Классическая драма Востока - Гуань Хань-цин - Страница 191

191

Все это — чушь, Пустая болтовня! Мне время дорого. Ни времени, ни денег Я тратить по-пустому не могу. Ты видишь, дочь моя, о-Кати, Так тяжко захворала, И когда же? Как раз — в канун счастливой свадьбы. Святой отец-целитель! Извините, Я вас заставил ждать… Прошу вас осмотреть больную. Рассказчик Он отвернулся от Ёхэя И, поклонясь целителю-монаху, Почтительно его подводит К больной о-Кати.

Ёхэй.О-о! Вы собираетесь принять молодого зятя в дом? Попробуйте, попробуйте, а я полюбуюсь, как это вам удастся!

Рассказчик

Он нагло развалился Пред отчимом — И длинные ножищи протянул, А под голову счеты положил. Однако В расчетах крепко он ошибся. Отец тихонько дочь приподнимает. Лицо о-Кати сильно исхудало. Монах-целитель, Белый Лис, Внимательно глядит В глаза больной…

Монах

Хм… сколько же ей лет?

Токубэй

Пятнадцать.

Монах

Пятнадцать? А когда ж к ней хворь пристала?

Токубэй

Двенадцатого. Вот уж три недели Без малого она хворает.

Монах

Хм… Двенадцатого… в праздник Целителя… А!.. Якуси-Нёрай [347] С лазоревым челом… Так! Хорошо! Пятнадцать лет… Пятнадцать — Священное число… Успенье Будды. Так-так!.. Сочтем!..

Рассказчик

Он из-за пазухи Вытягивает книгу. Листает. Ищет. Про себя бормочет. Считает, пальцы загибая. И наконец провозглашает.

Монах

Итак, приступим!

Ведь сказано же в дзёрури "Священник сокровищницы Закона" [348], что Амида и Якуси были когда-то мужем и женой… И прочее, и прочее, и тому подобное. А это означает, что хворь этой девицы происходит от любовного томления. Она как можно скорее должна получить супруга!

К тому же наважденье духа… Но демон-то, по счастью, слабосильный. Его в два счета изгоню!

Рассказчик

Обрадованный Токубэй Благоговейно слушает монаха. Монах-хитрюга это замечает — И хочет пыль в глаза пустить купцу. Он возвышает голос И начинает зычно возглашать.

Монах-целитель

На земле своры демонов Развелись, Демоны хвори, Демоны горя — зловредные твари. Но любого демона Легко одолею я. — Белый Лис, Служитель Великого бога Инари. Моими устами Высшие истины вещают. Ни на волос лжи — Узнаете сами. Соберись вся бесовская рать, Мои заклинания — Всех укрощают, Затрепещет бес — и бежать! Каждый бог, каждый Будда Творит свое Особое чудо. Чтоб охладить огневицу, Да будет ведомо вам, Посетить надо На горе Хиэй — "Горней прохлады" Двадцать один храм. Привяжется морозный озноб, Гляди в оба! Не загнал бы в гроб, Но от самого злого озноба, От леденящей боли, Спасет бог Ацута — "Горячее поле". У иного разломило голову. А у того — На носу чирей, На щеке веред, Зубная скорбь изувечит… Молитесь бодхисаттве Атаго [349], Он голову лечит. А какой бог От ломоты ног Поможет? Будда Асику, Восседающий на лотосовом подножии. Есть бог и построже: На убийц, на воров — Царь Фудо с железным арканом! Не разорвать небесных оков! Горе тем, кто живет Воровством и обманом! В "Храме ветра" новое чудо — Божественный ветер Лечит простуду. А от старческой немощи Других заступников не ищи, Но если жизнь тебе дорога, Молись снова и снова Беловласому, белоусому богу Сирага — И станешь бодрей молодого. А всемилосердный Дзидзо-целитель? Он помогает, Молельщиков врачуя: Юношей лечит от почечуя, Путников охраняет от воров и грабителей. В карты играя [350], Не плутуй, Не искушай судьбу. Чтоб залучить "адза", Сиречь козырного туза, Умоляй бога Адзабу! Если мечешь кости В притоне игорном, Молись, чтоб сыграть наверняка, Трем и четырем храмам нагорным — И выпадут три И четыре очка. А хочешь, чтоб выпало Пять и шесть, Вознеси моления Пяти и шести божествам. Множество заклинаний есть, Капищ — семь, Восемь — поучений… Это следует заучить всем, всем!