Аль-Ришад (Трилогия) (СИ) - Андерсен Лора - Страница 124

– Да! – Хриплый ответ и провал, содержащий инструкции, новый язык, муштру подготовки и почти никаких собственных мыслей…

– Как ты думаешь, Строггорн, сколько раз они перевербовывали его? – спросил Линган, пробираясь во всем этом.

– Не знаю, страшно, что каждый раз изменяли психику, считая, что делают с ним это первый раз, а он уже очень давно перестал быть личностью.

… Города, страны, гипноз, курс усиленной психотерапии, сумасшествие, лечение, снова гипноз, двойная перевербовка с переделкой психики… Большой провал…

– Линган, здесь нужен психоключ, если взломаем, точно убьем!

– Другие идеи есть?

«… Не смотрите на меня так! Нет! Мне не вынести этого…» – Врач сидел, привязанный к креслу, и смотрел в совершенно нечеловеческие глаза. Кругом кто-то серый… «Не люди? Или я совсем? Не надо! Со мной столько раз поступали так! Зачем?» – Кто-то смотрит в глаза, бесконечная боль, все плывет и резкий окрик: «Сосредоточься! Это приказ! Ты же человек!» Он поднимает глаза и глядит прямо в лицо, не узнавая, не понимая, что происходит. Кто-то серый вдруг вырастает в размерах и отчетливо звучит его голос, произносящий фразу самоуничтожения.

Линган сидел, отключившись, и человек в черном беспокойно всматривался в его лицо.

– Все хорошо, Дейл. Он умер?

– Да, ничего нельзя было сделать, мы пытались – все бесполезно.

– Жаль. – Линган устало открыл глаза, и посмотрел на Строггорна, отрешенно глядящего перед собой. – Не смогли с тобой заблокировать приказ, одно утешение, что убили не зря. – Он встал и начал одеваться. – Сообщите в Аль-Ришад, что нас долго может не быть. Пусть Диггиррен возьмет управление страной на себя, а Лао ему поможет.

– Мне можно спросить? – Генри смотрел на них.

– Узнали, кое-что. Плохо Генри, последний раз с ним работали не люди. – Строггорн тоже одевался.

– В каком смысле?

– В самом прямом. Не люди, я имею в виду не таких, как мы, а самых настоящих инопланетян. Разница понятна?

– Хорошо, первый раз вы прямым текстом сказали, что родились на Земле, – кивнул Генри.

– А ты до сих пор сомневался? – усмехнулся Линган.

– Глядя на вас, Председатель, трудно об этом догадаться. Что дальше?

– Будем искать. Строггорн, ты говорил, вытащил тогда в Многомерность инопланетянина?

– Думаешь, он?

– Похоже, но искать его придется в нормальном человеческом облике, город, где он бывал, известен, главное теперь – не спугнуть.

Они вошли в бар. Прошло больше двух недель, никто, кроме них, не искал этого человека: малейший намек, неосторожная мысль – он бы исчез навсегда. Строггорн с Линганом сами обшаривали все места, где можно было встретить его. Строггорн вспомнил, что агент, которого они искали, был хорошо замаскирован, имел семью, ребенка и мог вести самую обычную жизнь, время от времени общаясь с определенными лицами, которыми руководил.

Они вошли в зал – сигаретный дым висел в воздухе. Еще с улицы они знали, что тот, кого столько времени искали, здесь. Он только взглянул на вход, не пытаясь уйти, так как знал, что от существ Многомерности невозможно скрыться в обычном пространстве, если они нашли тебя. Линган подошел к нему и положил руку на плечо, как будто они были давними друзьями. Полная тишина застыла в зале, все сидели неподвижно – Строггорн полностью контролировал людей.

– Ну что, пошли? – Линган не собирался без необходимости уходить в Многомерность в присутствии такого количества свидетелей. Человек не сопротивлялся. Они вышли на улицу и свернули за угол, в темноту. Возник пространственный туннель, и Линган втолкнул человека внутрь.

Круглый зал Совета, как всегда, сиял чистотой. В пяти креслах сидели пять Советников, напротив них находился человек, самый обычный на вид: может быть чуть слишком пристальный взгляд серых глаз, бледное худощавое лицо, тонкое, точеное сложение, выверенные жесты длинных пальцев. Пять пар глаз сверлили его, но казалось, это нисколько не беспокоило человека.

