Сердце Дракона (ЛП) - Шоуолтер Джена - Страница 58

- Какая твоя самая непристойная фантазия? – лукаво спросила она, уткнувшись губами в его ключицу и смыкая свои зубы на его плоти. Он изумленно вскрикнул, почувствовав ее укус, не настолько сильный, чтобы прокусить кожу, но достаточно, чтобы поставить на нем свое клеймо,

- Возможно, я смогу осуществить твою мечту.

- Ты - моя фантазия, Грейс, - пылко произнес он и заключил ее лицо в чашу своих рук, вынуждая смотреть на него, - Только ты!

Если бы она еще не любила его, то влюбилась бы после этих слов. - У меня тоже есть фантазия, - прошептала Грейс. Она провела язычком по его губам, облизывая контур, покусывая, дразня. - Хочешь услышать какая?

Он провел руками вниз по ее спине, пробуждая в ней ответную дрожь, затем обхватил за ягодицы и притянул к себе для более глубокого контакта.

- Скажи мне.

- Ну, мне нравится читать книги о больших, сильных воинах, которые любят так же отчаянно, как и сражаются, и я всегда хотела такого мужчину для себя.

Его губы дрогнули в легкой усмешке. - Теперь он у тебя есть!

- О, да! - теплая вода сделала их кожу скользкой, и она терлась о его тело, позволяя холмикам ее сосков тереться его грудь, позволяя твердой головке его напряженного члена скользить между ее ногами, вжимаясь в нее. - Я фантазирую о том, как мой мощный, сильный воин, страстно привлечет меня к себе, взяв за ягодицы, приподнимет меня, прижмет спиной к стене душа и полностью заполнит собой.

Дарий зарычал и прижал ее спиной к прохладной плитке. Раздвинув ее ноги коленом, одним мощным движением он вошел в нее, глубоко, трудно и горячо. Вокруг них клубился пар, смешиваясь с пряным ароматом дракона и мыла, заполняя ее ноздри, возбуждая ее самые смелые фантазии. Он чувствовал себя так хорошо в ней, более захватывающе, чем восхождение на вершину самой высокой горы или прыжок на тарзанке с высоченного моста. Он толчками врывался в нее, погружаясь и выныривая снова и снова, в то время, как Грейс стонала и царапала его от удовольствия. Ощущение его сильного тела под ее ладонями, окрыляло Грейс сиюминутной властью над этим мужчиной. Он кусал ее шею, пробуждая в ней волны наслаждения, с каждым движением заставляя ее хотеть большего. Дарий развел ее колени шире и задвигался глубже и мощнее. Она стонала и извивалась, задыхалась от охватившей ее страсти, захлебываясь и выкрикивая его имя.

- Грейс, - прохрипел он, - Моя!

И она была ею. Всецело.

***

Дарий держал спящую Грейс в сильном кольце своих рук.

Эта девушка обладала внутренней силой, даря его сердцу, способность любить, глубоко и неистово. Ее улыбка сверкала ярче, чем солнце, озаряя мир для него. Ее смех исцелял его душу и тело. «Он на самом деле исцелила его»!

После любовных утех, Дарий чувствовал себя пересыщенным и слабым, раскинувшись на пастели в ночной тишине, окутанный мягким лунным светом, он предался воспоминаниям. Давно забытые фрагменты вновь всплыли из его прошлого. Словно пазл, собираясь из осколков, которые, как он думал, были так глубоко погребены в нем, что казались утерянными навсегда. Он не стал бороться, лишь закрыл глаза и глубоко вздохнул. Дарий увидел свою мать, смотрящую на него сверху вниз. Ее улыбка нежной и красивой, как древние воды, которые окружали их город. Ее золотые глаза вспыхивали весельем и с любовью.

Она застала его однажды с отцовским мечом. Дарий размахивал оружием, рассекая воздух с особым драматизмом, пытаясь подражать мощи воина, которой обладал его отец.

«Однажды», сказала она своим сладким, мелодичным голосом, «Ты станешь намного сильнее своего отца», она забрала у него меч и прислонила мерцающее серебро к ближайшей стене. «Ты будешь сражаться рядом с ним, и вы будете защищать друг друга от опасности!»

Но этот день все никак не наступал!

