Страж-2 - Конвиц Джеффри - Страница 71

Снова взревел мотор. Чейзен ухмылялся. Теперь Бен отчетливо видел его злорадное лицо. На этот раз он ловко укрылся за грузовиком, и машина Чейзена врезалась в витрину китайской прачечной, разнеся ее вдребезги.

Бен торопливо перебежал через дорогу и нырнул в метро. Он перескакивал сразу через две-три ступеньки, едва удерживаясь на ногах. Здоровой рукой он судорожно хватался за поручни. Внизу Бен еще издали заметил кассу, подбежал к ней, купил жетон и уже через несколько секунд стоял на перроне. Здесь он не выдержал и, согнувшись, упал на колени возле самого края платформы. На станции было совсем безлюдно. Прислушиваясь, нет ли за ним погони, Бен на четвереньках пополз в дальний угол станции, где можно было на время спрятаться в темноте и дождаться поезда. Но через несколько шагов он понял, что от такого передвижения плечо страдает еще сильнее, и поднялся с колен. Теперь он ковылял по перрону, как раненая обезьяна — полусогнувшись и безвольно свесив разбитую руку, И тут вдалеке послышались шаги, гулким эхом отдающиеся под сводами станции. Кто-то, громко пыхтя и шаркая ногами, без сомнения, двигался вслед за ним. Но как ни старался Бен, из-за страшной слабости он не мог уже идти быстрее. Тогда он собрался с духом, остановился и оглянулся, но никого вокруг не увидел. Однако звук шагов слышался уже совсем близко, и вдруг за его спиной раздался чей-то самоуверенный хохот. На стене замелькали тени. Бен сжался, невольно вскрикнув от боли. Но наконец из туннеля донесся звук, напоминающий пулеметную очередь, — это стучали колеса подходящего поезда. Вдали уже, виднелись его огни.

Поезд затормозил, и окошки замелькали перед Беном, как зеркала. Двери открылись, и он вошел в последний вагон. В вагоне не было ни души. Бен успел заметить, что в соседнем, предпоследнем вагоне, едет служащий метро. Но вот поезд дернулся и устремился вперед, в темноту туннеля.

Когда он еще ехал по станции, Бен увидел, что Чейзен стоит на платформе и растерянно смотрит ему вслед. Немного успокоившись, он в изнеможении упал на скамейку, крепко сжимая под мышкой драгоценную папку с распятием. У него сильно кружилась голова, и перед глазами все плыло, как в тумане. Бен закрыл лицо руками и попробовал перевести дух, одновременно со смутной тревогой прислушиваясь к частому стуку колес. Постепенно до его сознания дошло, что поезд едет как-то слишком уж быстро — вагон нещадно бросало из стороны в сторону. Он поднял взгляд на служащего метро в соседнем вагоне, но того уже и след простыл. Тогда Бен подошел к двери и прижался лицом к стеклу, твердо решив сойти на следующей же станции, чтобы вовремя поспеть домой. И тут станция неожиданно промелькнула мимо, а поезд не только не остановился, но даже не снизил скорости, проезжая ее. «Что-то стряслось с этой электричкой!»

— смекнул Бен и направился в конец вагона, чтобы перейти в следующий. Здесь он без колебаний открыл дверь тамбура и, выйдя на стыковочную площадку, закрыл ее за собой. Но дверь соседнего вагона почему-то оказалась запертой. Бену не оставалось ничего другого, как вернуться назад в свой вагон. Но тут он с ужасом понял, что и дверь его собственного вагона, который он покинул всего несколько секунд назад, тоже будто примерзла и больше не открывается. А поезд тем временем продолжал набирать скорость. Бен уже нисколько не сомневался, что теперь он в любой момент может сойти с рельсов. В отчаянии он отвернулся от страшного ветра, который несся ему навстречу из темноты туннеля. Вот они проскочили и следующую станцию, тоже без остановки. Неожиданно в соседнем вагоне вновь появился так таинственно исчезнувший служащий, но теперь он стоял спиной к Бену. Бен стал стучать по стеклу рукой, призывая его на помощь, но тот будто и не, слышал его. Поезд мчался со страшной скоростью, раскачиваясь и вибрируя на поворотах. Бен изо всех сил старался удержаться за поручень, но поезд сильно дернуло, и он упал лицом вниз на грохочущий стальной пятачок между вагонами. Папка выпала из-под мышки и мгновенно исчезла на дне туннеля.