– Вы не сможете ничего со мной сделать. – Он улыбнулся тонкими губами. Уровни его психики скользили, не позволяя проникнуть в мозг и грозя втянуть в свой чудовищный псевдомир.

– Может стукнуть его посильнее? – предложил Линган.

– Тогда вы от меня точно ничего не узнаете, – снова усмехнулся человек. – Именно поэтому, думаю, и не убьете.

Советники долго молчали, пока Креил не поднял взгляд, и человек вздрогнул от его мыслей. Человека освободили, и все прошли в операционный зал. Джон Гил настраивал аппаратуру.

– Не хочет говорить? – только уточнил он, не дожидаясь ответа.

Человека раздели и положили на операционный стол, Машина обвила его захватами, не давая пошевелится, он не сопротивлялся, только повторил:

– Зачем все это? Вам не прощупать меня.

Креил переглянулся с Джоном Гилом, и аппаратура заработала. Сфера была закрыта герметично, и Машина быстро изменяла характеристики. Креил взял пробу тканей человека на анализ, выясняя, какая атмосфера могла бы устроить такое существо.

– Он очень похож на нас. Даже Аолла сейчас имеет больше отличий, – сказал Джон Гил по результатам анализа.

Тело человека изменилось скачком, как обычно и бывало при регрессии: когда количество изменений превышало определенный уровень, оно сразу, на глазах, перестраивалось. Человек закричал, его кожа посерела, тело как-то сразу сжалось, утончились конечности, и число пальцев на руках превратилось в три. Волосы на голове почти исчезли, закрывая череп лишь легким пухом, а глаза, широко открытые, с большими, складчатыми веками, смотрели, почти не мигая. Телепатически – все то же скольжение уровней психики, даже во время болезненной трансформации существо не потеряло контроль над собой.

– Ну вот, хоть посмотрим, с кем имеем дело, лично я все равно не знаю, кто это. – Линган всматривался в существо под куполом. – Ладно, давайте земную атмосферу, то, что вы ему подсунули, явно его не устраивает, еще задохнется.

Машина вернула условия под сферой к земным, и тело существа снова стало человеческим. Щупальца отпустили его, он сел и несколько раз тряхнул головой, откашливаясь.

– Ну, у вас и методы, Советники! Две регрессии за десять минут, я что, испытательный полигон? Чуть не отравили черт знает какой атмосферой!

– Сколько вы времени на Земле? – спросил Линган.

– А что? – Человек только поднял взгляд, но не ответил.

– Думаю, сколько нужно прожить на чужой планете, чтобы так здорово научиться ругаться.

Они снова вернулись в зал Совета. Перед дверью человек несколько замешкался, уловив: Женщину в красном.

– Разве Аолла Вандерлит на Земле? – тут же спросил он, но ему никто не ответил, а Линган слегка подтолкнул его внутрь. Аолла сидела за столом и невозмутимо расправлялась с очередной тарелкой. Стил подошел и аккуратно собрал стопочкой посуду, Линган насчитал семь тарелок и с трудом сдержал улыбку. Человека снова усадили в пси-кресло и привязали.

– Так что ты делаешь на Земле, Ти-иль-иль? – спросила Аолла, приступая к следующей порции.

– Ты его знаешь? – Советники спросили это почти одновременно, и Аолла поморщилась.

– Ой, говорите по очереди. Кажется, я задала тебе вопрос, Ти-иль-иль?

– Такая красивая женщина, а занимается допросами. И охота вам тратить на это время? Вы ведь всего на две недели?

– Противное ты существо, вечно никаких ответов от тебя не дождешься.

– Конечно. – Положил ногу на ногу Ти-иль-иль. – Давайте, вы не будете меня допрашивать и пойдете с Советником Строггорном займетесь чем-нибудь поприятнее? Они потом и без вас разберутся.

– Опять лезешь в мою жизнь? Мало секретов с Уш-ш-шем?

– Он бывал на Дорне? – Линган нахмурился.

– Бывал, в скафандре, конечно, у него же тоже тело трехмерное, – пояснила Аолла. – В нашей Галактике всего одиннадцать трехмерных цивилизаций, но им не повезло, у них два солнца в системе оказалось, одно – трех-, а другое – четырехмерное и, может быть, из-за этого развились две параллельные цивилизации. С одной, четырехмерной, Дорн тесно общается, родственные, а с этой – постольку-поскольку, одна система, никуда от них не деться.