Пешка в большой игре - Корецкий Данил Аркадьевич - Страница 53

– Численность подразделения охраны зависит от двух факторов: обстановки в районе проведения операции и взаимодействия с местной властью.

– Район неспокойный, – перебил Верлинов. – Недалеко – афганская граница, тропы контрабандистов: наркотики, оружие... Банды таджикской оппозиции. Местная власть пообещает полное содействие, но как это выполнит... Восток – дело тонкое. Лучше рассчитывать на свои силы.

– При хорошей подготовке и экипированности личного состава достаточно двадцати человек. Для страховки я бы взял двадцать пять. Этого вполне хватит на случай стычек с контрабандистами. Но если предполагать возможность целенаправленного ведения против нас боевых действий, надо исходить из другого расчета.

– Группа не представляет интереса для продуманного и направленного нападения. – Верлинов просмотрел рапорт, сделал несколько пометок, кивнул. – Десять бойцов может представить «Альфа». У вас не будет возражений?

– Никаких, хотя... Для пустыни больше подходят люди с афганским опытом.

– Они все проходили там «обкатку». И у нас, в роте охраны спецсооружений, много «афганцев».

– Да, – генерал будто внезапно что-то вспомнил. – Вы перехаживаете в звании уже больше двух лет? Кажется, двадцать семь месяцев?

Васильев кивнул.

– Хорошо, комплектуйте группу. И подбирайте снаряжение.

Намек генерала был предельно ясен. Успешное выполнение задания сулило два просвета на погоны и новые перспективы.

Пятнадцать добровольцев Васильев отобрал в тот же день. Одиннадцать прапорщиков и четыре младших офицера – все побывали «за речкой» и имели опыт боевых действий. К вечеру через КПП полигона прошли десять рослых мужчин в камуфляже без знаков различия. У них имелсясвой старший; когда Васильев хотел разбить их на тройки и смешать с остальными, тот сказал, что лучше этого не делать: группа хорошо сработалась и четко взаимодействует в любых ситуациях. Поразмыслив, капитан был вынужден с ним согласиться. Он разбил бойцов на две ударные десятки, а пятерых выделил в маневренную группу усиления.

На следующий день Васильев со старшими подразделений отправился на склад арттехвооружений. Специальное и замаскированное оружие решили не брать, сосредоточившись на средствах ведения боя, позволяющих добиться перевеса над противником на дистанциях 500-800 метров. Как правило, действуя на плоской открытой местности, противостоящие стороны не могут сократить это расстояние.

Взяли четыре самозарядные винтовки Драгунова с оптическими прицелами – мощное и точное оружие, опасное до двух километров, двенадцать ручных пулеметов, два станковых, четыре автомата с подствольными гранатометами, новейший плазменный огнемет «шмель» и портативный сорокамиллиметровый миномет. На всякий случай Васильев выписал ракетный комплекс «стрела» со снарядами «земля-воздух». Набрали много гранат, причем «альфовцы» предпочли мощные «Ф-1». Каждый из них, кроме того, вооружился двадцатизарядным «стечкиным» в пластмассовой кобуре. С избытком запаслись патронами и взрывчаткой.

– Вы что, парни, хотите Америку завоевать? – спросил завскладом – рябой прапорщик с плутоватыми, как у большинства его материально ответственных собратьев, глазами. – Куда вам двадцать цинков патронов? Я с вами грыжу наживу!

– Давай шевелись, – сухо сказал Васильев. – Грыжа – дело твое личное, а насчет Америки не волнуйся – мы туда не собираемся.

Однако подготовка к той же самой операции, на которую была задействована группа Васильева, проводилась и на Американском континенте. Правда, старый Джошуа не подозревал о своей причастности к оперативной комбинации русской контрразведки, и, если бы ему сказали, что без него лопнет план «Расшифровка», призванный изменить политическое будущее России, он бы этому, конечно, не поверил.

Потрепанный «Лендровер» выехал из Нидлса – небольшого городка на границе Калифорнии и Аризоны перед самым рассветом. Когда солнце начало припекать, вездеход катился по пустынной выжженной равнине, и Джошуа во все горло распевал песни своей молодости. Он родился в Иньокерне, расположенном на восточных отрогах Сьерра-Невады, и прожил в этих краях уже шестьдесят пять лет. Джошуа нравилась пустыня, и она не имела от него тайн.

