Дочь полуночи - Ченс Карен - Страница 20

Женщина-маг прижала морщинистую руку к груди и повалилась на колени, а я взбежала но трапу и подхватила со ступеньки шарик, ставший теперь ярко-желтым. Жизнь, заключенная в сфере, была мне без надобности, но за нее дадут хорошую цену. Возможно, я смогу пополнить свой боезапас. Дислокаторы — удовольствие не из дешевых.

Второй маг, мужчина с как будто дубленой кожей и лицом профессионального боксера, что-то прокричал. Нечто похожее на гигантский кулак тут же ударило меня по лицу, подбросило в воздух и отшвырнуло от самолета на дюжину ярдов. Я с громким шлепком упала на летное поле, колотя по воздуху руками. Удар отозвался во всем теле так, что я даже до крови прикусила губу.

Я посмотрела на мага, который ухмылялся, горделиво возвышаясь над перилами с видом какого-нибудь героя из киношного боевика. Он не знал, что я никогда не дерусь по-настоящему, пока не почувствую боль.

— Спать! — выкрикнул маг, не успев даже приблизиться ко мне.

Не знаю, какое слово он произнес бы потом, но мне хватило и этого. Я ощутила, как тяжелая дрема навалилась на меня. Она поднималась вдоль позвоночника, грозила погружением в самый последний в жизни сон и в то же время делала конечности онемевшими и бесполезными. Возможно, заклинание сработало бы, но я уже сталкивалась с ним раньше. Я как следует прикусила и без того пострадавшую нижнюю губу, и резкая боль вынудила сонную одурь быстренько ретироваться.

Боевые маги никогда не идут сразу в ближний бой, как люблю делать я. Я предпочитаю хорошую нормальную драку, когда все зависит в основном от силы, проворства и избранной тактики. У магов исход боя вечно решает то, чьи игрушки лучше. Поскольку сейчас я столкнулась с темными боевыми магами, у меня не было ни малейших сомнений в том, что их коллекция боеприпасов может конкурировать с моей. Поэтому я и подавила желание еще немного позабавиться и просто-напросто метнула нож, вынутый из-за голенища. Противник не уклонился, не попытался присесть. Он, видимо, пребывал в полной уверенности, что оружие остановит магическая защита. Она и остановила бы, если бы я не заплатила маленькое состояние за то, что на нож наложили заклятие.

В этом заключается слабая сторона магического щита. Он хорош ровно настолько, насколько силен маг, создавший его, и совершенно бесполезен, если заклинание противника круче твоего. По счастью, мое заклятие стоило денег, заплаченных за него. Маг увидел клинок, впившийся ему в сердце. На его лице в последний раз отразилось изумление, а потом он свалился на летное поле.

Я выдернула нож и побежала обратно к трапу, мотая на бегу головой, чтобы избавиться от остатков сонной одури. Пока я возилась с этими двумя, уцелевший маг успел миновать последнее защитное поле лайнера. Он был уже внутри, и они с Луи Сезаром трепали друг друга.

Но я едва взглянула на них и на разгромленный салон самолета. Все мое внимание сейчас же сосредоточилось на искалеченном пилоте, с ужасом смотревшем на маленькую коробочку, провода от которой тянулись по полу рядом с кухонным отсеком. На ней горели цифры 01:34, когда я посмотрела в первый раз, а через миг там было уже 01:33.

У пилота оказались переломаны ноги, берцовая кость проткнула темно-синюю ткань брюк, некогда безупречно отглаженных.

Я встряхнула его, огляделась по сторонам и спросила:

— Кто еще на борту?

Он заморгал, но ничего не ответил. Кажется, раненый не испытывал боли. Это значило, что Луи Сезар успел загипнотизировать его либо бедняга все еще находился в шоке.

«Вряд ли от него будет польза, но попытаться стоит».

Я снова слегка встряхнула пилота и указала на бомбу.

— Сможешь ее обезвредить?

— Не знаю. — Он заморгал широко распахнутыми глазами. — Может, если бы времени оставалось побольше...

Я вгляделась в его лицо, лишенное всякого выражения, бледное и залитое потом. Когда я увидела пилота в первый раз, он не показался мне человеком, способным помогать банде кровожадных чудовищ, при его-то светлых волосах, румяных щеках и лукавом прищуре, который отчего-то прекрасно сочетался с открытой дружелюбной улыбкой. Но теперь капитан нашего авиалайнера гораздо больше походил на пособника негодяев.

