Котировка страсти или любовь в формате рыночных отношений (СИ) - Горовая Ольга Вадимовна - Страница 126

— Мне казалось, мы решили это маленькое недоразумение. — Картов приподнял бровь.

Шамалко хмыкнул. Костя же ограничился невозмутимым пожиманием плеч.

В этот момент к их кружку подошли репортеры. Все улыбнулись, позируя на камеру, после чего, молодая девушка-журналистка попросила разрешения задать несколько вопросов каждому. Картов уже открыл рот, и Карина могла поспорить, что он собирался отказать. Причем, за всех. Но Соболев опередил Дмитрия, позволив. Да и Шамалко активно демонстрировал, что не против.

После пары вопросов Виктору, касательно его спонсорского участия в прошедшем мероприятии, девушка повернулась к Константину и Карине, которую Соболев уже успел представить, как свою жену.

— Нам ничего неизвестно о церемонии, вы провели ее тайно? — С лукавой улыбкой спросила журналистка.

— Не видели смысла в суматохе и мишуре, нас интересовал результат, не правда ли, хорошая моя? — Костя повернулся к Карине и подмигнул.

Карина кивнула и искренне улыбнулась в ответ, слыша щелчок камеры.

— А медовый месяц вы так же исключили, или, все же, этой традиции отдали дань? — Продолжила девушка.

— Мы отдыхали на Мальдивах. — Не отворачиваясь от мужа, ответила Карина.

— Что ж, примите наши поздравления, пусть и немного припозднившиеся, из-за недостатка информации. — Журналистка подмигнула. — И, возможно, вы порадуете нас всех более широким освещением другого события? — Она загадочно прищурилась. — Ходят слухи, что в последнее время вы стали частыми посетителями областного Центра планирования и репродукции. И даже собрались в США на консультацию? Планируете обзавестись наследниками?

Что ж, пресс-служба Соболева прекрасно справилась с поставленной задачей.

— Собственно, мы уже сделали первый шаг на пути к этой цели. — Широко улыбнулся Константин, наглядно демонстрируя мужскую гордость. — И в США летим, чтобы убедиться, что беременность моей жены ужепротекает нормально.

Реакция Картова и Шамалко оказалась достаточно выразительной и, главное, одновременной. Оба сделали вид, что, конечно же, уже знали об этом.

— О, поздравляем! — Журналистка, определенно, обрадовалась подобной эксклюзивной новости, которую раздобыла первой. — И кого вы ждете?

— Мы пока не узнавали, нас волнует лишь здоровье будущего ребенка, сами понимаете. — Вновь подключилась Карина.

— Да, да, конечно. — По глазам журналистки было видно, что ей не терпится все это записать.

— Мы, как раз, обсуждали с Константином и его прекрасной женой, что нет ничего важнее, чем правильно выбрать ребенку крестного отца. — С располагающей улыбкой подключился к разговору Картов.

— Да, и они, похоже, уже сделали свой выбор. — С долей превосходства заметил Виктор.

Это было бы смешно, не будь настолько очевидно воинственно.

Карине стало действительно интересно, ощущают ли журналистка и ее фотограф то напряжение и давление, которое просто сгустилось вокруг них? Или верят мягким, искренним улыбкам и красивым фразам?

Однако девушка, похоже, растерялась в намеках кандидатов в Президенты, и полностью сосредоточилась на этом вопросе, не отвлекаясь на иное.

— Так кого же из вас выбрала чета Соболевых? — Переводя взгляд то на Картова, то на Шамалко, уточнила она.

— Поскольку, хоть и не зная пола, мы точно знаем, что ждем двойню… — Соболев сделал многозначительную паузу и усмехнулся. — Проблема отпадает сама собой. Всегда выгодно, когда один из крестных твоих детей — Президент, а другой, вероятно, премьер-министр.

— Думаете, именно так произойдет перераспределение мест в будущем правительстве? — Тут же переключилась девушка. — И наши кандидаты сумеют договориться, объединив программы?

Картов и Шамалко, определенно, не очень разделяли подобный оптимизм. Карину весьма повеселило выражение растерянности на их лицах, пусть и мимолетное.

