Дочь полуночи - Ченс Карен - Страница 32

— Если хочешь жить, то справишься. Я буду ждать твоего звонка. Не разочаруй меня.

Одно из неприятных свойств дампира состоит в том, что его тело просто продолжает жить своей жизнью. Наверное, эта предосторожность помогает преодолевать действительно сложные ситуации, но бывают моменты, когда просто необходимо отключиться. Возвращение от Драко оказалось одним из них.

Полагаю, его парни решили, что хозяин не станет возражать, если они как следует вколотят в меня его мысль, раз уж он сам едва не вышиб мне мозги. В итоге, когда меня выбросили в проулок за стриптиз-клубом, я по-настоящему мечтала провалиться в блаженное забвение, пока тело занималось починкой повреждений. Но ничего из этого не вышло.

Я застонала бы, но язык как будто непомерно раздулся и заполнил собой весь рот. Я попыталась поднять голову, но она словно приклеилась к чему-то жесткому, воняющему гнилью и мочой. Наконец я заставила распухшие веки открыться и оглядела окружающий мир сквозь завесу ресниц.

По кирпичной стене стекала грязная вода. Я лежала перед мусорными баками, орошая своей кровью гниющую капусту. Что ж, это объясняло наличие первого запаха. Какой-то парень сунулся в проулок, помочился на стену, потом заметил меня и выскочил обратно на улицу. Вот вам и второй запах.

С крыши клуба, нависающей надо мной, непрерывно сочилась струйка дождевой воды, которая капала мне на лицо. По вкусу она была похожа на деготь и больно щипала, когда попадала на какую-нибудь из многочисленных ссадин. Я поразмыслила несколько минут о последнем разе, когда мне было так же больно, горячо обещала себе, что больше никогда не буду такой дурой, и решила хотя бы сесть. Для этого мне пришлось немало попотеть и отшвырнуть в сторону пару кошек, которые шипели от возмущения, поскольку я мешала им подойти к отбросам. Сломанным ребрам, над которыми, как я видела через дыры в футболке, расцвели синие и багровые синяки, совершенно не понравилось новое положение. Но будь я проклята, если проваляюсь всю ночь среди мусора, трясясь от озноба и жалея себя. К тому моменту, когда мне удалось более-менее вертикально привалиться к алюминиевому баку, острая боль уже перешла в размеренное жжение, не лишенное приятности.

Если бы дорогой папочка послушался меня, то никто из нас не оказался бы сейчас в подобном положении. Если бы Раду заставил себя сделать всего одно движение, пока его братец сидел под замком, то сукин сын Драко был бы мертв до того, как снова оказался на свободе. Никто из родичей не заслуживал моих хлопот, особенно в нынешнем моем состоянии. Если бы существовал способ вернуть Клэр без всей этой возни, то я вышла бы из игры, предоставив вампирам спасаться самостоятельно. Я лично могла присоединиться к охоте потом, когда Клэр была бы вне опасности. Если бы мне повезло, то кто-нибудь уже успел бы воткнуть в Драко кол вместо меня.

К несчастью, я понятия не имела, где искать подругу, и едва ли могла ее спасти, не прибегая к невероятным возможностям Сената. Особенно теперь, когда пропала вся моя коллекция не совсем обычного оружия. Драко забрал рюкзак вместе с теми вещицами, какие были в чемоданчике Бенни, оставив меня с пустыми руками.

Я вынула из волос банановую кожуру и поморщилась, когда напрягшиеся мышцы красноречиво запротестовали. Ощущение было такое, словно половина связок в плечах вышла из строя или же очень хотела это сделать. Наверное, из-за того, что один вампир едва не вырвал мне руки из суставов, удерживая на месте, пока второй бил. Мне оставалось надеяться только на то, что в ближайшее время драться не придется. Но забиться куда-нибудь в уголок и спокойненько истекать кровью пару часов тоже не выйдет.

Мне предстояло встретиться кое с кем. Первого из тех, кто мне нужен, отыскать было несложно.

