Ужасы: Последний пир Арлекина (сборник) - Масси Элизабет - Страница 101

101

С тех пор она не шла у Джейка из головы. Он ее хотел, но дело казалось безнадежным. Рядом с ней он всегда чувствовал себя чем-то вроде бородавчатой лягушки, да она так с ним и обращалась. Сколько раз делал заходы — и всякий раз получал отпор. Он не мечтал ею овладеть — лишь бы быть рядом, иногда касаться ее. И как знать, может, понемногу он станет для нее что-то значить.

По крайней мере, теперь появился шанс. Шуба откроет ему дверь. Он чувствовал: в этот раз все будет иначе.

Ее голос, мягкий и манящий, раздался в трубке после третьего гудка.

— Да?

— Шанна, это я. Джейк Фельдман.

— О! — Односложное восклицание сразу понизило температуру на много градусов. — Чего ты хочешь, Джейк?

— У меня деловое предложение, Шанна.

Голос ее стал еще холоднее.

— Я уже слышала твои предложения. Я совершенно не…

— Это предложение чисто деловое, — поспешно заговорил он. — У меня есть для тебя шуба. Я хочу, чтобы ты показала ее на следующей неделе на международной выставке.

— Не знаю… — В голосе мелькнула тень сомнения. — Я давно не выступала на показах мехов.

— Тебе захочется выступить снова, как только ты увидишь Эту Шубу. Поверь мне!

Может быть, доля его энтузиазма передалась по проводам. Джейк чувствовал, что она оттаяла.

— Ну… свяжись с агентством.

— Свяжусь. Но прежде я хочу показать тебе шубу. Ты должна ее увидеть!

— Право, Джейк…

Он повесил трубку, не дав ей договорить, и быстро прошел в мастерскую. Едва был положен последний стежок и завязан последний узелок, он упаковал шубу и направился к двери.

— Чей мех вы купили, мистер? — произнес кто-то, едва он ступил на тротуар.

Вот дерьмо! Защитники животных. Целая шайка с плакатами толклась у его витрины.

Кто-то ткнул ему в лицо плакат:

МЕХ ВЫГЛЯДИТ КРАСИВО И ЭЛЕГАНТНОТОЛЬКО НА ЖИВОТНОМ,КОТОРОМУ ПРИНАДЛЕЖИТ!

— Сколько безобидных животных пойманы в капканы и забиты, чтобы сделать это? — спросил молодой бородач.

— Отвали, — буркнул Джейк. — Сам-то не кожаные ботинки носишь?

Бородач улыбнулся:

— Вообще-то на мне кроссовки, но если бы и кожа, то не ради красоты. Коровы входят в пищевую цепочку человека. В отличие от бобров, норок и новорожденных тюленей.

— Ну и что?

— Одно дело, когда животное убивают ради еды, — таков закон природы. И совсем другое — убивать животных, чтобы украсть красоту, завернувшись в их шкуры. Животные не должны страдать и умирать ради человеческого тщеславия.

И все хором заорали:

— Тще-сла-ви-е, тще-сла-ви-е!

Джейк отмахнулся от них и взял такси до центра.

«Такая красивая девушка, а живет в таком месте», — думал Джейк, входя в вестибюль перестроенного под квартиры склада, где недавно купила квартиру Шанна. Между прочим, выложила за нее кучу денег. Просто потому, что район считался модным.

Указатель «лифт» висел у стальной панели, утыканной заклепками. Растерявшись, он потянул рычажок под табличкой. Панель, лязгнув, разошлась по горизонтали. Верхняя половина панели скользнула вверх, нижняя ушла вниз. Старый грузовой подъемник. Войдя, он разобрался в устройстве, и открытая кабина с шумом поднялась на третий этаж.

Выйдя, он увидел прямо перед собой дверь с табличкой «3В». Квартира Шанны. Он постучал и услышал приближающиеся шаги.

— Кто там? — спросил приглушенный голос с той стороны. Голос Шанны.

— Это я, Джейк. Я принес шубу.

— Я же сказала, свяжись с агентством.

Он даже сквозь дверь ощутил ее недовольство. Плохо дело! При виде дверного глазка ему пришла в голову новая мысль:

— Взгляни в глазок, Шанна.

Он вытянул Ту Шубу из коробки. Мех словно заструился в его руках. Несколько незамеченных обрезков, прилипших к рукаву, упали на дно коробки. Они походили на мохнатых гусениц: казалась, две даже двигаются сами по себе. Странно. Они не должны были оставаться на шубе. Он передернул плечами. Не важно. Главное — шуба. И чтобы Шанна открыла дверь.

