Классическая драма Востока - Гуань Хань-цин - Страница 154

154

Старуха

Слова неразумны твои. Ты разве не знаешь? Пусть любящих разлучат Моря и земли, Но если и вправду сердца Томятся в разлуке, К любимой путь никогда Не кажется длинным.

Старик

И вот еще о чем ты подумай.

Поют, обратись лицом друг к другу.

Старик и старуха

Пусть древние сосны Такасаго и Сумииоэ Лишь бесчувственные существа, Но ведь но напрасно их "Неразлучной четой" прозвали. Что ж дивиться тогда на людей, Наделенных сердечным чувством? Сколько лет — и не счесть! — Каждый вечер я покидаю, Чтоб жену мою навестить, Берег дальнего Суминоэ. Вместе состарились мы, Как чета Неразлучных сосен, Словно крепко-крепко сплелись Под землей своими корнями, Верных супругов пример.

Томонари

Удивляясь великому чуду, Слушаю ваши слова. Если в памяти вы храните Предания старины Об этой чете древних сосен, Прошу, поведайте мне.

Старик.Как говорили о том в былые времена, сосны Такасаго и Суминоэ знаменуют собой счастливые царствования.

Старуха

Сосна Такасаго Знаменует седую древность, Когда собраны были Мириады листьев "Манъёсю" [252]…

Старик.А сосна Сумиёси знаменует нынешнее время, когда в годы правления Энги собраны были воедино стихи "Кокинсю".

Старуха

Будут вечно, как сосны, свежи, Не увянут родные песни.

Старик.Поэзия в наши дни так же прекрасно расцвела, как в древние времена "Манъёсю"…

Старик и старуха

Ныне правящего монарха Почтили за это хвалой.

Томонари

Чудесные ваши речи Я слушать не устаю. Сквозь темные тучи незнанья Пробился весенний луч.

Старик и старуха

Все озаряя, льется свыше Вечерний мягкий свет На берег Западного моря, Земную темную юдоль…

Томонари

И там, в далеком Суминоэ…

Старик

И в Такасаго, здесь…

Томонари

Все ярче зеленеют сосны…

Старик

Спокойна светлая весна.

Хор

На четырех морях тишина. Всюду мир и покой. Благодетельный ветер весны Ветку не колыхнет. О, Неразлучных сосен чета! Послан ей дивный удел В наши блаженные времена Знаменьем счастья служить. Для величанья не хватит слов, Нет достойной хвалы! Мудро правит страною наш государь, Он довольством народ наделил. В милосердии беспредельном своем Изливает щедроты рекой. В милосердии беспредельном своем Изливает щедроты рекой.

Томонари.Прошу вас, поведайте мне еще о благовестной сосне Такасаго.

Хор

Пусть говорят, что травы и деревья Ни сердца не имеют, ни души, Но не пропустят времени цветенья, Плоды приносят в свой урочный срок. Всегда на ветках, обращенных к югу [253], Торопится раскрыться ранний цвет Навстречу солнечным лучам.

Старик

Цветут ли цветы, Опадают ли осенью листья, Сосна целый год Остается вечнозеленой.

Хор

В круговороте времен Приходят зимние вьюги, Тысячелетний убор Сосна хранит и под снегом. "Цветет она десять раз, Единожды в тысячу лет" [254], — Так учит древняя мудрость. Долгий век государю сулит Вещая сосна Такасаго.

Старик

В благословенный наш век Счастливых вестей ожидает…

Хор

На ветках ее блестят Росы бессчетные перлы. В песни они перейдут, В жемчужины слов перельются, Сердца людей озарят Своим немеркнущим светом…

Старик

И все, что на свете живет, Душой обратится к песне.

Хор

Но ведь некогда Тёно сказал: "Все живое и неживое — Любое созданье поет". У каждого голос свой, И каждый поющий голос В поэзию проникает: Шепот веток, шорох песка, Рокот ветра, журчанье воды… Все сущее сердцем наделено. И светлый весенний лес, Восточным колеблемый ветром, И звон осенних цикад В холодных росистых травах, Разве не скажешь о них: "Воплощенные песни Ямато"? Но пред могучей сосной Все деревья в лесу недоростки. Над ними она вознеслась В царственном великолепье. Свой облик издревле хранит, Все времена сопрягая. Тысячи долгих лет Свежа нетленная зелень. Некогда циньский император [255] Сосне пожаловал высший чин. Не только в Стране восходящего солнца, Сосну почитают и в землях чужих.