Рога - Кинг Джозеф Хиллстром "Хилл Джо" - Страница 19

— Пока, — сказал Иг и, прежде чем кто-нибудь смог ему помешать, толкнул тележку вперед и встал на нее сзади.

Это был прямо этюд по перспективе — две трубы, уходящие вниз, равномерно сближаясь к конечной точке, пуля и ствол. Почти сразу с того момента как Иг стал на тележку, он окунулся в эйфорическую почти-тишину единственными звуками были визг колес и стук стальной рамы. Снизу на него мчалась Ноулз-ривер, ее черная поверхность сверкала алмазными вспышками солнца. Колеса со стуком уходили то вправо, то влево, ударялись о трубы и возвращались назад, как Иг и предвидел.

Прошли какие-то секунды, и магазинная тележка уже мчалась слишком быстро, чтобы Иг мог что-нибудь сделать, кроме как просто держаться. Он не мог остановиться, не мог слезть. Он никак не предвидел, насколько быстро она будет ускоряться. Ветер хлестал по его голой коже с такой силой, что она буквально горела, он чувствовал себя вспыхнувшим Икаром. Тележка обо что-то ударилась, о какой-то большой камень, и левая ее сторона оторвалась от земли, и это было, пожалуй, все; он неизбежно должен был перевернуться на этой огромной фатальной скорости, его голое тело пулей улетит вперед, земля обдерет с него всю кожу, его кости будут раздроблены в неожиданном взрывном ударе, как были раздроблены кости индейки. Однако левое переднее колесо зацепилось за верх трубы и вернуло тележку на место. Звук вращения этих колес становился все выше и пронзительнее, дикий сумасшедший визг.

Подняв глаза, Иг увидел конец тропы, место, где трубы сходились в конечной точке, а дальше — грунтовой откос, с которого он полетит в воду. На песчаной косе, рядом со своими каяками, стояли те девушки. Одна из них указывала на него. Хей-диддл-диддл… Иг перепрыгнул луну. [13]

Тележка с визгом сорвалась с труб и взлетела над откосом, как ракета, покидающая пусковую установку. Затем она ударилась об откос, и Иг взмыл в воздух, и небеса для него отверзлись. Солнечный день поймал Ига, словно он был небрежно брошенный мяч, и мгновение держал нежной хваткой, а затем стальная рама тележки ударила его по лицу, и небеса его отпустили, швырнули во мрак.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

У Ига остались обрывки воспоминаний о времени, проведенном им под водой, но позднее он решил, что это ложная память, потому что как бы он мог что-либо помнить, если был без сознания?

А помнил он сплошной мрак, и оглушительный рев, и вихревое движение. Его бросило в гремящий поток душ, оторвало от земли и всякого представления о порядке, приобщило к изначальному хаосу. Иг был в ужасе от этого хаоса, был потрясен мыслью, что, может быть, это ждет его после смерти. Он чувствовал, что его уносит прочь, не просто прочь от жизни, а прочь от Бога, от идеи Бога, от надежды, от разума, от идеи, что вещи имеют смысл, что за причиной следует следствие, и так, чувствовал Иг, не должно быть, смерть не должна быть такой, даже для грешников.

Он что было сил барахтался в этом яростном потоке грохота и пустоты. И мрак вроде бы расступился, отшелушился, как луковая кожура, и смутно показался кусочек неба, но затем мрак снова сомкнулся. Когда он почувствовал, что совсем слабеет и безнадежно тонет, его словно что-то подтолкнуло снизу и куда-то потащило. Затем совершенно неожиданно под его ногами появилось нечто более существенное, вроде бы грязь. Еще через секунду он услышал далекий крик и почувствовал удар в спину.

Сила удара сотрясла его насквозь, выбила из него мрак. Его глаза резко открылись, и он уставился в болезненную яркость. Его вырвало. Из его рта и ноздрей хлынула река. Он повернулся в грязи на бок, прижался к грунту ухом и слышал теперь то ли топот приближающихся ног, то ли стук; собственного сердца. Он был ниже по течению от тропы Ивела Нивела хотя в этот первый, еще смутный, момент сознания не знал точно, насколько ниже. Мимо него, в трех дюймах от носа, по илу скользнул кусок черного пожарного шланга. Только после того как он исчез, Иг догадался, что это была змея, ползшая по берегу.

