Игры Вечности - Сидоров Леонид Владимирович - Страница 14

— Ой, не знаю. Ну дай, может поможет…, — Насир протянул руку за склянкой. Чуть глотнул и сплюнул за борт, сморщившись от отвращения. — Это что за гадость?

— Гадость, не гадость, но Ясиру выпить придётся, — Алексей решительно забрал валерьянку. Глотнул и скривился. — И вправду гадость! Редкостная. Ладно, куда деваться…

По прибытии быстренько заскочил в комнату и скинул рюкзак. Критически оглядел взлохмаченное пыльное отражение в бронзовом зеркале, сокрушённо вздохнул и наскоро умылся в тазике. Разгладил мокрые волосы, подхватил склянку и степенно вышел за дверь. «Теперь главное не спешить. Как там говорится, истинно учёному мужу свойственна неторопливость? Кажись так…», — остановился перед дверью Ясира и тихонько постучал.

Дверь чуть приоткрылась.

— Тебе чего? — свистящим шёпотом осведомился телохранитель, подозрительно покосившись на склянку.

— С почтенным Ясиром поговорить надо.

— Потом приходи, спит он.

— Кто там, Зияд? — послышался голос Ясира.

— Салех пришёл, — телохранитель зыркнул так, что и без слов стало ясно, ну вот, пришёл какой-то прыщ и старика разбудил.

— Пусть войдёт.

Зияд сделал сложное движение косматыми сросшимися на переносице бровями и посторонился.

Алексей шагнул за порог и остановился.

— Проходи, проходи, Салех, — поторопил Ясир, усаживаясь на кровати. Испытующе взглянул прямо в глаза.

— Что такой взбудораженный, случилось чего?

— Да была одна неприятность, но всё обошлось, — замялся Алексей. «Чёрт, вот зачем я ввязался в это дело? Разобрались бы как-нибудь сами без меня по-семейному. Вечно я по доброте своей душевной лезу…»

— Ты давай не хитри, прямо говори, — устало вздохнул старик. — Товар что ли разбили? Хафиз и Насир приехали?

— Все во дворе, — Алексей придал голосу максимальную правдивость. — И с товаром всё в порядке. Я же говорю, всё хорошо.

— Хорошо? А ты, значит, ни с того ни с сего вдруг решил к обеду просто навестить старика, выразить, так сказать, своё почтение, — ехидно усмехнулся Ясир. — Ладно, хитрец. Что за склянка-то у тебя?

— Это? — Алексей приподнял бутыль, словно увидев впервые. — А, так это тебе.

— Спину что ли лечить? Даже и не пытайся, всё равно не поможет, я эти снадобья все перепробовал, — отмахнулся старик.

— Не спину…, — начал Алексей.

В коридоре послышались шаги. Решительно отстранив Зияда, вошёл Насир, следом смущённые Хафиз и Абдул. Алексей выразительно кивнул Насиру на склянку и сделал сожалеющее выражение лица.

Растерянно переглянувшись, вошедшие молча встали у кровати, стыдливо пряча глаза.

— Дядя прости, не углядел, — повинился Насир.

— Так, — тяжело встал Ясир. — Вы что здесь все с ума посходили? Один является с какой-то ослиной мочой и говорит загадками, этот кается неизвестно в чём, а эти словно воды в рот набрали. Что вы натворили? Обесчестили дочь магараджи?

— Нет, — неуверенно ответил Насир.

— Тогда что? Кто-нибудь скажет? Или я должен из вас клещами тянуть?

— Таги напали, — тихо произнёс Насир. — Чуть Хафиза с Абдулом не задушили…

— Таги… — старик ошарашено сел на кровать.

— А вот волноваться не надо. Выпей, это поможет, — Алексей решительно поднёс склянку.

— Не надо, — слабой рукой отстранил Ясир. Поднялся и подошёл к Хафизу. Сын попытался что-то прохрипеть, но отец резко оборвал:

— Молчи! Шею покажи.

Хафиз послушно оттянул ворот и задрал голову. На лиловом отёке контрастно чернела йодная сетка. Ясир шумно втянул носом воздух. Ничего не сказав, поиграл желваками и шагнул к Абдулу.

— Теперь ты.

Абдул торопливо стянул рубаху. Мельком глянув, старик махнул рукой и молча уселся на кровать, невидяще глядя в пол. Повисла гнетущая тишина.

— Салех, дай, что там у тебя…, — неожиданно попросил Ясир.

Алексей торопливо протянул бутыль.

Старик отхлебнул щедрый глоток и даже не поморщился. Возвращая склянку, тихо спросил:

— Как это случилось?