Лас-Вегас Стрип была яркой от огней фейерверков, взлетавших с платформ, нанятых разными казино, каждая из которых как будто пыталась перещеголять своей пышностью и патриотизмом все остальные. Сегодня, четвертого июля, этих платформ, сверкающих огнями, было немало. Красные, белые, синие флаги, патриотичной вереницей обрамлявшие платформу «Данте», вдруг вспыхнули огнем.

«Данте», первоклассное вампирское казино Вегаса, тоже, скажем так, имело отношение к нашему семейству. Его нынешний управляющий был обращен одним из не самых уважаемых последователей Мирчи.

Поэтому я надеялась, что он поможет, если только мне удастся добраться до него раньше, чем платформа оправится в ад, прихватив с собой всех, кто находился на ней.

Я побежала и схватилась за край бодро полыхавшей платформы. Она была построена в виде пиратского корабля — «Данте» никогда не сбивался с курса! — и укомплектована командой скелетов. Толпа, растянувшаяся по тротуарам Стрипа, аплодировала и размахивала бенгальскими огнями, приветствуя встревоженного капитана, пока его матросы, принесшие клятву верности, спрыгивали с корабля. Это были обычные люди в черных костюмах, раскрашенных светящейся серебряной краской. Единственный же сверхъестественный персонаж все еще оставался на борту. Он застыл на своем месте у грот-мачты и ошеломленно озирался по сторонам.

Я поняла, чем он так потрясен, когда начали взрываться декоративные черепа, из которых торчали флажки. Никто вроде бы ничего не замечал, потому как в воздухе каждую секунду что-то взрывалось, но выражение лица капитана ясно говорило о том, что эти взрывы не были частью представления. Что-то воткнулось в платформу рядом с моей рукой, и я отшатнулась. Это оказалась горящая стрела. Ее наконечник был облит смолой. Такого я не видела уже несколько веков. Что за чертовщина?

— Казанова! — заорала я, силясь перекрыть шум фейерверков, которые вырывались из двух бочек, торчавших по краям платформы, и рев толпы, выражавшей свой восторг.

Обычный человек меня не услышал бы, но капитан таковым и не был.

Обладатель смуглого лица, которому замечательно шла рубашка с фестончиками и повязка на глазу, покосился на меня из «вороньего гнезда», куда забрался со страху.

Он перебросил за плечи спутанные черные кудри и патетически простонал:

— Боже! Только я подумал, что хуже уже не бывает!

«Приятно, когда тебя помнят».

— Мне надо кое о чем тебя спросить.

— Прямо сейчас?!

— Хорошая мысль.

Я запрыгнула на платформу, когда корабль начало шатать из стороны в сторону, и со всех ног пересекла горящую палубу, хотя посудину здорово штормило. По счастью, основная часть декора была как следует закреплена.

Я схватилась за веревки, полезла наверх, и сейчас же у меня перед носом в мачту воткнулась горящая стрела. Я моргнула и через миг уже болталась на одной руке над палубой, охваченной огнем. Казанова потянул меня наверх, и я повисла на «вороньем гнезде». Новое облако стрел втыкалось в древесину вокруг меня. Последовал еще один рывок, и вампир затащил меня в относительно безопасную гигантскую корзину, укрепленную на верхушке мачты. Толпа с обеих сторон улицы безудержно ликовала.

Когда я смогла отдышаться, то заметила, как Казанова что-то делал с многочисленными переключателями и проводами, расположенными в стенке «гнезда».

— Успокой меня, скажи, что все это часть представления.

— Нет, это ты меня успокой и скажи, что тот, кто в нас стреляет, целится в тебя, — ответил Казанова, лихорадочно перебирая проводки.

— Прости, но в другой раз.

«Кто бы ни напал на платформу, он уже стрелял, когда я появилась. Так что, кажется, его мишенью является кто-то другой».

Я пригнулась, когда над головой пролетела очередная стрела, проткнувшая флаг с черепом и костями.

— Что ты делаешь?

— Пытаюсь отключить фейерверки. Эта посудина нагружена ими до отказа. Если все они разом...

— Ладно, поняла. Наверное, самое время задать свой вопрос.

— Дорина! — закричал кто-то в толпе.

Я заметила, как там промелькнула золотисто-рыжая голова, и выругалась.

«Как, черт возьми, он меня нашел?»