Ужасы: Последний пир Арлекина (сборник) - Масси Элизабет - Страница 105

Огненный воздух образовывал завихрения перед глазами Элизабет. Вдруг она поняла, что идет по полу древнего дома, по замечательно сохранившейся мозаике, на которой с тревогой разглядела знакомый спиральный орнамент. Стив в это время менял пленку в фотоаппарате, присев у остатков стены.

— Ты знаешь, — начал он, — что когда-то этот остров являлся культурной и торговой столицей Греции? — Он защелкнул крышку. — Готово.

Элизабет слушала гида во время поездки на катере, но знала, что Стиву известно об острове гораздо больше. Она вздохнула. Ей, конечно, было интересно, но эта жара…

Бледно-зеленая ящерица прошмыгнула среди мраморных стен. Гудели цикады. Внезапно до Элизабет дошло, что поблизости нет никого, кроме нее и Стива. Гавани отсюда не было видно — она скрывалась за холмами. Единственным звуком было жужжание насекомых, исконных обитателей острова. Элизабет и Стив стояли среди руин какого-то дома, вероятно принадлежавшего торговцу, на раскаленном мозаичном полу; в углу виднелся колодец. Заглянув вниз, Элизабет увидела глубоко-глубоко неподвижную черную воду; на поверхности смутно мелькнуло ее отражение. Их окружали другие полуразрушенные здания, и повсюду в изобилии росла высокая желтая трава.

Стив поднялся и принялся листать путеводитель.

— Впервые раскопки здесь начали французы в тысяча восемьсот семьдесят третьем, — сообщил он. — Они продолжаются до сегодняшнего дня.

— Знаю. Это место «по степени завершенности раскопок уступает лишь Помпеям», — процитировала Элизабет. — Я слышала, что говорила гид.

Иссохшая трава замерла, словно на фотографии. Никакого движения.

— Но разве это не прекрасно? — добавил Стив, явно не замечая царившей здесь атмосферы, которую так легко почувствовала Элизабет. — Гробницы, склепы, дома многонационального города…

— У меня от него уже мурашки бегут по коже.

— Что? — Щелкнул затвор. — Это же развалины. Здесь никого нет, кроме туристов вроде нас.

— Тогда где они? — Несмотря на палящий зной, ее пробрал озноб. Элизабет попыталась привести в порядок мысли и найти причину своей тревоги, но неотступный страх прятался где-то глубоко. Она сказала первое, что пришло ей в голову: — Наверное, здесь змеи водятся.

— Да, если верить путеводителю, здесь встречаются ядовитые змеи… — Стив, сообразив, что об этом лучше не говорить, смолк.

Он обнял Элизабет за плечи и коснулся ее губ. Ничего серьезного, напомнила она себе. Отпуск закончится, и она его больше никогда не увидит. Тем не менее, когда он прижался к ней, ей стало спокойнее; страх перед безводными, древними, словно наблюдавшими за ней развалинами исчез.

Перед ними на склоне горы Кинфос раскинулись творения рук человеческих. Стив и Элизабет изнемогали от зноя, обливались потом. Позади тоже простирался остров, вдали виднелось темно-синее и манящее прохладой море. Стив снимал пленку за пленкой с помощью трансфокатора; он щелкал все — от далекой Террасы львов до четырех уцелевших колонн дома почитателей Посейдона. Элизабет наконец заметила вдали людей, похожих на ползавших по земле разноцветных муравьев. Вид гавани и туристских катеров, слегка покачивавшихся на волнах, немного успокоил ее.

— Эти львы в древности окружали священное озеро, которое питал источник, расположенный где-то на горе. Если, конечно, это можно назвать горой.

Элизабет промямлила, что она ужеслышала это, когда они, спотыкаясь, карабкались вверх мимо полукруглого амфитеатра. С трудом верилось, что на иссушенном солнцем острове когда-то могли существовать водоемы.

— Скажи-ка еще раз, — попросила она, — кому был посвящен этот остров?

Стив развернулся лицом к ней; его черные очки, скрывавшие слабые глаза, сверкали на солнце.

— Делос считался местом рождения Аполлона и Артемиды — ты знаешь, что они были отпрысками Зевса и смертной женщины Лето.

Кажется, Артемида как-то связана с Гекатой, [116]неожиданно пришло в голову Элизабет.

