Мрачный шепот (ЛП) - Шоуолтер Джена - Страница 44

— Ты в порядке?

— Нет, — ему бы планировать следующий ход против своего врага. Он должен быть со своими друзьями, готовиться к битве. Он должен быть там, на улицах, охотиться, выслеживать. Вместо этого, он едва ли мог заставить себя выйти из собственной спальни. Если его взгляд не был устремлен на Гвен, если он не видел, как её грудь вздымается и опадает, его мозг буквально превращался в жаркое, не способный использовать логику и отражать выпады демона.

Что с ним, черт возьми, случилось? Она же просто девушка. Девушка, которую он хотел использовать. Девушка, которая вполне может погибнуть, сражаясь с его врагами — девушка, которую он попросил сражаться с его врагами. Девушка, с которой он никогда не сможет быть. Девушка, с которой он познакомился совсем недавно.

Оставаясь с ней сейчас, охраняя её, он никак не отказывался от своей миссии и не ставил её выше своей цели. Так увещевал самого себя Сабин. После того, как он хорошенько натренирует её, она станет машиной для убийства. Её ничто не сможет остановить. Вот почему он оставался здесь, с ней, не имея возможности уйти, отчаянно нуждаясь в её выздоровлении.

— Как она? — внезапно раздался женский голос.

И снова, он замигал, пытаясь перефокусировать взгляд. Черт, похоже, его сознание где-то заблудилось. Вернулись Эшлин и Даника — он потерял счет количеству их визитов — и теперь стояли позади Кейна.

— Никаких изменений, — почему её раны не затягивались, черт побери? — Как прошло собрание? — из-за стычки с Ловцами, оно откладывалось вплоть до сегодняшнего утра.

Кейн пожал плечами, и это движение, видимо, сильно «разозлило» лампу в дальнем углу комнаты — та вспыхнула и заискрилась. Потом взорвалась. Женщины взвизгнули и отскочили в сторону. Давно свыкшийся с подобным Кейн продолжил как ни в чем не бывало:

— Все пришли к общему выводу. Это невозможно, Баден не может быть жив. Каждый из нас держал его голову в руках, прежде чем мы сожгли её. Есть два варианта: либо кто-то выдает себя за него, либо Ловцы распускают слухи, чтобы отвлечь нас от главной цели.

Вот последнее имело смысл. Как похоже на Ловцов. Из-за того, что у них не было таких способностей, как у Повелителей, их лучшим оружием были обман и хитрость.

Даника подошла к Гвен, и осторожно отвела волосы с лица спящей красавицы.

Эшлин присоединилась к ней и сжала ладошку Гвен, как будто желая отдать немного своей силы этому хрупкому маленькому телу. Их забота тронула Сабина. Они даже толком не знали её, и все же им было не все равно. Потому что ему было не все равно.

— Гален знает, что мы знаем о том, что он главарь Ловцов, — сказал он Кейну. — Почему тогда он не напал на нас еще раз?

— Он планирует это, скорее всего. Собирает силы. И определенно распространяет лживые слухи про Бадена, чтобы сбить нас с толку.

— Что ж, я убью его.

— Возможно, это случится раньше, чем ты думаешь. Я видела его прошлой ночью в своих видениях, — не поднимая взгляда, произнесла Даника. — С ним была женщина. Картинка была настолько яркой, что я нарисовала её, сразу же, как проснулась, сегодня утром. Хотите взглянуть?

Бедная Даника. Практически каждую ночь она видела ужасные кошмары. Демоны терзают души, боги воюют между собой, чьи-то любимые умирают. Такую нежную, чувствительную девушку, как она, эти еженощные ужасы должны были бы сильно пугать, и все же она стойко терпела их с улыбкой на лице. Ведь так она помогала своему мужчине.

Как вела бы себя Гвен, если бы у неё были такие видения, спрашивал себя Сабин. Дрожала бы она, как в тот день в пирамиде? Или бросилась бы в атаку, оскалившись, как Гарпия?

— Сабин? — окликнул его Кейн. — Твоя рассеянность болезненно издевается над нашими эго.

— Извини. Да, конечно. Я хочу увидеть эту картину.

Даника хотела встать, но Кейн остановил её.

— Оставайся здесь. Я принесу её, — он скрылся в коридоре, чтобы вернуться через несколько минут, держа полотно на расстоянии вытянутой руки. Он удерживал его на весу, и свет играл бликами на темных красках.