— Уходим, — сказала я и перебросила пилота через плечо, как это делают пожарные.

Теперь руки можно было занять оружием, а оно, скорее всего, мне понадобится.

— Дорина! Я же приказал тебе ждать снаружи! — Луи Сезар сердито покосился на меня, уклоняясь от удара противника.

Мне показалось, что они сражались на равных. Магический щит поглощал удары вампира, зато Луи Сезар двигался слишком быстро, чтобы враг успел по нему попасть. Тот, наверное, использовал бы оружие пострашнее длинного ножа, если бы мы не находились сейчас внутри салона, защищенного магией. Я не рисковала использовать свои боеприпасы по этой же причине. Последствия в зоне действия защитных экранов Сената могут быть самые неожиданные.

— Оставь его! — крикнула я Луи Сезару. — Надо уходить!

— Уходи, — ответил он и в очередной раз без толку взмахнул рапирой. — А Джонатан сегодня умрет.

Я посмотрела на мага, с которого спало заклинание невидимости, поскольку все свои силы он бросил на укрепление магического щита. Противники были примерно одного роста, однако маг казался меньше Луи Сезара, поскольку был совсем худой и узкоплечий. Я автоматически внесла его портрет в мысленный каталог.

«Короткие блондинистые волосы, большие серые глаза, крупный нос, бледное лицо. Нет, не знаю такого. Правда, я обычно стараюсь держаться подальше от магов вообще и от темных в частности».

— Надо убираться, пока не сработала вон та штуковина, иначе всем нам крышка! — Я указала на таймер, где теперь горели цифры 00:52. — Пошли!

Луи Сезар и его противник одновременно поглядели на таймер, затем маг решил, что нечего геройствовать, и рванул к выходу. Я не пыталась его остановить, поскольку была слишком сосредоточена на том, чтобы побыстрее добраться до двери. Луи Сезар подхватил обмякшее тело стюарда и поспешил вслед за мной. Мы втроем помчались к сетчатому забору, протянувшемуся вдоль взлетной полосы. Маг, бежавший налегке, оказался у цели первым и тут же перемахнул через забор. Луи Сезар бросил стюарда и ринулся в погоню, перескочив через восьмифутовый забор так легко, как будто его там не было.

Я положила пилота рядом с его товарищем как раз в тот миг, когда самолет взорвался, выбрасывая языки оранжевого пламени и столбы черного дыма. Несколько раскаленных добела металлических осколков ударили меня в спину, когда я развернулась, чтобы прикрыть собой пилота. Я как раз протянула руки к стюарду, когда летящая серебристая металлическая пластина вонзилась ему в лоб, сняла с несчастного скальп и воткнулась в сетку забора у него над головой. Я упала сверху на тело пока еще живого командира корабля и замерла. Бывают такие дни, когда вообще нет смысла вылезать из постели.

Через полчаса я и француз сидели в новеньком сверкающем «мустанге», несущемся в сторону Вегаса. Машину мы выбрали из-за тонировки на окнах, не пропускающей ультрафиолет, но при этом у нее оказалась механическая коробка передач. Я с сомнением рассматривала рычаг скоростей, когда мы отыскали машину на обширной стоянке пункта проката.

— Почему ты не позволил мне что-нибудь угнать? Я не вожу машины с механической коробкой.

— Зато я вожу, — сказал Луи Сезар и опустился на низкое сиденье так непринужденно, словно всю жизнь гонял на спортивных автомобилях. — Ты все равно пьяная.

«Хотела бы я быть пьяной!»

— Я выпила всего два пива, и то ради воды, которая в нем есть.

— Если тебе нужна была вода, почему же ты не выпила ее?

— Не люблю воду.

— Дорина, садись или останешься здесь!

Я села и подумала, что интересно было бы послушать, как он станет докладывать Сенату о случившемся. Ведь мы за один день угробили авиалайнер стоимостью в миллион долларов. Я устроилась рядом с водителем, а два наших спутника разместились на заднем сиденье. Один из них был пилот, который заснул после сеанса гипноза, проведенного Луи Сезаром, а второй — единственный темный маг, но не Джонатан, которому повезло пережить взрыв. Если это можно назвать везением.