Вскоре Дарий увидел своего отца, сильного, гордого и статного, шагающего по утесу, ведущему к их дому. Он только что вернулся со сражения с Фоморианцами, смыл кровь с кожи, но ее следы все еще оставались на одежде. Когда отец увидел его, то улыбнулся и широко раскинул свои руки, ожидая сына. Семилетний Дарий побежал навстречу ему и бросился в объятия.

« Меня не было каких-то три недели, но я поражен тому, насколько ты вырос», произнес его отец, крепко обнимая сына. «Боги, как я скучал по тебе!»

« Я тоже скучал по тебе!» он отстранился.

Его сильный отец-воин вытирал влагу с глаз, «Пойдем, сын. Давай поприветствуем твою мать и сестер».

Вместе, они шли к небольшому дому. Смеясь и напевая, танцевали вокруг огня три его сестренки. Их длинные темные волосы, струились по их плечам и подпрыгивали при каждом движении. Каждая из них обладала своей исключительной красотой, пухлыми щечками и такой невинностью, что невозможно было пристально глядеть на них.

«Дарий!» закричали они звонкими голосками, когда увидели его, выбегая навстречу, хотя и видели его всего пару часов назад. Дарий был связан с ними особым заклинанием, совершенно непонятным для него самого. Эта связь у них была от самого рождения, и останется навечно.

Он обнял их, крепко притянув к себе, тая в сладости исходящих от них ароматов. «Отец вернулся. Поприветствуйте его надлежащем образом!»

Их лица светились от улыбок, когда они приблизились к воину.

«Мои драгоценные дочурки», - пророкотал он, засмеявшись очень громко и стиснув их в объятьях.

Их мать, услышав радостный смех, помчалась к ним. Они провели оставшуюся часть дня вместе, не расставаясь друг с другом ни на минуту.

Они были безмерно счастливы!

Здесь, в темноте комнаты, из уголка глаза Дария скользнула одинокая слезинка. Он не вытер ее, а позволил скатиться вниз по его щеке, к уху.

Грейс ощутила его мучения. Черты ее лица исказились от беспокойства, она прижалась к нему и нежно обняла его.

- Дарий, - прошептала она мягко, - Все хорошо. И не важно, что тебя беспокоит! Поверь мне, все будет хорошо!

Из его глаз одна за другой текли слезы. Он не мог остановить их, и даже не был уверен, что хотел. - Я вспомнил о них, - сказал он отрывисто. - Они были моей жизнью! Они были всем для меня!

Она тот час же все поняла. Сердце сжалось от тоски и жалости, – Расскажи мне о них. Расскажи мне все самое хорошее!

- Мои сестренки были похожи на солнечный, звездный и лунный свет! -Их лица всплыли в его воспоминаниях, и на сей раз он почти захлебывался кашлем от боли и слез. И все же … боль не была столь разрушительной, как он ожидал, она осталась лишь воспоминанием, что он жил и любил. - Каждую ночь они разжигали маленький костер и танцевали вокруг огня. Они так гордились своими способностями и были уверенны, что в один прекрасный день создадут крупнейшее пламя, которого никогда еще не видела Атлантика!

- Они разве не боялись, что сгорят от костра?

- Драконы прекрасно себя чувствуют и просто расцветают при такой высокой температуре. Мне жаль, что ты, не застала их живыми. Они были воплощением всего лучшего и правильного в этом мире.

- Какие у них были имена? - спросила мягко Грейс.

- Kaвхa, Kэндис и Kэллиа, - сказал он. С диким рычанием он ударил кулаком по матрацу, - Почему они должны были умереть?! Странники замучили и убили моих сестер, как будто они были мусором! Ничем!

Грейс крепче сжала Дария в своих объятиях и уткнулась носом в его шею. Она не знала что сказать, чтобы облегчить его боль, и лишь, молча, прижималась к нему пытаясь разделить с ним его страдания.

Он протер глаза, щипавшие, как от яда, - Они не заслужили такой смерти. Они не заслужили перенести весь этот ужас!

- Я знаю, я знаю, - тихо нашептывала Грейс.

Он спрятал лицо в ложбинке на ее шее и заревел, как раненый зверь.

Его стены рухнули, Дарий скорбил.

ГЛАВА 20

Грейс разрезала канавку на коробке с Кевларовыми бронежилетами, которую поставила на пол. Дарий опустился на колени с другой стороны, пощупал пальцами один из тяжелых черных жилетов. Его губы скривились от отвращения.