Пленница Дракулы - Швайкерт Ульрике - Страница 59

— Это все?

— Нет. Я хотела получить еще одно доказательство, и сейчас оно у меня, — ликующим голосом заявила Мария Луиза.

— И что же это?

— Прядь волос Иви-Мэри, которую я срезала с ее головы вчера, когда она была так занята примеркой своего бального платья, что ничего не заметила.

Иви невольно схватилась за затылок и застонала. Как такое могло произойти? Где витали ее мысли и что делал Сеймоур, если он тоже ничего не заметил? Ну конечно! Его отослали из комнаты, чтобы он не беспокоил портного и его помощниц.

— Вы сами можете убедиться в том, что сегодня все волосы Иви-Мэри на месте, потому что они отросли за несколько часов. Она всего лишь нечистокровная, в этом нет сомнения!

Иви перебирала пальцами густые локоны. Ну конечно. Мария Луиза была права. Иви вспомнила: Рим, первый год обучения в академии. Уже тогда одна отрезанная прядь волос чуть не стала для нее роковой. Франц Леопольд, сам того не желая, чуть не разгадал ее тайну. Несколько месяцев она вынуждена была каждый вечер первым делом отрезать себе прядь волос и прятать ее. И все равно, уже тогда Лучиано заметил маленькие различия и пришел к определенным выводам. При мысли о Носферас на лице Иви мелькнула улыбка. Как сильно он вырос и изменился как внешне, так и внутренне. Каким верным другом он был для нее!

Баронесса все еще молчала. Наверное, она смотрела на серебристую прядь и размышляла, как ей сейчас, после предъявления этого неопровержимого доказательства, поступить с предательницей.

— Что вы теперь собираетесь делать? — спросила разочарованная реакцией Антонии Мария Луиза.

— Не думаю, что я должна обсуждать это с тобой.

— Но вы ведь что-нибудь предпримете? Вы должны строго наказать Иви за этот обман. Вам нужно с позором прогнать эту обманщицу, а также ее дикое чудовище. Лицана должны узнать, что Дракас никому не позволят безнаказанно себя обманывать.

— Прочь отсюда! Я сделаю что-нибудь, когда посчитаю нужным. Тебя все это отныне не касается. Возвращайся к выполнению своих обязанностей и не лезь больше в это дело. И я запрещаю тебе рассказывать кому-либо о том, что ты выяснила.

— Как скажете, баронесса Антония, — ответила Мария Луиза вызывающим тоном.

Иви быстро спряталась в ближайшей гардеробной. Она услышала, как прошуршало бальное платье Марии Луизы, когда та вышла из комнаты. Ирландка еще немного подождала и бесшумно последовала за ней. На мгновение Иви задержалась у приоткрытой двери в комнату баронессы и попробовала поймать пару ее мыслей, но так и не смогла проникнуть в ее разум. Неудивительно. Баронесса Антония была одной из тех Дракас, ментальные способности которых были наиболее развиты, и умела защищать свое сознание от непрошеных гостей. Иви удалось почувствовать лишь ее настроение. Тревога? Странно. Это было последнее чувство, которое ожидала обнаружить Иви. Ирландка проникла еще немного глубже. Да, там был гнев, но он был направлен на Марию Луизу и ее любопытство, а не на Лицана. Теперь Иви вообще ничего не понимала. Она почувствовала, что баронесса приближается, и быстро вернулась в зал.

Остаток ночи прошел как в тумане. Иви наткнулась на Лучиано, окруженного облаком отчаяния. Ирландка попыталась утешить его, хотя и понимала, что сама озабочена совсем другим.

— С Клариссой Хиндрик, не беспокойся. Мы не можем уйти отсюда сейчас. Но все будет хорошо. Завтра мы снова ее навестим.

Иви взяла Лучиано за руку и посмотрела ему в глаза. Боль, терзавшая юного вампира, поразила и тронула ее. Как счастлива должна быть Кларисса, ведь Лучиано так любит ее, и все же именно эта любовь стоила ей жизни. Теперь девушку ожидало нечто совсем иное — существование в холодном мраке. Но разве Лучиано не станет для нее теплым лучиком в этом царстве тьмы? Если, конечно, она разрешит ему это. Если простит его. Иви надеялась, что так и будет, что Лучиано не придется удерживать Клариссу рядом с собой против ее воли. Потому что Иви знала, что не все слуги с самого начала смирялись со своей судьбой.