Было похоже, что на картине изображена какая-то пещера. Зазубренные острые скалы ярко-красного цвета покрыты сажей. На грунтовом полу, усеянном какими-то ветками и хворостинками, тут и там валяются кости. Человеческие, по всей вероятности. И там же, в дальнем углу, был Гален, чьи покрытые перьями крылья были расправлены в стороны. На его лице застыло выражение сосредоточенности, и в руках он держал… Сабин вынужден был прищуриться, что разглядеть. Клочок бумаги?

Позади него действительно стояла женщина, хотя только небольшая часть её профиля была хорошо видна. Высокая, худощавая брюнетка. Кровь капала из уголка её рта. И она тоже изучала листок в руках Галена.

— Я никогда раньше не видел её.

— Никто из нас её не видел, — сказал Кейн. — Хотя что-то в ней все же кажется странно знакомым, не так ли?

Сабин пригляделся повнимательнее. Такие черты лица он точно видел впервые. Но то, как она хмурилась, морщинки в уголке её глаза… возможно.

— Жаль, что я не смогла увидеть её полностью, — сокрушенно произнесла Даника.

— То, что ты увидела хоть что-нибудь, уже чудо! — поспешила заверить её Эшлин.

Кейн кивнул, соглашаясь.

— Торин отсканирует её лицо, поколдует немножко на своем компьютере, чтоб получилась полноценная картинка, и попытается выяснить, кто же она такая. Если она бессмертная, то вряд ли, конечно, засветилась хоть в одной человеческой базе данных. Но попытаться все равно стоит.

— Почему они вообще на этом портрете оказались? — спросил Сабин, выбросив из головы женщину на картине, и сосредоточившись на более насущных вещах.

— Не знаю точно, но этим мы тоже занимаемся, — Кейн опустил полотно на носки своих ботинок. — Найти Галена стало Приоритетом Номер Один. Если мы сможем убить его, то скорее всего, сможем уничтожить Ловцов раз и навсегда. Без его советов и указаний относительно всего, что касается бессмертных, мы сотрем их в порошок.

Гвен шевельнулась рядом с Сабином, и её колено мягко потерлось о его бедро.

Он замер, не осмеливаясь даже дышать. Да, он хотел, чтобы она пришла в себя, но никак не хотел, чтобы ей было больно. Прошло несколько минут, и она осталась лежать неподвижно.

«Я думаю, она скоро умрет».

«Пошел ты».

«Ты можешь винить во всем только себя, я тут ни при чем».

На это Сабину нечего было ответить.

— А что там с нашими поисками ларца? — спросил он Кейна. — Разузнали что-нибудь об этом тренировочном лагере или школе-интернате, или что это там такое, для детей полукровок? И да, я хотел бы вернуться в Храм Неназываемых, чтоб еще разок все там обыскать.

Храм находился в Риме и только недавно восстал из морских глубин — процесс, который начался, когда Титаны свергли Олимпийцев и захватили контроль над небесами. Благодаря Анье, он знал, что такие храмы использовались, как места поклонения и почитания, как средства вернуть мир к тому, с чего он однажды начал: детская площадка для богов.

— А вот это приоритеты два, три и четыре, — ответил Кейн. — Хотя, зная Торина, думаю, он наверняка занимается поисками на нескольких компьютерах сразу. Еще пару дней, и мы снова будем готовы к активным действиям.

Восстановит ли силы Гвен к этому времени?

— Какие-нибудь новости по поводу третьего артефакта? — иногда часах в сутках явно не хватало, чтоб успеть сделать все, что должно быть сделано. Бороться с Ловцами, найти древние реликвии богов, остаться в живых. Вылечить одну хрупкую девушку.

— Пока никаких. Мэддокс и Гидеон возьмут Эшлин с собой, чтоб она могла «послушать».

Хоть бы им повезло и Ловцы, которые приходили за Гвен, обсуждали свои планы вслух. Может, говорили о том, куда собирались увезти её. Он сотрет это место с лица земли просто из принципа.

— Держи меня в курсе любых изменений и продвижений.

Кейн кивнул.

— Считай, дело сделано.

— Сабин.

Мольба, резкий, хрипловатый голос — голос Гвен.

Он быстро повернулся к ней. Её веки дрожали, приоткрываясь. Его сердце пустилось вскачь, тело напряглось, а кровь закипела в жилах.