Тайна реки Злых Духов - Корчагин Владимир Владимирович - Страница 36

Размышления его были прерваны голосом Андрея Ивановича:

— Быстрее, Валерий! Что ты плетешься, как ленивая лошадь? — Он быстро сбежал к плоту и, взвалив на плечи сразу два рюкзака, тремя прыжками взобрался на косогор. Работа закипела. Не прошло и десяти минут, как плот был разгружен.

— Ну, теперь отдыхайте, а я пойду посмотрю на эту жилу. Иногда они таят в себе интересные вещи.

Наташа схватила молоток:

— Андрей Иванович, и мы с вами!

Он чуточку подумал.

— Ну что ж, одного из вас я возьму. Но кто-то должен остаться с вещами.

Валерий махнул рукой:

— Топайте. Я покараулю.

Андрей Иванович и Наташа направились вдоль реки и вскоре подошли к водопаду. Вода клокотала здесь, как крутой кипяток. Мощная кварцевая жила, перегородившая реку, действительно напоминала громадную плотину, и только совершенно необычное положение ее — она располагалась под очень острым углом к течению реки — говорило о том, что в создании ее не принимали участия человеческие руки. Только природа могла так небрежно и властно вмешаться в жизнь гордой таежной красавицы, бросив на ее пути эту каменную громаду и совершенно не заботясь о том, как она ляжет в русле реки. У крутого правого берега эта отвесная стена поднималась почти на высоту двухэтажного дома. По направлению же к левому берегу она постепенно снижалась и, не достигая здесь уровня поймы, уходила под речные наносы. Ширина жилы достигала, по-видимому, метров двух с половиной, и, тем не менее, у левого берега река выпилила в ней большую выемку, через которую неслись ее вспененные воды.

Водопад грохотал и плевался брызгами. Разноцветная радуга полыхала над яростным потоком, который низвергался с огромной высоты и разбивался вдребезги о каменистое ложе реки.

Наташа остановилась на краю пойменного уступа и с замирающим сердцем смотрела на это захватывающее зрелище. А Андрей Иванович спустился ниже, внимательно осматривая поверхность жилы. Он продвигался вдоль нее все дальше и дальше к беснующейся реке и вдруг стремительно бросился почти к самому водовороту. У Наташи даже ноги подкосились от страха. Но в то же мгновение сквозь грохот водопада до нее донесся его радостный возглас:

— Наташа! Смотри!

Она спустилась на несколько шагов ниже и остановилась в нерешительности.

— Что, боишься? — крикнул он громко, стараясь перекричать рев воды.

— Боюсь… — призналась она, невольно придерживаясь за край жилы.

— Ничего! Иди ближе. Я не дам тебе упасть.

Наташа спустилась еще ниже и вскоре увидела то, что так поразило Андрея Ивановича. Почти на самом конце левобережной части жилы, отчетливо выделяясь на белой поверхности. кварца, ослепительно блестели на солнце какие-то крупные розочки, сложенные из тончайших лепестков свинцово-серого цвета. Кое-где эти тонкие листки были, словно нарочно, смяты в бесформенные комочки, в других местах они плотно прилегали друг к другу наподобие пластинок слюды.

Андрей Иванович отбил кусок кварца с одной такой розочкой и протянул его Наташе.

— Знаешь ты этот минерал?

Наташа погладила тонкие блестящие пластинки. Они были очень мягкими и при малейшем прикосновении к ним легко расслаивались на тончайшие чешуйки, которые пачкали пальцы, как очень мягкий карандаш.

«Что же это за минерал?»

Наташа задумалась.

— Он похож на графит, как будто…

— Верно. Он очень похож на графит, — согласился Андрей Иванович. — И по чрезвычайно малой твердости, ниже которой нет ни у одного минерала, и по весьма совершенной спайности, которая позволяет им обоим легко расслаиваться на тончайшие листочки, и по форме кристаллов, имеющих вид шестигранных пластинок. И все-таки это не графит. Ты обрати внимание на его блеск. Он сияет на солнце, как начищенные до блеска никелированные части какой-нибудь машины. Графит так блестеть не будет. Это, Наташа, молибденит. Сульфид металла молибдена. Он чаще всего встречается в таких вот кварцевых жилах, а ценность его огромна.