Лучиано оставил Иви, чтобы вместе со своей кузиной станцевать следующий котильон. Лицана подошла к Алисе.

— Ты не танцуешь сегодня вечером?

— Только когда у меня нет другого выхода, — поморщилась Фамалия. — Я потанцевала с Сереном, а потом с Лучиано, чтобы немного отвлечь его от тревожных мыслей, хотя мне и не очень это удалось. Я дважды видела, как он собирался удрать из дворца, но привратники четко следуют указаниям Дракас и не выпускают сегодня ночью ни одного наследника. Я бы пошла с ним, чтобы помочь ему и Клариссе пережить это превращение. По правде говоря, мне чертовски интересно, как оно происходит.

— Болезненно, — сухо ответила Иви. — Поверь, для Лучиано лучше, что он не видит этого. Сейчас он ничего не сможет для нее сделать, и я боюсь, что даже любовь Клариссы во время превращения не удержит ее от того, чтобы проклясть Лучиано за то, что он с ней сделал.

Ночь подходила к концу. Гости начали расходиться. Тех, кто выпил слишком много шампанского и больше не мог идти самостоятельно, слуги усаживали в кареты, где господа сразу же засыпали. Или не только шампанское стало причиной такого состояния гостей? По крайней мере некоторых из них. Запах свежей человеческой крови наполнял дворец Кобург. Видимо, кое-кто из Дракас не смог или не захотел сдерживаться всю ночь. Это было не так уж страшно, если только где-нибудь во дворце не осталась лежать пара трупов. Вероятно, этой ночью все гости вернутся домой. Однако Иви была уверена, что перед тем как Дракас заключили договор с другими кланами, они нередко позволяли себе убивать людей в своем доме, хотя и старались, чтобы среди их жертв не было представителей высшего общества, исчезновение которых могло бы привлечь к себе слишком много внимания.

Эта мысль заставила Иви снова подумать о Клариссе. Она была дочерью барона Тодеско. Пусть в обществе и прессе постоянно шутили по поводу невежества ее отца, все же семья банкира пользовалась уважением и принадлежала к новому «денежному дворянству», обосновавшемуся на Рингштрассе, которое не обделял своим вниманием даже император — ведь он как-никак нуждался в их деньгах. Как общество отнесется к исчезновению дочери барона? Что предпримет полиция? Иви надеялась на то, что и семья Клариссы, и полицейские придут к выводу, что девушка сбежала со своим обожателем. Оправятся ли когда-нибудь ее родители от такого удара?

А Кларисса? Будет ли она и после превращения испытывать потребность в том, чтобы продолжать общаться со своей семьей? Такие случаи тоже бывали. Не так уж часто, потому что как правило большая часть прежней личности вампира изменялась. Но были и такие нечистокровные, которые еще долго испытывали привязанность к своему человеческому существованию. Они страдали от противоречивых чувств, поедавших их изнутри, пока постепенно, год за годом, их старое «я» не отмирало окончательно. Оставалось лишь надеяться, что Клариссе не придется переживать медленную смерть.

Наконец праздник закончился. Последний фиакр отъехал от дворца.

Поднимаясь по лестнице в свою комнату, Иви чувствовала себя обессиленной. Когда она вошла в спальню, Алиса была уже там и с помощью служанки снимала бальное платье. Сеймоур сидел рядом с ней и смотрел на Иви. Пока Лицана переодевалась, она успела поделиться с волком своими мыслями.

«Ты можешь объяснить реакцию баронессы? Может быть, мы к ней ошиблись? Но ведь она Дракас! Как такое может быть?».

«Анна Кристина тоже изменилась. Она помогала другим наследникам в момент особой опасности, — напомнил Сеймоур. — Возможно, где-то глубоко внутри многие Дракас совсем не такие, какими кажутся на первый взгляд».

«Возможно, — согласилась Иви. — И все же мне не удается избавиться от подозрения, что за всем этим кроется какой-то подвох».

«Как бы то ни было, сегодня ты избежала серьезной опасности и теперь можешь спокойно ложиться спать», — мягко сказал Сеймоур.

«Да, похоже, смертоносная стрела все же пролетела мимо. А может быть, она еще просто не долетела до нас. В любом случае мы ничего не можем изменить. Нам остается лишь смириться с судьбой, которая рано или поздно нас настигнет».