Дочь полуночи - Ченс Карен - Страница 63

— Я разнесу комнату по кирпичику, пока этот врач доберется сюда! — предупредила я.

— В обычном состоянии — вполне возможно. Но в данный момент твои силы явно пребывают в упадке.

— Это пока я в своем уме, — сказала я и принялась закручивать простыни, но от этого ткань лишь сильнее впилась в тело. — Подобное положение наверняка вызовет припадок. Вот тогда и увидишь, как будет весело.

— Ты, конечно же, не настолько плохо владеешь собой, — проговорил он, нахмурившись. — Мирча ничего не упоминал о...

Я сверкнула на вампира глазами.

— Клэр пропала уже больше месяца назад.

— Какое отношение она имеет?..

— Она всегда воздействовала на меня успокаивающе. Без нее я владею собой все хуже и хуже. Отпусти меня сейчас же!

Луи Сезар не спешил, однако в его глазах отразилось нечто, похожее на искреннее сострадание, привычная насмешливость куда-то пропала при виде моей беспомощности. Через миг француз потянулся к узлам.

— Я и не подозревал, насколько важна эта женщина... — начал он, но тут мы оба развернулись к двери.

Я была так занята своими переживаниями, что даже не услышала, как она открылась. Мое внимание привлек только поток прохладного воздуха, прилетевший из коридора.

— Не хотел вам мешать, — сказал Раду. — Просто интересуюсь, не сделали ли вы ничего такого, что секунду назад отключило защитные экраны?

Глава 19

— Мой господин, я могу объяснить... — начал Луи Сезар, производя впечатление человека, совершенно не способного на подобное действие.

Раду вскинул руку.

— Я уверен, существует веская причина, по которой ты привязал мою голую племянницу к кровати. Но я совершенно уверен в том, что не желаю о ней знать.

Руки Луи Сезара немного дрожали, но он сумел освободить мои запястья. Я схватила джинсы и спросила:

— Что там случилось с защитой?

— Экраны отключились несколько... — Раду замолчал, потому что за окнами внезапно стемнело, как будто ночь решила вернуться. — Ну это уже вообще никуда не годится, — произнес он сердито.

Я оказалась у окна на долю секунды раньше Луи Сезара. Зрелище было мало вдохновляющее. На небе клубились зелено-черные тучи, сквозь которые пробивались серебристые лучи. В воздухе ощущалось давление, накатывающее волнами, как будто громадная змея свивала свои кольца все теснее и теснее. Молния ударила в три пальмы, посаженные у подъездной дорожки, и расщепила одну из них до половины. От грохота грома содрогнулся пол в комнате, и вибрации поднялись по моим ногам до самой головы.

— В это время года бурь не бывает, — произнес Раду, стоявший у меня за спиной.

Я ничего не ответила, поскольку внимательно всматривалась в тени, движущиеся в винограднике за домом. Темные силуэты расправляли кожистые крылья, которые полоскались на ветру, словно порванные паруса.

У меня по спине забегали мурашки.

— Ду, какой именно экран ты имел в виду, когда говорил, что защита отключилась?

Темные силуэты закружились над домом, потом опустились к окну, тяжело взмахивая громадными черными крыльями. Я слышала, как внизу скребли когти, похожие на сабли.

— Да все сразу. — Раду подошел ближе, желая посмотреть, что же меня так заинтересовало. — У них ведь общий источник энергии. И я...

Голова на змеиной шее, похожая на птичью, врезалась в окно. Удар о стекло сплющил морду в один ухмыляющийся рот. Раду с криком отпрянул назад. Голова исчезла, когтистая лапа пробила окно и протянулась мимо меня, чтобы схватить дядю. Я ударила по лапе лампой, снятой с тумбочки. Она отскочила, не оставив на враге даже царапины, зато у меня по руке до самого плеча прошла пульсирующая боль.

Луи Сезар схватил тварь за ногу и втащил в комнату. Крылья застряли в пространстве между оконной рамой и маленьким кованым балконом, не давая чудовищу пошевелиться. В то же время оно преградило своим телом путь товарищам — во всяком случае, на время. Я внимательно всмотрелась в желто-зеленые глаза твари, но увидела в них только животный блеск.

«Интересно, где же тот их вожак?»

Луи Сезар оттолкнул Раду в сторону.

— Необходимо как можно быстрее восстановить экраны!