— На стекловарне Торила, — начал Насир. — Я как раз торговался. Салех отошёл к мастерам, а Хафиз с Абдулом были рядом, беседовали с какими-то благопристойными мужами, купцами по виду. Когда мы с Торилом ударили по рукам, я огляделся, но Хафиз уже куда-то пропал. Тут я засомневался, что дело нечисто и побежал искать. Встретил Салеха, он заметил, куда они пошли. Мы заскочили в пустой амбар, а там…, — в порыве чувств судорожно стиснул рукоять сабли, но опомнился. — Двоих я уложил сразу, а третий шакал затаился за дверью и напал на Салеха, но наш парень тоже оказался не промах…

Ясир оценивающе взглянул на Алексея:

— И чем ты его?

— Да ничем, руками. Еле увернуться успел. Челюсть сломал, да и…, короче в пах коленом, — смущённо взглянул Алексей.

— А ты словно бы стыдишься содеянного? — укоризненно взглянул Ясир.

— Да есть немного. Я больше привык лечить людей, а не…, — Алексей не нашёлся, что сказать и замялся.

— Калечить, — одобрительно закончил старик. — Ничего, тот, кто умеет лечить хороших людей, должен знать и как плохих покалечить.

Зияд за спиной сдержанно прыснул. Старик грозно повернулся. Телохранитель смущённо потупился.

— Что ж, хвала всемогущей Аль — Лате, что вовремя вас направила и отвела беду, — продолжил Ясир. — Что сделали с нечестивцем?

— Стража взяла, — с сожалением вздохнул Насир. — Я не стал ссориться. Казнь завтра утром.

— Да будет так, — согласился Ясир. — Придётся чуть задержаться, я хочу это видеть. А теперь пусть все покинут меня. Хафиз и Салех останьтесь, — обвёл всех строгим взглядом.

Когда присутствующие разошлись, Ясир тяжело уселся, задумчиво перебирая чётки.

— Что встали, садитесь, — устало кивнул на кровать.

Алексей вопросительно переглянулся с Хафизом и синхронно уселся на краешек.

— Салех, а что за странный знак нарисован у сына на горле? — тихо поинтересовался Ясир. — Только прошу, не лги.

Алексей, не ожидая подобного вопроса, даже немного опешил.

— Э-э-э… как сказать. Да это и не знак вовсе. Снадобье такое, обычный йод, только у нас готовят.

— Снадобье? Которым рисуют на коже? — пронзительно взглянул старик. — Не колдовство?

— Да какое там колдовство! — Алексей возмущённо оттянул ворот. — Вон себе тоже пришлось такую сетку нарисовать, а то рука к утру вообще не поднимется. Вот и Хафизу намазал. Да теперь особо беспокоиться не о чем — хрящ цел, а вот горло здорово отекло, ещё деньков пять говорить не сможет. Нет, ну конечно может и сможет, только очень больно будет, — быстро спохватился. — И твёрдое пока нельзя есть, только мясной отвар пить.

— Что ж, благодарю от всего сердца. Вижу, что не ошибся в тебе. Впрочем, почтенный Ву плохого не посоветует, насквозь людей видит, — усмехнулся Ясир. — Ладно, Салех, иди отдыхай, завтра будет хлопотный день.

Здраво рассудив, что немного обезболивающего на ночь точно не помешает, ближе к вечеру Алексей зашёл на гостиничную кухню. Конечно, можно было на скорую руку растолочь и анальгин, но все-таки, если есть растительные аналоги, современные невосполнимые медикаменты лучше приберечь на крайний случай.

Поварята удивлённо уставились на странного постояльца.

— Ну что встали? Не съем, кипяток мне нужен, — усмехнулся Алексей.

— Вот…, — чумазый паренек растеряно протянул пузатый медный чайник.

— Молодец! А пару небольших горшков не найдётся? — приободрил Алексей.

Поварёнок заинтригованно метнулся под стол и загремел посудой. Вытащил закопченные горшки.

— Помяни моё слово, быть тебе когда-то главным поваром, — пророчески заметил Алексей. — На вот, держи за труды, — протянул мелкую монетку. — Я тут плиту ненадолго займу, никто не против?

Окрылённый похвалой паренёк часто-часто закивал.

— Ну вот и ладненько, — улыбнулся Алексей.

Мурлыча под нос незатейливый мотивчик, пересыпал мешочек ивовой коры в малый горшок и залил кипятком. Вылил остатки воды в большой горшок, водрузил сверху котелок с ивой и поставил на водяную баню.