Освобождение Атлантиды (ЛП) - Дэй Алисия - Страница 71

– Ну и когда же вернется Алехандро?

Джастис бросил мяч Элени, которая тотчас же положила его и убежала болтать с аспирантами . Она медленно расцветала, несмотря на то, через что ей пришлось пройти, и Кили надеялась, что время, этот хороший лекарь, поможет, в конечном счете, дать ей нормальное, счастливое детство, и что тени в глазах Элени однажды исчезнут. Теперь, когда они начали процесс официального удочерения ее, который, она была уверена, будет весьма скоро окончен, принимая во внимание интересы ребенка и большую услугу, которую Кили и Джастис оказали людям Петен, Элени, наконец, начала верить, что у нее действительно будут новый дом и семья.

Несколькими днями ранее, она пришла к ним и попросила, чтобы они помогли ей похоронить тапочек, желая вместе с ними попрощаться со своей потерянной матерью. Кили плакала вместе с Элени после того, как они положили цветы на крошечную насыпь земли и сказали «до свидания» обитавшим на небесах маме с папой. Даже у Джастиса по лицу скатилось несколько слезинок. Он сказал Элени, что, будучи храбрым воином, она не должна бояться показывать свои чувства, и что она оказала слезами честь своей матери. Кили надеялась, что церемония принесла некий мир ребенку так, чтобы целебный процесс мог начаться.

– Алехандро все еще натаскивает команду паранормальных оперативников, которая будет охранять территорию, – сказал Джастис. – Он вернется приблизительно через неделю, но нас уже здесь не будет.

– Как насчет Аларика? Что он сказал, когда исследовал твой разум? – Мысль об этом все еще вызывала у нее дрожь, но она предположила, что это было лучше, чем прятаться от этого, как ребенок. Один короткий осмотр вместо долгих лет психоанализа и наркотиков. 

Он пожал плечами.

– Он не может понять меня; двойственность моей души непонятна для него. Главным образом, думаю, он просто собирается оставить меня в покое.

Она обняла его.

– Звучит как отличное решение. Говоря о решениях, ты готов?

Он поколебался, затем кивнул.

– Да. Более чем когда-либо.

Кили посмотрела через прогалину и, встретишись взглядом с сеньором Гектором, кивнула. Он помрачнел, но кивнул в ответ. Они были готовы.

Взявшись за руки, Джастис и Кили вошли в храм и приблизились к захватывающей дух фреске. Даже учитывая то, что они видели её много раз, она все еще вызывала в них страх и благоговение.

– Те люди, жившие так много лет назад, смогли создать такую красоту посреди становления их цивилизации, – сказала Кили. – Это удивляет и унижает меня.

– Подожди, пока не увидишь остальную часть Атлантиды, – произнес Джастис, усмехаясь. – Это полностью перевернет твой мир.

Она рассмеялась:

– Всегда рад испортить настроение, да? Так или иначе, ты перевернул мой мир.

Став серьезной, она указала на маленькую щель во фреске, прямо в центре глаза одной из рыб.

– Это – она. Я тут достаточно расчистила, чтобы ты мог использовать свою силу воды для того чтобы осторожно вытащить звезду с минимумом повреждений.

– Все еще не могу поверить, что Гектор согласился с этим. Или что Аларик и Конлан решили повременить.

– Ну, Гектор отчасти был должен нам, – сказала она.

– Без тебя они никогда опять не получили бы доступ к этой территории. И не заставляй меня подшучивать над Алариком.

Он призвал воду, и тоненький, тоненький поток поплыл по воздуху в щель с точностью скальпеля в руках опытного хирурга. Они ждали, задержав дыхания, минуту или две, которые, казалось, длились вечность, пока в основании щели не появилось какое-то мерцание. 

Она подставила руки под щель, и вода полилась в них, вместе с сапфиром, размером с шар для гольфа, который мог поспорить яркостью с луной влюбленных.

– О, Джастис, – прошептала она. – Она так красива. Звезда Артемиды. Наконец-то.

– Все еще не могу поверить, что Конлан и Аларик просто не разбили фреску, желая забрать Звезду, – сказал Джастис, его губы приподнялись, припоминая те события.

– Ну, они были должны тебе, – сказала она решительно.

– И ты так быстро защитила меня, mi amara.

Она протянула Звезду:

– Теперь мы можем проверить её возможности. Может ли она восстанавливать разум.

Он долгое время стоял, потупив взгляд, затем медленно покачал головой.

– Нет, моя любовь. Мой разум больше не сломан, и у меня нет никакого желания проверять возможность Звезды снова разорвать меня пополам.

Он наклонился и на мгновение приложился поцелуем к ее губам:

– Твоя любовь излечила все, что было сломано во мне, и мне не нужен этот камешек. Теперь или когда-либо в будущем.

Кили коснулась своего ожерелья и обняла рукой крошечную рыбку:

– Не могу поверить, что эта маленькая рыбка показала мне лицо человека, который станет моей вселенной. Ты так же излечил все, что было сломано во мне. Я не могу представить свою жизнь без тебя. Теперь или когда-либо в будущем.

Их слова звучали как клятвы. Кили поняла, что столетия сражений, чести, и отваги, объединившиеся с ужасами его детства, высвободили не одного, а двух животных в Джастисе. Теперь, посредством силы их любви, животные соединились, чтобы сформировать единое целое. Человека, которого она всегда будет любить.

Она обернула руки вокруг его шеи и поцеловала его, обещание вечной любви было на ее губах. Секунды или минуты или несколько часов спустя, нетерпеливый голос Элени донёсся из входа в храм.

– Пойдемте, уже, – потребовала она. – Пожалуйста, я хочу поиграть в бейсбол.

Смеясь, Кили и Джастис разомкнули объятья и, взявшись за руки, вышли на солнечный свет, к их ребенку и их будущему, вместе.

КОНЕЦ