Антикиллер - Корецкий Данил Аркадьевич - Страница 102

– Давно было, – снисходительно махнул тот рукой. – Все забыл. Только про время помню. С пятнадцати до семнадцати – время действий!

– Ты готов, Керим? – строго спросил бывший офицер.

– Готов, – кивнул толстяк. – Очень хорошо готов!

– А чего такой бледный? Боишься?

– Не боюсь. Живот немного болит. Поел несвежее...

– Надо свежее есть, – назидательно сказал Эльхан, а Геворкян подтверждающие кивнул.

– Как с деньгами будет?

– Все очень хорошо будет. Из рук не выпущу.

– Смотри... Мы на тебя рассчитываем. Кто с таким делом справится, если не ты...

– Спасибо, – слабо улыбнулся Керим. – Большое всем спасибо.

– Иди. Готовься, отдыхай. Завтра тяжелый день.

Утерев пот с лица, толстяк вышел из номера.

– А что нам твоя информационная служба скажет? – повернулся Эльхан к Геворкяну.

Тот кивнул Петросову.

– Какие новости, Гарегин?

– На днях у местных большая разборка была. Побили многих. Скорей всего рынок в другие руки перейдет. Надо быстро уходить отсюда.

– Завтра и уйдем, – Эльхан доброжелательно улыбнулся. – Что-нибудь еще есть? Нет? Тогда... Он вопросительно посмотрел на Петросова.

– Свободен, Гарегин. Отдыхай.

Оставшись вдвоем, авторитеты задумчиво молчали.

– На всякий случай надо не в Москву возвращаться, а дома пересидеть,

– как бы размышляя вслух, сказал Ашот.

– На Баку самолет в тринадцать, на Ереван – в пятнадцать. Гуссейн билеты достанет, – Эльхан понял его с полуслова.

Геворкян провел рукой по лицу. Скрипнула иссиня-черная щетина.

– А чего Керим такой? Чувствует?

– Наверно. Пусть им твои люди займутся, так лучше. Мы с тобой понимаем: дело главней национальности. А они, – Абдуллаев провел ладонью в метре от пола, – те, кто пониже, по-другому считают. Мол, пока общий бизнес, я тебя терплю, как он кончится – я тебя зарежу. Вот и пусть режут. А мои могут о Гарегине позаботиться.

– По нему я решать не могу, – Геворкян, словно защищаясь, поднял руку с растопыренными сильными пальцами. – Петросов не мой подчиненный. Он на штаб нашей армии работает. Мне помогает, но что с того?

Абдуллаев тяжело вздохнул.

– Так не годится. «Зачищать» всех надо.

– И нас?

Эльхан усмехнулся.

– Нас нет. Слишком высокий уровень. А всех, кто ниже, – обязательно.

– Я должен посоветоваться.

– Давай, но не слишком долго.

Абдуллаев хлопнул ладонью по столу.

– Хватит о делах! Пора обедать. Где там Гуссейн?

Гуссейн дважды обошел павильон. Ему не понравились играющие в карты парни. Во-первых, он их не знал, во-вторых, в этом месте никогда не «катали».

Придется подойти поговорить... Но тут Гуссейн перехватил совершенно трезвый взгляд лежащего пьяного. В следующую секунду глаза его закатились, раздался утробный храп. Но у Мехти-заде появилась твердая уверенность, что человек притворяется.

Он подошел вплотную, тронул распластанное тело ногой.

– А ну вставай!

«Пьяный» замычал.

– Ты кто такой? Давай, поднимайся!

Гуссейн рванул лежащего за рубаху, ткань с треском лопнула. В открывшуюся прореху он увидел прикрепленную к телу коробочку и круглый микрофон.

«Милиция, – мелькнула тревожная мысль. – И он, и те, с картами. Облава! Что делать?»

Додумать Гуссейн не успел. Что-то щелкнуло, и он повалился рядом с тем кого только что пытался поднять.

«Пьяный» тяжело поднялся и, пошатываясь, направился к выходу с рынка, продолжая бормотать в радиомикрофон:

– Гуссейн увидел передатчик. Применен вариант ноль. Двигаюсь к фургону.

Вокруг тела Гуссейна собрались завсегдатаи цветочной торговли...

– Что с ним? Переверни...