— Думаю, политика — слишком неподходящая тема для сегодняшнего вечера, посвященного таким честным и храбрым людям, не побоявшимся рискнуть собой, ради жизни других. Давайте оставим тему правительства на другие вечера. — Константин с улыбкой отклонил вопрос. — А сейчас, простите, моя жена устала. А в нынешнем положении ей надо больше отдыхать. Тем более что уже этой ночью мы улетаем.

— Конечно-конечно. — Девушка кивнула, не оставив возможности ни Шамалко, ни Картову что-то сказать. — Надеюсь, наше издание сможет рассчитывать на эксклюзивное освещение рождения ваших детей и их фото?

— Вполне возможно. — Снисходительно пообещал Константин, мягко повернув Карину в сторону двери. — Свяжитесь с нашим пресс-отделом.

Он увлек ее за собой, уже не слушая журналистку, рассыпающуюся в благодарностях, и не оборачиваясь на оставшихся позади Картова и Шамалко. Не оглянулась и Карина.

— Ты, действительно, считаешь, что они подходят на роль крестных наших детей? — Отстраненно уточнила она, когда они сели в свою машину.

Костя усмехнулся и, наклонившись, поцеловал ее в губы, будто одобряя и поддерживая после такого вечера.

— Я сказал, что их крестными станут Президент и премьер-министр, фамилий я не называл. — Ответил он, повернувшись к окну, но при этом обнял Карину и устроил ее голову на своем плече. Она больше ничего не говорила и не спрашивала. Но некоторое беспокойство, родившееся в том зале под прицелом любопытных глаз и камер, утихло. В своем муже она не сомневалась. Как и в том, что Соболев никогда не позволит этим… людям, приблизиться к ней или их детям. Ведь он обещал.

— Ты прекрасно справилась, хорошая моя. — Похвалил Костя, мягко поцеловав ее макушку.

— Но это выматывает. — Хмыкнув, призналась Карина. — Господи! Я даже не понимала, сколько напряжения и выдержки это требует, пока…

Она вздохнула.

Пока не узнала, что может не притворяться и вести себя так, как ей хочется. Карина знала, что не должна продолжать, Костя понял ее мысль.

— Больше тебе не придется в подобном участвовать. Обещаю. — Он медленно вытащил шпильку из ее волос. Сначала одну. Потом взялся за остальные.

Карина с искренним удовольствием застонала, когда Костя взъерошил свободные пряди рукой. Ощущение свободы ей, определенно, нравилось.

— Обожаю заставлять тебя стонать. — Лукаво прошептал Костя ей на ухо. У нее дрожь прошла по спине от хриплых ноток в его голосе. — А сейчас — спи. Я разбужу, когда доберемся до отеля.

— Я знаю несколько способов, как сократить время поездки. — Многозначительно глянув на перегородку, отделяющую водительское место, протянула она грудным голосом. И подразнивая, прошлась языком по шее мужа, легко прикусив в конце.

Судя по потемневшим глазам и дернувшемуся кадыку, ее предложение заинтересовало Константина. Однако самоконтроль у этого мужчины, порою, даже веселил ее.

— Спи. — Решительно велел он. — Сейчас я предпочитаю, чтобы ты стонала в более комфортных условиях и потому, до отеля продержусь. Но когда-нибудь…

Многообещающе ответил Соболев, и все-таки заставил ее устроиться у него на плече, а ноги вытянуть на сидение автомобиля.

Глава 36

Неделю спустя, под Киевом

Мужчина шел по пустому коридору, аккуратно, следя за камерами, о которых ему сообщили и, на всякий случай, выискивая те, о которых могли и умолчать. Хотя, их не обманули, видеонаблюдение было отключено. Но мужчина привык все проверять и доверял лишь себе.

Он ступал тихо, ничего не трогал и не оставлял после себя следов. Пальцы в удобных тонких перчатках, крепко сжимали пистолет с глушителем. Впрочем, он пришел сюда не работать. Так, проследить и подчистить.

Всю грязь должны были сделать за него. И пока все шло по плану. Во время обхода дома он уже обнаружил три трупа: двое мужчин, судя по всему, из охранников, и одна женщина в подвале.

Интересное, кстати, местечко, этот подвал. Ему всякое приходилось видеть, и не то, чтоб там обнаружилось что-то новое и небывалое. Но все было так расположено «с любовью», сразу бросалось в глаза, что всеми этими «приборчиками» и «инструментиками», всеми столами и стойками — пользовались часто и с толком.