Аль-Ришад (Трилогия) (СИ) - Андерсен Лора - Страница 77

Линган уже уложил Строггорна на операционный стол, а Джон Гил настраивал аппаратуру.

– Мы сделали новое обезболивающее, уже в Пятимерности. Но если так пойдет дальше, скоро для нашей работы будете давать нам Вардов. Я больше пяти не вынесу, – ворчал он. Препарат оказался крайне эффективным, и Строггорн очнулся почти сразу же после введения.

– Ты нам только скажи – у тебя повреждения или ты просто переутомился? – тут же спросил его Линган.

– Не знаю. – Строггорн вслушивался в себя, но действительно никак не мог понять.

– Тогда сними нам блоки, пожалуйста, – вежливо попросил Линган, и его удивило, что Строггорн не стал спорить. Не найдя никаких повреждений, плохое самочувствие отнесли на переутомление и с облегчением перевели дух. Все знали, что Строггорн до сих пор плохо себя чувствовал, а психотравма очень медленно и неохотно зарастала, поэтому было не исключено повторное повреждение мозга. Строггорна перевезли в палату и он спокойно уснул.

Директора позвали в операционный зал. Он не ждал ничего хорошего и с ужасом уставился на операционную сферу и пси-кресла, слишком мало напоминавшие обычные, что выдавало их медицинское назначение.

– Генри, раздевайтесь и ложитесь на операционный стол, – довольно вежливо попросил его Креил. У Директора в мозгу сразу завертелись сцены из фильмов ужасов. – Перестаньте думать о таких глупостях! – снова вмешался Креил. – Мы же не похожи на чудовищ? Поверьте мне, мы лежали на таких же столах не раз и не два. Только что лечили Строггорна.

– Советник, скажите, что вы будете делать со мной?

– Во-первых, нужно раскрыть ваши способности. Я уже говорил вам, Генри, что на самом деле вы не человек. Во-вторых, необходимо очистить ваш мозг от психотравм. Вас ждет большая нервная нагрузка, и нам бы не хотелось, чтобы вы в какой-нибудь ответственный момент неожиданно свихнулись.

– Это возможно?

– Вероятно. И в-третьих, вам уже сорок шесть лет и, если вы не хотите дальше стареть, необходимо немедленно вами серьезно заняться. У нас меньше трехсот лет Варды не живут. Мне, например, недавно стукнуло двести – заметно? Убедил?

Директор посмотрел на Советника и медленно начал раздеваться.

Ему дали наркоз, чтобы избежать лишних вопросов, хотя на самом деле это никак не помогало сделать процедуру более безболезненной. К счастью, у Директора не было больших психотравм, а мелкие удалось быстро ликвидировать. Впоследствии он так и не смог понять, что с ним делали.

Директор проснулся от звона инструментов и с удивлением увидел Строггорна. Он был в самой обычной одежде: голубой рубашке в тон брюкам, и только лицо по-прежнему закрывала полумаска. Строггорн сидел рядом с операционным столом, а Стил раскладывал инструменты. От их вида Директору сразу стало плохо. Даже щупальца Машины не произвели на него такого удручающего впечатления.

– Зря вы так испугались, Генри, – мягко сказал Строггорн. – Я только поставлю пси-входы, а все самое страшное с вами уже сделали.

От этих слов Директор сразу приподнял голову и посмотрел на свое тело. Оно было таким же, как прежде, и это успокаивало. Смутно припомнилась перенесенная во время операции боль, но все было как в тумане.

– Вы шутите, Советник?

– Отнюдь. Вам изменили личность, внесли коррективы в ваш характер – в наших интересах, конечно, окончательно сделали из вас нечеловека – Варда. Этого вам кажется недостаточным?

– Я не понимаю…

– Кстати, – продолжил Строггорн. – Мы заменили вам ряд органов, пока вы спали. Сказать, какие?

– Советник… – Директор замолчал, просто не поверив, как это может быть правдой.

– Прошло почти десять часов, как вы у нас, и, помимо раскрытия Вард-Структуры, нам пришлось поменять вам печень, предстательную железу – через несколько месяцев вам был гарантирован рак, сердце – уж не знаю, что вы с ним делали, но Креил говорит – давно такого не видел, и кучу всего по мелочам. Меня не было, но поковырялись они в вашем теле основательно. – Строггорн прямо посмотрел Директору в глаза. – Да вы все не верите мне?

– Как в такое можно поверить?

