Игры Вечности - Сидоров Леонид Владимирович - Страница 16

Пеструшка чуть успокоилась. Зрители затаили дыхание. Чувствуя, как отчаянно колотится маленькое сердечко, Алексей медленно положил птицу спиной на стол. Зафиксировал вытянутые ноги левой рукой и оттянул шею. Чуть трепыхнувшись, курица замерла.

— Теперь только не шумите, а то очнётся, — строго обвёл зрителей и медленно убрал руки.

Пеструшка покорно осталась лежать в заданном положении. На лицах отразился искренний детский восторг. Наслаждаясь эффектом, Алексей удовлетворённо вздохнул. Как и две тысячи с гаком лет вперёд, фокус явно удался.

— А она точно жива? — шёпотом поинтересовался Насир.

— Кыш! — Алексей хлопнул в ладоши.

В мгновение ока курица ожила. Отчаянно закудахтав, шумно забила крыльями и взлетела под потолок. Люди восторженно заревели, пытаясь поймать бестолково мечущуюся пеструшку.

— Уйдёт! — заорал Насир, азартно кидаясь вдогонку. Хафиз просипел что-то нечленораздельное и кинулся следом.

Изумлённо взглянув на поднявшуюся кутерьму, Ясир не выдержал и громко захохотал, утирая глаза платочком.

Общими усилиями беглянку быстро поймали. Торжествующе водрузив на стол, Насир громогласно объявил:

— Теперь моя очередь. Как там говоришь, вытянуть шею и лапы?

— Да-да, только без излишнего усердия, не оторви! — поспешно вмешался Алексей. — Чуть оттяни и подержи немного, когда обмякнет, отпускай.

Зрители заинтересованно сгрудились вокруг.

— Нет, так дело не пойдёт! — возмущённо запротестовал Насир. — Пыхтите как слоны на случке! Так и я не усну! Хоть подальше отойдите…

— Угу, ты ещё скажи, курочка стесняется! — поддакнул кто-то из толпы.

Дружный взрыв хохота сотряс дом.

— Смелее давай! — подначили зрители. — Чуть покрепче прижми, в твоих крепких объятиях любая уснёт!

— Вот шайтан! Не язык, а помело, — беззлобно выругался Насир. — Всё, уймитесь наконец!

Целиком сосредоточившись и более не обращая внимания на язвительные шуточки, бережно оттянул птичью шею и вытянул лапы. Бедная курица покорно замерла.

— Теперь медленно отпускай, — шёпотом подсказал Алексей.

Насир послушно убрал руки. Пеструшка осталась лежать на месте.

— Получилось, — не веря себе, восторженно прошептал Насир. — Получилось! — Кыш!

Курица шарахнулась к потолку.

— Лови её! Лови! — загалдели вокруг.

Представление завершилось только глубокой ночью. Ясир властно остановил очередного страждущего фокусника:

— Довольно, Джамиль. Завтра рано вставать. Эй, вот возьми, — кинул серебряную монетку слуге. — Она не должна попасть на жаркое, — повёл бровью в сторону ошалевшей курицы. — Заслужила. Ты понял меня?

Паренёк судорожно сглотнул и часто-часто закивал. Присутствующие одобрительно загудели. Напоследок благодарно погладив тяжело дышащую пеструшку, довольные представлением постояльцы начали расходиться.

— Салех, — вдруг негромко окликнул Ясир. — А как такое сделать с людьми?

— Говорят много способов, но что и как мне доподлинно неизвестно, — с сожалением вздохнул Алексей. — Кому блестящее покажут, кого просто заболтают. Короче, у каждого замка есть свой ключик. Нужно только подходящий подобрать.

Ясир вдруг пронзительно заглянул прямо в глаза. Видимо что-то прочитав, отвёл взгляд и задумчиво произнёс:

— Значит, говоришь, неизвестно….Да, такую тайну должны беречь как зеницу ока…

Дни потянулись своим чередом. Трясясь в телеге, Алексей попробовал было торцевать стекло песчаником, но быстро понял бесплодность затеи. Камень быстро крошился и оставлял глубокие царапины. Нужно было подыскать более ровный и тонкий абразив. Насир заинтересованно косился на мучения и наконец, не выдержал:

— Зачем тебе это?

— Да вот понимаешь стекло нужно хитро отшлифовать, а не получается.

— Дай-ка гляну, — Насир забрал камень и стекляшку. Прищурившись, оглядел на просвет. Критически поковырял песчаник ногтем и пренебрежительно швырнул за борт.