— Тогда мы окажемся запертыми в доме вместе с ними!

Застрявшая тварь начала визжать и дергаться. Мне хватило одного взгляда, брошенного в маленькое боковое окно, чтобы понять, в чем проблема. Сородичи чудовища набросились на него с яростью диких собак. Они разрывали громадные крылья с такой легкостью, словно это была черная паутина.

— Лучше так, чем выпустить их наружу! Это же всего-навсего тупые животные. Мы отгоним их или перебьем.

Раду помотал головой. Испуг, отразившийся на его лице, доказывал, что не только я заметила кое-что странное в этих жертвах эксперимента. Я увидела свою крестьянскую блузу, наполовину затолкнутую под кровать, выволокла ее оттуда и натянула на себя.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать, Ду?

Он сглотнул.

— Не могу. Сенат...

Тварь с визгом вывалилась из окна, освобожденная соплеменниками, которые оторвали ей крыло. Ее место сейчас же заняли несколько других чудовищ и заскребли когтями, пытаясь удержаться на изящных балконных перилах. Их зубы щелкали, громадные крылья били по воздуху.

— Сената здесь нет! — напомнила я. — Это наши друзья пожаловали! Давай, Ду, рассказывай.

Луи Сезар отбил атаку чудовищ с помощью кресла, которым он заткнул дыру в разбитом окне. Я с сомнением посмотрела на эту преграду.

«Дерево и кожа не задержат крылатых рептилий надолго».

Не успела я додумать эту мысль до конца, как импровизированная баррикада влетела в комнату, застряла в двери и перекрыла нам путь к отступлению. Одна небольшая тварь сумела протиснуться в окно, но Луи Сезар тут же схватил ее за горло и сжал так, что глаза чудовища вылезли из орбит.

— La sallede bains, vite! — Он махнул на дверь ванной, и я без церемоний потащила туда Раду.

Из ванной дверь вела в смежную комнату, где, как выяснилось, обитал Луи Сезар.

К несчастью, на его окно тоже было совершено нападение. Порыв ветра, насыщенного дождевыми каплями, ударил меня в лицо, прорвавшись сквозь разбитую раму, когда я выталкивала Раду в коридор. Увернуться я не успела. Длинный коготь дотянулся и сбил меня с ног.

Секунду я пыталась понять, что происходит, но тут громадная птица взлетела с балкона. Затем моя нога врезалась в балконные перила, и я сумела зацепиться согнутым коленом за чугунные завитушки. Ногу едва не вырвало из сустава, когда тварь дернула, пытаясь отцепить добычу. Она хлопала крыльями, окатывала меня дождевыми брызгами и вопила от ярости. Затем вторая когтистая лапа полоснула меня по груди так сильно, что я задохнулась и ощутила в горле кислый привкус. Треснула молния, небо задрожало, а я не могла вдохнуть.

Мне пришлось отпустить перила, но прежде чем чудовище успело взлететь, кто-то метнул в него длинный осколок стекла, проткнувший тонкую кожу на ребрах твари. На черном теле появилась длинная багровая полоса, которую сейчас же смыл дождь. Я еще успела понять, что Раду держал меня за руку. Потом когти разжались, и я начала падать.

На полпути к земле падение неожиданно прекратилось. Боль от когтей, впившихся в лодыжку, означала, что это вовсе не чудесное спасение. Костлявая лапа крепко держала меня, и я беспомощно повисла в двенадцати футах над землей. У меня была ровно секунда на размышления о том, что же делать дальше без всякого оружия. Потом спину пронзила такая боль, словно ее прижгли каленым железом. Еще одна пара когтей вцепилась мне в плечи и впивалась все глубже. Я стиснула зубы, чтобы не закричать, когда две твари принялись тянуть меня в разные стороны. Не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы сообразить — еще немного, и они разрешат спор, разорвав меня пополам.

Нож с длинной рукояткой вылетел неизвестно откуда и вонзился в горло того чудища, которое тянуло меня за ноги. Увы, падая на землю, тварь не разжала когтей. Она увлекала вниз и меня, и своего товарища. Мы приземлились с зубодробительным грохотом. Я оказалась поверх умирающего чудища. Мне удалось выдернуть нож из его горла, однако даже с оружием в руках сложно сражаться с тем, кого не видишь. Когти твари глубоко вошли в мышцы плеч, и я никак не могла развернуться, чтобы разобраться со вторым противником.