Листья над ним постепенно начали фокусироваться, выделяясь на фоне яркого неба. Кто-то стоял рядом с ним на коленях, держа руку на его плече. Начали появляться мальчишки; они проламывались через пустырь и резко тормозили, увидев его.

Иг не видел, кто стоит рядом с ним на коленях, но был уверен, что это Терри. Терри вытащил его из воды и вернул ему дыхание. Иг опять перекатился на спину, чтобы взглянуть на своего брата, но на него отстраненно глядело худое бледное лицо мальчишки с поразительно светлыми волосами. Ли Турно машинально разглаживал на груди свой галстук. Его шорты были мокрыми хоть выкручивай; Игу не нужно было спрашивать почему. В этот момент, глядя на лицо Ли, он решил, что тоже будет носить галстук.

Прибежавший сверху Терри резко затормозил. Следовавший за ним Эрик Хеннити бежал так быстро, что чуть не сшиб его с ног. К этому моменту количество набежавших мальчишек достигло, наверное, двух десятков.

Иг сел, подтянув колени к груди. Он снова взглянул на Ли, открыл было рот, чтобы говорить, но при первой же попытке в носу у него что-то болезненно щелкнуло, словно проявился какой-то перелом. Он согнулся и высморкал на землю красный сгусток крови.

— Извините, — сказал Иг. — Вся эта кровь…

— Я думал, что ты уже мертвый, — сказал Ли и передернулся всем телом. — Ты выглядел немножко мертвым. Ты не дышал.

— Ладно, — сказал Иг. — Теперь-то я дышу. Благодаря тебе.

— Что он сделал? — спросил Терри.

— Он меня вытащил, — ответил Иг, махнув рукой на мокрые шорты Ли. — И он вернул мне дыхание.

— Ты сплавал за ним? — спросил Терри.

— Нет, — сказал Ли. Казалось, он находится в полном недоумении, словно Терри спросил его что-то очень трудное: столицу Исландии или цветок какого-нибудь штата. — Когда я его увидел, он уже был на мелком месте. Мне не пришлось за ним плавать… да и вообще ничего. Он уже…

— Он вытащил меня из воды, — сказал Иг, которому не понравились эти заикание и застенчивость Ли. Он же достаточно ясно помнил, что кто-то был в воде вместе с ним, двигался совсем рядом. — Я не дышал.

— И ты сделал ему рот в рот? — с тем же недоверием спросил Эрик Хеннити.

Ли потряс головой, все еще плохо что-нибудь понимая.

— Нет, все было совсем не так. Я только ударил его по спине, когда он, ну, вы знаете… когда он совсем…

Он окончательно увяз во фразе и не знал, что сказать дальше.

— Вот, значит, что заставило меня прокашляться. Я проглотил чуть ли не всю реку. Мои легкие были полны водой, и он выбил ее из меня.

Иг говорил сквозь крепко сжатые зубы. Боль в его носу напоминала последовательность резких электрических ударов. Закрыв глаза, он видел желтые неоновые вспышки.

Собравшиеся мальчишки глядели то на Ига, то на Ли Турно в тихом ошарашенном удивлении. Перед ними только что произошло то, что бывает только в мечтах и по телевизору. Один человек только что должен был погибнуть, а другой его спас, и теперь спасенный и спаситель стали особыми звездами своего собственного фильма, что превращало всех остальных в рядовых статистов. Спасти кому-нибудь жизнь — это значило самому статькем-то. Ты не был уже просто Джо Шмо, ты был Джо Шмо, который вытащил голого Ига Перриша из Ноулз-ривер, когда тот почти утонул. И ты будешь этим человеком весь остаток своей жизни.

Что касается Ига, то, глядя Ли в лицо, он ощутил, как в нем распускается первый бутон одержимости. Он был спасен. Он едва не умер, и этот светловолосый мальчишка с вопросительно глядящими синими глазами вернул его к жизни. В евангелической церкви ты идешь к реке и погружаешься в воду, а затем поднимаешься к новой жизни, и Игу теперь казалось, что Ли его спас и в этом смысле тоже. Игу хотелось купить ему что-нибудь, отдать ему что-нибудь, узнать, что он любит из рока, какая его любимая группа, и сделать так, чтобы она стала его, Ига, любимой группой. Ему хотелось делать за Ли уроки.

13

Из известной английской детской песенки, только на самом деле в ней «корова перепрыгнула луну».