— Ерунда, крошится. Так у тебя ничего не получится, — вернул заготовку и принялся рыться в сундуке за спиной. — На вот, попробуй этим, — протянул точильный брусок. — Я им саблю правлю.

— А вдруг испорчу?

— Не беда, ещё есть, — беззаботно отмахнулся Насир. — А что хоть мастеришь-то?

— Да есть одна задумка. Если получится, тебе понравится, — загадочно улыбнулся Алексей.

— Ну-ну, трудись, — усмехнулся Насир и, откинувшись поудобнее, задремал.

Алексей зажал брусок в щели между досками. Примерился и пару раз легонько провёл заготовкой. Сбрызнул водой и оценил срез на просвет. По сравнению с грубым камнем получилось совсем неплохо, можно сказать небо и земля. Воодушевившись, глотнул воды, прыснул на брусок и с энтузиазмом принялся за дело, с трудом отгоняя непрошеные мысли о бескрайних возможностях современной электрической шлифовальной машинки. Постепенно дело хоть и туго, но сдвинулось с мёртвой точки. Миллиметр за миллиметром будущая линза начала приобретать зримые очертания.

К утру следующего дня появился очередной пациент. Мурлыча незатейливый мотивчик, Алексей чистил зубы. Едва ополоснул рот, как в дверь деликатно постучали.

— Мир тебе Салех. Открой.

В комнату ввалился Насир, буквально силой втащив какого-то совсем юного растрёпанного паренька из охраны. В глаза сразу бросилась неестественно распухшая левая сторона лица.

— Вот погляди Хасана, — Насир показал на щёку. — Зубом мается, говорят, ночь не спал.

— Пройди ближе к свету, — Алексей кивнул на ставни и открыл саквояж с инструментами. Вытащил острый щуп и повернулся к парню.

— Так. Теперь рот открой. Да не бойся, не бойся, — успокаивающе улыбнулся, глядя в расширившиеся от страха глаза. — Пока только посмотрю…

Несмотря на юность, общее состояние зубов ужаснуло. Зубной камень можно было смело сбивать молотком и зубилом. На шестом зубе нижней челюсти зияло чёрное отверстие. Едва коснулся щупом, Хасан дико взвыл и судорожно ухватился за щёку.

— Ну всё, всё, — торопливо успокоил Алексей. «Да-а, бедняга. Похоже острый пульпит. Классика, шестой зуб. Странно, ну ладно у нас плохая экология, генетически модифицированные продукты, а тут что? Казалось бы, натуральное питание, свежий воздух, ешь — не хочу, а зубы всё равно летят! И главное, почему всегда первыми летят именно шестые, нагрузка что ли на них больше? Ладно, придётся рвать, а что делать…»

— Да, парень. Похоже, ты дожевался. Крепись, сейчас одним зубом станет меньше.

Хасан в ужасе метнулся к двери.

— Куда, шайтаново семя! — Насир стремглав ухватил за халат. — Стоять сказал! Так и будешь волком выть?

— Да не бойся, — вмешался Алексей. — Больно не будет.

Оставив пугливо косящегося юнца под бдительным присмотром Насира, занялся приготовлением обезболивающего. Как это ни прискорбно, но в данном случае придётся использовать опиум. Дёргать воспалённый зуб без наркоза равносильно изощрённому садизму. Прикинув вес пациента, отмерил дозу на глазок, благо помог прошлый опыт. Развёл водой и поднёс мутную склянку ко рту бедолаги:

— Пей.

Хасан нерешительно покосился на старшого.

— Ты оглох? Салех что сказал? Пей! — страшным голосом рявкнул Насир. Для пущей убедительности показал кулак.

Столь весомый аргумент оказал своё благотворное действие. Хасан тяжело вздохнул и залпом опрокинул стакан. Утёрся рукавом и с вызовом глянул на старшого. Дескать, нате вам ироды. Выпил. Ну и?

— Молодец! — искренне восхитился Насир.

— Так, теперь посиди немного, — скомандовал Алексей.

Наскоро скрутил пару больших тампонов, плеснул в склянку грамм сто обеззараживающего раствора и поднёс пациенту:

— Это не пить! Только рот прополоскай, понял?

Видимо окончательно смирившись с коварной судьбой-злодейкой, Хасан уныло опрокинул стакан.

— Сюда плюй, — Алексей поднёс тазик.

Скривившись, паренёк покорно выплюнул антисептик. Глаза уже ощутимо расфокусировались.

— Всё, поплыл, — вздохнул Алексей. — Будем рвать. Голову держи.

Насир крепко обхватил виски Хасана.