– Ну. – Строггорн пожал плечами. – Стил, принеси нам эту гадость, которую из него вынули.

– Господи! Только не это! – Директор наконец начал понимать, что это не шутка.

– Стил, унеси назад, а то с ним сейчас будет обморок, – Строггорн закончил раскладывать инструменты. – Мне можно начинать? – он взял руку Директора и начал медленно вводить пси-вход – черный, маленький наконечник на длинной, почти полуметровой и похожей на проволоку, ножке. – Я вам затем все это рассказываю, – продолжил Строггорн, не отрываясь от работы, – что у нас нет времени вас окончательно долечивать, и еще сколько-то вы будете себя неважно чувствовать. Швы, хоть и небольшие, но остались и исчезнут не раньше, чем через две недели.

– Мне, наверное, придется теперь принимать какие-то препараты из-за возможности отторжения тканей? – Директору не было больно от того, что делал Строггорн, хотя с виду все выглядело довольно страшно, и сейчас его больше беспокоил результат операции.

– Никакого отторжения не может быть. Эти органы специально выращивают генетически нейтральными. Месяца через два они станут вам родными, восприняв ваш собственный генотип – и на этом все.

– Вы так обогнали нас в этом?

– Мы собираемся заработать на этом много денег. Ведь вам, чтобы выполнить наше задание, их понадобится огромное количество? Я правильно все понимаю? – уточнил Строггорн. – И где их можно взять, как не от продажи лекарств и органов для трансплантаций? Идея продавать оружие мне не нравится. А что еще можно придумать?

– Логично, Советник. Но у нас строгая и длительная проверка препаратов. Пока вы их внедрите на рынок, пройдет слишком много времени.

– Не согласен с вами. В комитетах полно наших людей, а эффективность лекарств – без сомнения. Мы же собираемся торговать только теми медикаментами, которые действуют на неизлечимые для вас болезни. Рак, СПИДоподобные заболевания – вы их сейчас знаете пять, а может быть более двадцати различных форм, и так далее. Это большие, если не сказать – очень большие деньги. На них можно будет скупить пол-Земли – в тех странах, где все продается. Часть банкиров – потом вы получите списки – телепаты, а в такой выгодный проект сразу вложат столько, сколько нужно. И нам хорошо и им неплохо.

– Удивительно, Советник, можно подумать – вы жили у нас.

– Зачем? Я хорошо знаю людей. Обычно ими движут очень простые эмоции – страх, любовь, ненависть, жадность, лень, жажда жизни, ну, еще несколько. С телепатами сложнее. Мы часто и сами не знаем, чего хотим. Всего-то нам мало. Скука – наша основная болезнь.

Директор вскрикнул он неожиданной и резкой боли, и Строггорн принялся за следующий пси-вход.

– Каждый раз, когда я буду точно попадать, будет больно, – предупредил Строггорн.

– Зачем это нужно? – Директор подумал, что он слишком много позволил сделать с собой, хотя выбора ему никто не предоставил.

– Пси-входы? – уточнил Строггорн. – Они позволят вам напрямую общаться с Машиной. Это значительно сократит время вашего обучения при необходимости. Да и много чего можно еще делать. Например, управлять этими щупальцами…

– Послать куда нужно водородные бомбы, – вдруг, сообразив, добавил Директор.

– Тоже неплохая идея. – Мысленно усмехнулся Строггорн. – Но главное, это позволяет значительно увеличить энергетические возможности вашего мозга. На этом и еще понятии Многомерности построена Вард-Хирургия.

– Что значит – Многомерность?

– Вы шли сюда через коридор, который, на первый взгляд, кажется совершенно ирреальным, а там всего пять измерений. Еще сохранен объем. Если идти дальше – начинаются куда более интересные вещи. Когда-нибудь я научу вас ходить в Многомерности, поверьте – это сильное впечатление.

– У меня уже от нее сильное впечатление. Не знаю, достаточно ли моей жизни, чтобы научиться тому, о чем вы говорите, Советник.

– Более чем. Мы максимально замедлили процесс старения вашего организма, – объяснил Строггорн. – Плохо, конечно, что вам уже сорок шесть, многовато, честно говоря, но, если сделать лет через десять дополнительное омолаживание организма и мозга, проживете вы еще долго, лет двести – двести пятьдесят, я думаю. Хотя за это время мы, может быть, еще что-нибудь придумаем и не станем вас мучить омолаживаниями. Наука развивается очень быстро, поэтому все возможно.