Новая жизнь. Божественная комедия - Данте Алигьери - Страница 60

60

ПЕСНЬ ВОСЬМАЯ 1В тот самый час, когда томят печали Отплывших вдаль и нежит мысль о том, Как милые их утром провожали, 4А новый странник на пути своем Пронзен любовью, дальний звон внимая, Подобный плачу над умершим днем, — 7Я начал, слух невольно отрешая, [746] Следить, как средь теней встает одна, К вниманью мановеньем приглашая. 10Сложив и вскинув кисти рук, она Стремила взор к востоку и, казалось, Шептала богу: «Я одним полна». 13«Te lucis ante», [747]— с уст ее раздалось Так набожно, и так был нежен звук, Что о себе самом позабывалось. 16И, набожно и нежно, весь их круг С ней до конца исполнил песнопенье, Взор воздымая до верховных дуг. [748] 19Здесь в истину вонзи, читатель, зренье; Покровы так прозрачны, что сквозь них Уже совсем легко проникновенье. [749] 22Я видел: сонм властителей земных, С покорно вознесенными очами, Как в ожиданье, побледнев, затих. 25И видел я: два ангела, над нами Спускаясь вниз, держали два клинка, Пылающих, с неострыми концами. 28И, зеленее свежего листка, Одежда их, в ветру зеленых крылий, Вилась вослед, волниста и легка. 31Один слетел чуть выше, чем мы были, Другой — на обращенный к нам откос, И так они сидевших окаймили. 34Я различал их русый цвет волос, Но взгляд темнел, на лицах их почия, И яркости чрезмерной я не снес. 37«Они сошли из лона, где Мария, — Сказал Сорделло, — чтобы дол стеречь, Затем что близко появленье змия». 40И я, не зная, как себя беречь, Взглянул вокруг и поспешил укрыться, Оледенелый, возле верных плеч. 43И вновь Сорделло: «Нам пора спуститься И славным теням о себе сказать; Им будет радость с вами очутиться». 46Я, в три шага, ступил уже на гладь; И видел, как одна из душ взирала Все на меня, как будто чтоб узнать. 49Уже и воздух почернел немало, Но для моих и для ее очей Он все же вскрыл то, что таил сначала. 52Она ко мне подвинулась, я — к ней. Как я был счастлив, Нино благородный, [750] Тебя узреть не между злых теней! 55Приветствий дань была поочередной; И он затем: «К прибрежью под горой Давно ли ты приплыл пустыней водной?» 58«О, — я сказал, — я вышел пред зарей Из скорбных мест и жизнь влачу земную, Хоть, идя так, забочусь о другой». 61Из уст моих услышав речь такую, Он и Сорделло подались назад, Дивясь тому, о чем я повествую. 64Один к Вергилию направил взгляд, Другой — к сидевшим, крикнув: «Встань, Куррадо [751]! Взгляни, как бог щедротами богат!» 67Затем ко мне: «Ты, избранное чадо, К которому так милостив был тот, О чьих путях и мудрствовать не надо, — 70Скажи в том мире, за простором вод, Чтоб мне моя Джованна [752]пособила Там, где невинных верный отклик ждет. 73Должно быть, мать ее меня забыла, Свой белый плат носив недолгий час, А в нем бы ей, несчастной, лучше было. [753] 76Ее пример являет напоказ, Что пламень в женском сердце вечно хочет Глаз и касанья, чтобы он не гас. 79И не такое ей надгробье прочит Ехидна, в бой ведущая Милан, Какое создал бы галлурский кочет». [754] 82Так вел он речь, и взор его и стан Несли печать горячего порыва, Которым дух пристойно обуян. 85Мои глаза стремились в твердь пытливо, Туда, где звезды обращают ход, Как сердце колеса, неторопливо. 88И вождь: «О сын мой, что твой взор влечет?» И я ему: «Три этих ярких света, Зажегшие вкруг остья небосвод». 91И он: «Те, что ты видел до рассвета, Склонились, все четыре, в должный срок; На смену им взошло трехзвездье это». [755] 94Сорделло вдруг его к себе привлек, Сказав: «Вот он! Взгляни на супостата!» — И указал, чтоб тот увидеть мог. 97Там, где стена расселины разъята, Была змея, похожая на ту, Что Еве горький плод дала когда-то. 100В цветах и травах бороздя черту, Она порой свивалась, чтобы спину Лизнуть, как зверь наводит красоту. 103Не видев сам, я речь о том откину, Как тот и этот горний ястреб взмыл; Я их полет застал наполовину. 106Едва заслыша взмах зеленых крыл, Змей ускользнул, и каждый ангел снова Взлетел туда же, где он прежде был. 109А тот, кто подошел к нам после зова Судьи, все это время напролет Следил за мной и не промолвил слова. 112«Твой путеводный светоч да найдет, — Он начал, — нужный воск в твоей же воле, Пока не ступишь на финифть высот! 115Когда ты ведаешь хоть в малой доле Про Вальдимагру и про те края, Подай мне весть о дедовском престоле. 118Куррадо Маласпина звался я; Но Старый — тот другой, он был мне дедом; [756] Любовь к родным светлеет здесь моя». 121«О, — я сказал, — мне только по беседам Знаком ваш край; но разве угол есть Во всей Европе, где б он не был ведом? 124Ваш дом стяжал заслуженную честь, Почет владыкам и почет державе, И даже кто там не был, слышал весть. 127И, как стремлюсь к вершине, так я вправе Сказать: ваш род, за что ему хвала, Кошель и меч в старинной держит славе. 130В нем доблесть от привычки возросла, И, хоть с пути дурным главой [757]все сбито, Он знает цель и сторонится зла». 133И тот: «Иди; поведаю открыто, Что солнце не успеет лечь семь раз Там, где Овен расположил копыта, 136Как это мненье лестное о нас Тебе в средину головы вклинится Гвоздями, крепче, чем чужой рассказ, 139Раз приговор не может не свершиться». [758] вернуться