Андрей Иванович отбил еще один образец молибденита, быстро, одним росчерком, вывел им на белой стене жилы скрипичный ключ и снова обратился к Наташе:

— Видишь, насколько он похож на графит. Из него так же, как из графита, можно делать карандаш. Но это было бы слишком дорогим удовольствием. Молибденит является единственным промышленным источником молибдена, а молибден идет на изготовление самых высококачественных сталей. Вот какое ценное богатство таит в себе эта замечательная жила!

Андрей Иванович любовно похлопал по ее каменному боку и начал медленно взбираться вверх по склону.

Взгляд Наташи невольно задержался на выведенном им скрипичном ключе.

— Андрей Иванович!.. Вы на чем-нибудь играете? — спросила она, стараясь не отставать от геолога.

Он улыбнулся.

— Играл немного в молодости.

— Значит, вы любите музыку?

— Очень! — Он пристально посмотрел ей в глаза. — А тебя это как будто удивляет?

Наташа смутилась.

— Я думала, что геологи…

Андрей Иванович не дал ей закончить.

— Я не знаю ни одного геолога, Наташа, который бы не любил музыку. Ее не может не любить человек, любящий природу, а без любви к природе нельзя стать настоящим геологом. Геолог должен быть не только сильным, ловким, смелым и выносливым. Геолог должен уметь мечтать, любить красоту, иметь большую чуткую душу. Многие хотят стать геологами. Но немногие действительно становятся ими. Я знавал немало способных молодых людей, которые успешно заканчивали геологический вуз, но не становились геологами только потому, что были сухими, мелочными, эгоистичными людьми. Вот так-то, Наташа.

Андрей Иванович улыбнулся ей и, опустившись на маленький пригорок, раскрыл свою толстую тетрадь. Наташа отошла немного в сторону. Ее внимание привлек гладко окатанный полосатый валун, наполовину, вросший в землю. Она подцепила его молотком и вывернула наружу. В образовавшемся углублении блеснуло что-то зеленое. Наташа взрыхлила землю и извлекла оттуда небольшой копьевидный камень красивого зеленого цвета с шелковистым отливом.

— Андрей Иванович! Смотрите — малахит.

— Что?

— Малахит! — крикнула она во весь голос, стараясь перекричать шум водопада.

— Малахита здесь быть не может, — крикнул он в ответ, не поднимая головы от тетради.

Наташа внимательно присмотрелась к красивому камню. Что же это может быть? Она подошла к Андрею Ивановичу и некоторое время смотрела, как он быстро заполнял страницу убористым мелким почерком. Наконец, он поднял голову.

— Малахит, говоришь?

Наташа подала ему камень.

— Гм!.. В самом деле малахит. Но как он сюда попал?.. — Он взял его в руки. — И почему он такой тяжелый? Постой, постой!

Андрей Иванович вынул нож и начал счищать верхний слой зеленого минерала. Под ним блеснул красноватый металл.

— Медь! — воскликнула Наташа, наблюдавшая за его движениями.

— Да, медь. И не просто медь.

Он подчистил тупой конец клинообразного камня, и Наташа увидела там углубление.

— Это наконечник копья. Деревянная рукоятка, вставлявшаяся в это отверстие, давным-давно сгнила, а на медный наконечник наросла толстая корочка малахита. Это обычное явление. Малахит, водный карбонат меди, очень часто образуется за счет окисления, гидратации и карбонатизации медных минералов, главным образом сульфидов меди. Образуется он и за счет самородной меда, особенно если поверхностные воды богаты углекислотой.

— Понятно, — проговорила Наташа, не спуская глаз с медного наконечника. — Но ведь это не просто медь. Вы сказали, что это наконечник копья. Значит… Здесь были какие-то люди…

— Да, теперь это несомненно.

— А как же легенда о злых духах? Помните, вы говорили, что местные жители боятся даже близко подходить к берегам Ваи..

Андрей Иванович рассмеялся:

— Конечно, помню. Но ведь я говорил, что именно сейчас здесь нет ни одного поселения и что сейчас местные охотники боятся заходить в долину Ваи. Но я же, если мне не изменяет память, говорил и о том, что об этой реке сложено много легенд. И вот согласно одной из них… Впрочем, пойдем-ка поднимемся выше, а то здесь очень трудно говорить.