Бен беспомощно посмотрел ей вслед и, поднявшись, снова принялся колотить по стеклу. Наконец служащий шевельнулся, автоматически взял под козырек, а затем с улыбкой повернулся к Бену.

И этим служащим оказался не кто иной, как Чарльз Чейзен!

«Но как же он попал в поезд?!» — изумился Бен и отпрянул, чувствуя, как рот наполняется горечью. Впрочем, все это уже не сильно поразило его

— за последнее время он успел привыкнуть к таким неожиданностям. Но руки Бена постепенно слабели, а поезд и не думал сбавлять скорости — сейчас он делал не меньше сотни миль в час, хотя Бен прекрасно знал, что поезда нью-йоркского метро никогда не ездят так быстро. Да они просто не в состоянии развить такую чудовищную скорость!..

Впереди замелькали огни станции. Бен покрепче ухватился за поручень и стал всматриваться вперед, готовясь к прыжку. И вот, когда последний вагон поравнялся с платформой, он собрался с силами и выпрыгнул из проклятого тамбура, тут же больно ударившись о холодный бетонный пол. Руки словно огнем обожгло. Бен ухитрился сломать при падении сразу два пальца и ободрать в кровь ладони, колени и даже голову. Насилу поборов звон в ушах, он попытался подняться на ноги, а поезд тем временем начал резко тормозить у платформы, но потом, будто передумав, снова рванулся вперед.

— Господи! — в отчаянии закричал Бен, осознав наконец весь ужас своей потери. Ведь в папке был спасительный крест!.. К этому времени поезд зачем-то дал задний ход и снова выкатился на станцию. Но двери его по-прежнему оставались закрытыми. Бен начал лихорадочно оглядывать вагоны, ища в них ненавистного Чейзена. Но того нигде не было видно.

Тогда, осторожно ступая по плывущей перед глазами платформе, он направился к выходу в город, и в этот момент двери поезда внезапно открылись. Бен замер в тревожном ожидании.

Секунды ползли на удивление медленно.

Затем чья-то тень мелькнула в одном из окон состава. Бен невольно попятился.

— Эй, Бэрдет! — вдруг раздался сзади хриплый нахальный голос.

Бен обернулся и увидел перед вагоном хохочущего Чейзена.

— Да будь ты проклят! — закричал Бен. Злость помогла ему одолеть жуткий страх.

Чейзен распростер руки, и на станции погас свет.

Потом он шагнул навстречу Бену, но вдруг на секунду замер, резко повернулся и снова вошел в вагон. Двери закрылись, и поезд с грохотом исчез в туннеле. Бен с удивлением смотрел вслед быстро удаляющимся красным огонькам на последнем вагоне.

«Что же помешало Чейзену?» — какое-то время размышлял он, а потом собрал остатки сил и двинулся на пересадку, стремясь быстрее попасть домой.

Ровно в полночь Макгвайр вдруг почувствовал, что все его тело сводит судорога, и закричал от боли и невыносимого животного ужаса. Это означало, что Чейзен вернулся в дом и находится сейчас где-то рядом. Последние двадцать минут все вокруг было спокойно, но как раз это-то и тревожило священника. А сейчас Чейзен вернулся — ведь он обязательно должен еще попытаться помешать превращению Бена в Стража и не допустить, чтобы отец Беллофонтэн заменил сестру Терезу.

Наконец-то наступил долгожданный момент, и отец Макгвайр вошел в квартиру старой монахини.

Раньше ему не приходилось бывать здесь, и он никогда еще не видел Стража так близко. И хотя его предупреждали о том, что предстанет в этой комнате его взору, он все же невольно содрогнулся при виде заживо гниющей женщины. В квартире было пусто, свет не горел. Только сестра Тереза неподвижно сидела у окна. Тело ее было напряжено, а лицо, как всегда, ужасно. Но Макгвайр собрал остатки сил и попытался смотреть на это лицо спокойнее, осознавая всю важность и значимость ее миссии. Годы бессменной службы Господу оставили суровый отпечаток на всем облике монахини. Тело ее было затянуто паутиной, у ног суетились мыши, и вся кожа была усеяна язвами и гнойниками.

— Отец Макгвайр! — вдруг позвал его кто-то. В дверях стоял Чейзен, одетый в рваный серый костюм. Все пуговицы на пиджаке отсутствовали, и на их местах болтались длинные оборванные нитки. Из петлицы на лацкане торчал засохший цветок, а на плече сидел взъерошенный волнистый попугайчик.