– Сердце не бьется... И пульса нет. Мертвый!

– В «скорую» звоните!

Наблюдатели группы «Ад» переглянулись.

– «Стрелка»?

– Похоже на то. Давай уходить!

Командир отряда «Тантал» собрал руководящий состав – своих заместителей и командиров групп.

– Организаторы террористического акта базируются в здании цветочного павильона на рынке. Они получили информацию о времени вылета президентского самолета и провели совещание. Учитывая особую опасность всех четверых, предлагаю провести упреждающую акцию. Начало – в пять ноль-ноль. Какие есть мнения?

– Мы же не знаем исполнителей, – сказал командир третьей группы.

– «Выпотрошим» Абдуллаева и его дружков, вот и узнаем, – ответил «Седой». – Еще вопросы?

Больше вопросов не было.

Примерно в то же самое время проходило оперативное совещание в группе «Ад».

– Наблюдение за фирмой «Тантал» показало, что это «крыша» для вооруженного и оснащенного специальной техникой отряда террористов. Они подобрались к группе «Зет», убрали майора Малинкина и его девушку, сегодня ими получена информация о времени вылета президентского самолета, – докладывал командир «Ада». – На рынке у них то ли филиал, то ли еще одна конспиративная база. В силу малочисленности персонала она не представляет первоочередной угрозы. Поэтому все внимание должно быть сосредоточено на самом «Тантале»! Считаю необходимым провести упреждающую боевую акцию. Лучшее время – раннее утро, четыре ноль-Ноль. Вопросы?

– Меня смущают два обстоятельства, – сказал Фиников. – Люди, забравшие Малинкина у гостиницы, знали, кто такой полковник Гревцов из Министерства обороны. Сегодня на рынке наблюдатель «Тантала» применил секретное оружие чрезвычайно ограниченного распространения – «стрелку». Уж не относится ли «Тантал» к секретным государственным структурам? А с другой стороны, любовницу Малинкина скорее всего убрал Петросов – известный националистический террорист. Правда, он может работать и на ФСК...

– Гм... – командир осмотрел своих заместителей и руководителей боевых пятерок. – Что вы думаете по этому поводу?

– Определенный резон есть, – сказал первый зам.

– А может, и нет, – возразил другой. – Информация утекает сейчас из любых кабинетов. И любое оружие попадает к преступникам. К тому же неизвестно, что это была действительно «стрелка». Раз террорист с ними – значит, и они террористы.

– Гм... – еще раз кашлянул командир. – Я проведу необходимые согласования. Если не откроются новые обстоятельства, в четыре ноль-ноль мы атакуем «Тантал»!

Телефон правительственной связи на столе директора Федеральной службы контрразведки ожил в девятнадцать тридцать, оторвавшись от бумаг с грифом «государственной важности», директор привычным жестом поднял трубку.

– Слушаю!

– Добрый вечер, коллега! Поздно работаем!

Узнав голос Коржова, директор поморщился. По логике вещей и практике предыдущих десятилетий начальник Главка охраны должен находиться у него в подчинении. Поэтому панибратский тон обретшего самостоятельность генерала несколько раздражал.

– Много работы, – недружелюбно буркнул он в ответ.

– Мои люди работают в Тиходонске по плану «Зэт» и наткнулись на подозрительную фирму, – не обращая внимания на голос собеседника, сообщил Коржов. – Вам что-нибудь говорит название «Тантал»?

«Черт бы вас, идиотов, подрал!» – подумал директор. А вслух произнес:

– Абсолютно ничего. А почему оно должно мне что-то говорить?

– Да так... Мы думали, это ваша «крыша».

«Пронюхали! Вот тебе и плоды конкуренции! Они – на коне, а нас – мордой в грязь!»

– Впервые слышу, – Голос директора звучал равнодушно. – Поинтересуйтесь на всякий случай у военных, в МВД... У вас опыта немного, чтобы дров не наломать...

– Опыт – дело наживное, – хохотнул Коржов и отключился.

В конце лета в Тиходонске рассветает около пяти. В четыре еще темно, только чуть начинает сереть черное небо. Тридцать танталовцев с автоматами, черными масками и касками в руках, в усиленных бронежилетах, надетых поверх камуфляжных комбинезонов, слушали последние инструкции...