В пятьдесят первом, когда прошел слух, что в Мохаве имеются алмазные трубки, он водил искателей удачи по всей южной части пустыни между озером Солтон-Си и рекой Колорадо. Слух оказался обыкновенной «уткой», запущенной газетчиками, и Джошуа с самого начала знал, что никаких богатств здесь нет.

Позже, в начале шестидесятых, любители острых ощущений платили немалые деньги за то, чтобы побывать в Долине Смерти, и Джошуа организовывал экспедиции в этот земной ад. Индейцы племени шошонов назвали зловещее место «томеша», что означает «горящая земля». И действительно, в узкой горловине, зажатой между хребтами Амаргоса и Панаминт, земля почти горит: температура поверхности достигает девяносто четырех градусов по Цельсию, ящерицы время от времени переворачиваются на спину, чтобы охладить обожженные лапки. Белое марево сгустившегося воздуха раскалено до пятидесяти пяти градусов, человек здесь теряет литр жидкости в час, и, если у него кончится вода, бедняга за день превратится в высушенную мумию.

Джошуа проложил короткие маршруты по краю Долины Смерти, туристы ничем не рисковали, но получали полное впечатление об одном из самых страшных мест на земле. Фирма извлекала вполне приличный доход и обеспечила Джошуа безбедную старость. Он уже мог не заботиться о заработке, но деятельная натура требовала дела, потому он и взялся выполнить просьбу странного незнакомца. Тем более что тот щедро платил.

Когда появился ориентир – высокая, около десяти метров юкка с толстым стволом, часы показывали одиннадцать. Подогнав «Лендровер» к дереву и внимательно осмотрев ветки над головой, чтобы не прозевать гремучника Митчела, Джошуа съел несколько сандвичей с ветчиной и сыром, налил из термоса кружку густого янтарного чая. Горячая жидкость способствует теплообмену и очень полезна в пустыне, хотя большинство людей этого не понимают – пьют ледяное пиво или пепси из походных холодильников и тем нарушают тепловой баланс организма.

За последние годы только раз Джошуа встретил понимающего человека. Высокий рыжий геолог, искавший то ли воду, то ли нефть, возил с собой термос чая и заваривал чай на костре во время привалов. Его спутник, китаец или японец, тоже запомнился: он ловко разделывал змей, пил кровь и ел густо посоленное сырое мясо. Джошуа этого не одобрял, хотя каждый имеет право выбирать себе пищу по вкусу. Может, и этот незнакомец собирается пустить пресмыкающихся на еду?

Джошуа немного поразмышлял. Нет, вряд ли. Тогда бы он точно знал, чего хочет. И договаривался бы о регулярных поставках. К тому же в радиусе тысячи миль нет места, где можно заработать хотя бы десять центов, продавая блюда из змеиного мяса.

Скорей всего он действительно собирается открыть зоопарк, собрав представителей животного мира со всех пустынь мира. Но почему тогда он не хочет брать гремучников? На ядовитых змей люди смотрят с большим интересом. Если они, конечно, за толстым стеклом.

Джошуа сделал последний глоток чая, надел широкополую, как в вестернах, шляпу и встал. В конце концов, это не его дело. Человек платит деньги и заказывает товар. Какие мысли в его голове – никого не интересует.

Сам Джошуа не любил совать нос в чужие дела; И не терпел находиться в центре внимания. Когда геолог, понимавший в чае, и его спутник-змееед погибли, в Нидлс понаехала целая куча людей – представители геологической компании, страхового общества, репортеры... Потом появились федеральные агенты, и шериф Эдлтон зашевелился. А старый Джошуа оказался в центре событий – ведь именно он провел с покойными последние две недели.

И почему-то все считали, что он полностью в курсе их мыслей, дел и планов, как будто речь шла о ближайших родственниках! Он плюнул и уехал в пустыню, но толстый Эдлтон разыскал его и привез обратно, федералы заставляли опознавать останки и выспрашивали, не заметил ли он чего-то необычного или странного в поведении погибших или в обстоятельствах их смерти.