— Бога солнца и богини луны?

— Точно! — Стив обрадовался, увидев наконец проблеск интереса к экспедиции.

Элизабет уселась на камень и сказала:

— Не возражаешь, если мы отдохнем, Стив?

Он ничего не сказал, но остановился, вытирая пот с покрасневшего лба. Они ходили по острову полтора часа, которые ей показались вечностью. Несомненно, любопытное место, но солнце палило немилосердно, и полная тишина нервировала Элизабет. Это так не походило на руины в Афинах, на громоздкие колонны и храмы, полные людей, окруженные привычной суетой современного города. А здесь стояла угнетающая атмосфера. Казалось, они перенеслись в другое измерение, и странные неопределенные страхи копошились в глубине ее подсознания. Она слышала о призраках, якобы бродящих по острову, — Стив рассказывал ей что-то подобное. Теперь она начинала в это верить.

— А почему они уничтожили все могилы? — спросила Элизабет.

Это была загадка, одна из многих, но мысли о ней тревожили ее, особенно сейчас, когда они стали почти частью Делоса. Оставшиеся часы могли действительно превратиться в вечность…

— В пятьсот сороковом году до нашей эры Делос был очищен, и из всех могил, видимых из святилища, извлекли трупы, — повторил свой урок из греческой истории Стив, кивнув на вершину горы. — Позднее все древние могилы были раскопаны и уничтожены. С тех пор, — добавил он, — на острове запрещено рожать детей и умирать; никому не разрешалось жить здесь постоянно.

— И теперь здесь никто не живет…

— Их всех перевезли на Ренею.

— Кого, жителей? — Она достала из сумки влажные салфетки и испустила слабый вздох, коснувшись лица холодной тканью. Затем, подняв столбик пыли, быстро убрала ноги от особенно любопытной ящерицы. Несколько одиноких маков торчали из щелей в камне.

— Нет, — ответил Стив, — трупы. Они были захоронены вон там, за островом Гекаты.

Опять это имя! Он указывал на ближайший остров, ясно видимый с горы. Отсюда он походил на любой другой греческий островок, но Элизабет подумала, что в подобном месте лучше не появляться. Она надеялась, что в программе нет посещения Ренеи. Но это было маловероятно. В конце концов, всего через два часа они покинут Делос и греческое суденышко повезет их обратно на Наксос, минуя Миконос. Эгейское море манило ее, как надежное убежище, где можно спрятаться от отвратительных мраморных изваяний Делоса.

Несмотря на истории о вскрытых могилах и эксгумированных трупах, Элизабет ощутила огромное облегчение, когда они добрались до святилища. Ей казалось, что еще несколько минут — и она просто упадет в обморок. На горе Кинфос стоял один из самых жарких дней в году. Она заметила, что Стив тоже явно изнемогает от зноя. Фотоаппарат уже давно висел у него на шее без дела, слегка раскачиваясь, когда он карабкался по камням. Перед ними открывался великолепный вид, но Элизабет уже была не в состоянии оценить его по достоинству. Ничего не замечая вокруг, она понуро брела к святилищу.

Оно представляло собой просто кучу камней. Однако здесь нашлась искусственная пещера — расщелина в скале с потолком из огромных обработанных гранитных блоков, образующих свод высотой в шесть футов. У входа было установлено несколько камней меньшего размера, которые образовывали стену длиной в двенадцать футов; в стене был оставлен узкий проход. Элизабет тотчас же заметила здесь одну вещь, которой не видела нигде на Делосе, — тень. Она с радостью забралась внутрь.

— Интересно, у нас останется время осмотреть музей? — Стив протиснулся в пещеру следом за ней.

Элизабет взглянула на часы и нахмурилась при мысли о поспешном возвращении по камням к гавани.

— Мне кажется, нет… — На нее вдруг навалилась ужасная усталость, ей безумно захотелось спать, хотя бы немного вздремнуть. — Мне нужна передышка, Стив.

Он наконец отвлекся от своих мыслей и обратил внимание на озабоченное выражение ее лица.

— Прости, Лиз, я не подумал об этом. У нас остался час. Отдохни минут двадцать. — Он поднялся. — Я еще поброжу здесь, по старому кладбищу. Вот, держи. — Он открыл рюкзак и вытащил две банки пива, довольно холодного, несмотря на жару на острове.