746

ПЕСНЬ ВОСЬМАЯ Долина земных властителей (продолжение)

7.  Слух невольно отрешая, — невольно переставая слушать, потому что Сорделло умолк, а души кончили петь «Salve, Regina».

вернуться

747

13.  «Те lucis ante»(лат.) — начальные слова вечернего церковного гимна: «Тебя, у предела света… [просим…]».

вернуться

748

18.  До верховных дуг— то есть до небесных сфер.

вернуться

749

19-21. Данте указывает: аллегория дальнейших стихов так прозрачна, что легко понять ее смысл, а именно — небо, по нашей молитве, охраняет нас от соблазнов.

вернуться

750

53.  Нино Висконти— «судья» (правитель) округа Галлуры в Сардинии (см. прим. А., XXII, 81–87), внук и соперник графа Уголино (см. прим. А., XXXIII, 13–14). Умер в 1296 г.

вернуться

751

65.  Куррадо— см. прим. 115–119.

вернуться

752

71.  Джованна— малолетняя дочь Нино Висконти.

вернуться

753

73-75. Мать ее, Беатриче, недолго носила вдовий «белый плат», выйдя вторично замуж за Галеаццо, из миланских Висконти, претерпевшего тяжелую судьбу.

вернуться

754

79-81. Для Беатриче было бы почетнее, если бы на ее гробнице был высечен герб ее первого мужа, «кочет»(петух, герб пизанских Висконти, судей Галлуры), а не «ехидна»(герб миланскихВисконти: змея, пожирающая младенца).

вернуться

755

89-93. Три ярких звезды, сияющие в этот час вокруг Южного полюса, символизируют веру, надежду и любовь (см. прим. Ч., VII, 34–36; Ч., I, 23–27).

вернуться

756

115-119. Куррадо(Коррадо) МаласпинаМладший — маркиз Луниджаны, умерший около 1294 г. У маркизов Маласпина изгнанник Данте нашел радушный прием в 1306 г. Вальдимагра— долина реки Магры в Луниджане.

вернуться

757

131.  Дурным главой— то есть римским папой.

вернуться

758

133-139. Смысл: «Солнце не успеет вступить семь разв знак Овна, где оно стоит сейчас, то есть не пройдет и семи лет, как ты сам убедишься в нашем радушии, раз уж должен свершиться приговорсудьбы, обрекающий тебя на скитальчество».