойдем, ребята, назад, – предложил дед, набивая табаком свою трубку. – Пойдем с людьми посоветуемся, послушаем, что скажут.

Пришлось послушаться деда Асатура. В селе ребята явились прежде всего к председателю колхоза Баграту и доложили ему о результатах своей разведки.

– Вот это по-военному: выполнил задание – явись, доложи по начальству. Село не без власти, – выразил свое удовлетворение Баграт. – Значит, воду вы нашли… то есть еще не нашли, но разведали? Остается организовать розыск. Ладно…

Баграт задумался.

– Ну, народ, – обратился он после небольшой паузы к колхозникам, находившимся в правлении колхоза, – что ты скажешь? Наши ребята сделали необыкновенное открытие: они нашли пропавшую воду, установили, что она протекает под нашими землями, а вот где – не знают. Что нам делать?

– Что делать?.. Надо взять кирки да пойти перерыть Дали-даг. Что мы можем другое сделать!.. Не будем же сидеть спокойно! – сказал кузнец Самсон, отец Камо.

– Верно говоришь. Возьми-ка все ломы и кирки, какие найдешь, да приведи их в порядок у себя в кузнице. Пойдем на поиски, – распорядился Баграт. – Бригадирам задание: выделить по четыре человека от каждой бригады.

Камо подошел к столу председателя:

– Дядя Баграт, я думаю, что Армен, Сэто, Грикор, мои товарищи, согласны со мной. Мы все скажем сейчас… – он волновался, подыскивая слова. – Дядя Баграт, нам хотелось бы начатое нами дело самим закончить. Это вопрос чести и для нас и для комсомольской организации. Завтра мы пойдем на поиски сами. Если найдем…

Камо не закончил фразы. Баграт нахмурил брови:

– Странно ты мыслишь, Камо! Нашли воду, и ты хочешь, чтобы колхоз не взволновался, не принял участия в этом деле?.. О какой «чести» тут может быть разговор? Странно, узко мыслишь ты… Начните исследовательскую работу с геологами. Станет ясно, где копать, – тогда мы начнем работать всем колхозом.

Баграт подошел к телефону и позвонил секретарю райкома. Начался длинный деловой разговор. Ребята ушли.

От председателя ребята пошли к Араму Михайловичу.

– Теперь остается найти, где проходит вода, в каком месте ее перехватить, – сказал учитель. – А вот и наши геологи… Здравствуйте, здравствуйте! Ну что, сильно помучили вас наши ребята?

– Помучили малость! – засмеялся Ашот Степанович. – Но какие же смелые у вас ученики, какие замечательные ребята! – воскликнул он.

Было видно, что такое мнение сложилось у него давно и что ему не терпелось его высказать.

Разговор у Арама Михайловича длился долго. Сообща обдумывали, с чего теперь начинать.

– Мне кажется, что необходимо прежде всего обследовать пещеру – ту, которую называют «Вратами ада», – советовал Ашот Степанович.

– Я тоже такого мнения, – согласился Арам Михайлович.

– Послушай, Арам, родной, зря вы в те места ребят собираетесь посылать, – вмешался дед. – Места проклятые.

– Была бы опасность, мы бы не посылали, дедушка.

Старик покорно умолк. С того дня, когда были начаты поиски древнего канала, Арам Михайлович стал для него авторитетом, не слушаться его было невозможно.

А учитель продолжал:

– Взять надо альпинистское снаряжение. В пещеру попасть легко – до нее от верхушки едва ли и десять метров будет. Да… кто-нибудь из вас обратил внимание на вход во «Врата ада»? – спросил он у ребят.

– Никто. До того ли было – мед ели! – шепнул Грикор.

Асмик фыркнула и покраснела. Камо молчал. Ответил учителю только Армен:

– Я осмотрел его внимательно и кое о чем подумал, но…

Он не договорил.

– Я знал, что такое важное обстоятельство не останется незамеченным моим ученым воспитанником, – погладил курчавую голову Армена Арам Михайлович.

– Какое обстоятельство? – несмело спросил Камо, и в груди у него снова возникло то чувство к Армену, которое он уже когда-то назвал «завистью».

– Обследуем пещеру, а об этом мы потом поговорим, – ответил учитель, и они с Арменом обменялись таинственными улыбками.

«Тут что-то есть!» – весело подумала Асмик.

– А ружье, дедушка, с собой захватишь? – спросил Грикор. – Я в прошлый раз под Черными скалами козу заприметил – стояла как вкопанная.

– Козу? – переспросил Арам Михайлович и задумался.

– Ну, до завтрашнего утра расстанемся. Выйдем на заре, – сказал Ашот Степанович. – А теперь по домам, спать! Завтра у нас будет много работы.

– Что ж, раз организация решает, что я могу сказать! – поднялся с места дед Асатур. – Скажу Наргиз, чтобы она для нас хороший кусок баранины сварила да завернула в лаваш[19]. Возьму с собой, утром поедим у Черных скал. И ружье возьму – какой я охотник без ружья!..

ДОЖДЬ НАД ВОДОЙ

Когда взошло солнце, все уже были у Черных скал и остановились передохнуть в широкой тени старого дуба.

– Наши предки каждую осень на поклон к этим скалам приходили, жертвы приносили, – говорил дед Асатур. – А вот и «Врата ада» – вон та черная дыра, – показал он рукой. – Туда еще никто не входил… Только один раз кум мой Мукел набрался храбрости. Как вошел, вспоминал он, в эту адову пещеру, таким холодом пахнуло, будто из могилы. Голова кругом пошла… Где-то глубоко, словно под землей, что-то гудит, бурлит. Страшно стало ему. Как он ноги унес – и не помнит. «Непременно, – говорит он, – это в аду сатана в своем большом котле грешников варит. Засучил рукава и бросает одного за другим…» Их-то стоны кум мой Мукел и слышал.

19

Лаваш – тонкий пресный хлеб.