— Ты только взгляни. Один взгляд на эту красавицу, и скажи мне потом, что не хочешь посмотреть поближе!

Он услышал, как на той стороне сдвинулся щиток глазка. Десять секунд — и дверь распахнулась. Шанна уставилась на него. У Джейка при виде ее перехватило дыхание. Даже без косметики и в старом махровом халате она была прекрасна. Но ее широко раскрытые глаза его не замечали. Взгляд был прикован к Той Шубе. Она, казалось, впала в транс.

— Джейк, это… это прекрасно. Можно мне?..

Она протянула руки, но Джейк бросил шубу обратно в коробку и проскользнул мимо нее в квартиру.

— Примерь здесь. Тут светлее.

Она прошла за ним в просторное, похожее на мансарду помещение — главную комнату своей квартиры. Слишком открытую, на вкус Джейка. Слишком высокий потолок и слишком мало стен. И отделка не закончена: обойщики наполовину оклеили одну из стен и оставили свои стремянки и инструменты у дверей.

Он обернулся, распахнул для нее шубу.

— Вот, Шанна. Я шил на твой размер.

Она повернулась и просунула руки в рукава.

Подтягивая шубу на плечи, он заметил, что несколько тех обрезков прилипли к меху. Он обобрал их и зажал в руке, чтобы выбросить. Затем отступил, чтобы взглянуть на нее. От мехов и прежде захватывало дух, но Шанна придала их красоте новое качество. И наоборот. Они казались созданными друг для друга. У Джейка на глазах выступили слезы.

Она скользнула к зеркальной стене и стала медленно поворачиваться перед зеркалом. Ее лицо сияло восторгом. Наконец она взглянула на него блестящими глазами.

— Тебе не придется звонить в агентство, — сказала она. — Я сама позвоню. Я хочу показать эту шубу!

— Конечно хочешь, — напрямик заявил он, — и очень может быть, что ты и будешь ее показывать, если мы договоримся.

В первый раз с тех пор, как она увидела меха, ее лицо выразило озабоченность.

— Очень может быть? Как это понимать?

— Ну, другие модели тоже заинтересуются. Придется дать им шанс на просмотре.

Она плотнее завернулась в меха.

— Я не хочу, чтобы ее носил кто-то другой!

— Ну…

Шанна медленно распахнула шубу, развязала пояс махрового халата и распахнула его тоже. Под халатом ничего не было. Джейк почти не замечал ее улыбки.

— Поверь мне, — проговорила она медовым голосом, — другого просмотра тебе не понадобится.

Во рту у Джейка стало так сухо, что он не сумел ответить. И не мог оторвать глаз от ее груди. Он потянулся к пуговицам своего пальто и обнаружил, что еще сжимает в правой руке меховые обрезки. Хотел их отбросить и почувствовал, что они извиваются словно червяки. Взглянув, он увидел, что они уже обвились вокруг его пальцев.

Покой пропитал его, как хорошее красное вино. Ничего странного нет в том, что обрезки шевелятся. Вполне естественно. Даже забавно.

«Смотрите-ка, у меня меховые кольца».

Он стянул пальто и рубашку, остался голым до пояса. И почувствовал, что ему нужно ненадолго уединиться.

— Где у тебя ванная?

— Дверь за твоей спиной.

Ему нужно было что-нибудь острое. Зачем?

— У тебя есть нож? Острый?

Слова вырвались помимо его воли.

Она удивилась:

— Кажется, есть. Обойщики пользовались бритвенными лезвиями…

— Подойдет.

Он нагнулся к рабочей подставке, нашел резак и направился в ванную.

— Я на минутку. Подожди меня в спальне.

«Что я делаю?»

В ванной он встал перед зеркалом, зажав резак в руке с меховыми кольцами. Его внезапно пробрал озноб. Он почувствовал, что умирает в капкане от холода и страха. Потом он увидел в зеркале обросшее лицо старого Джемсона — огромное лицо — и нацеленную на него чудовищную подошву. Джейк скорчился от боли в раздавленной гортани, он задыхался, господи, не мог вздохнуть!

А потом все вдруг снова стало прекрасно и правильно. Он воткнул верхний угол резака в кожу над правой ключицей, достаточно глубоко, чтобы прорезать слой жирка. И повел лезвие вниз вдоль грудины. Доведя линию до низа живота, повернул разрез вправо, вдоль нижних ребер. Жилы и сухожилия плеча возмущенно трещали, когда он отвел руку за спину, продолжая разрез, но боли он не чувствовал — ни в плече, ни в разрезе, из которого ливмя лилась кровь. Что-то внутри у него вопило от ужаса, но это было далеко. Здесь все хорошо. Все отлично…