Север Северище - Фомичев Владимир Т. - Страница 67

В глубине лесной поселки

Вырастали, что грибы.

Неизвестная сторонка

Голос подавала звонкий.

Зарождался новый быт.

Лесорубам лесоводы

Не хотели уступить –

Хозрасчет ввели свободно,

Отрасли другой уж гордость…

ЛДК встал, знаменит…

Нефте- и газопроводы

По седой тайге вели.

Все менялось год за годом –

И хозяйство, и природа

Северной моей земли.

Е г е р ь  П а в е л

И дела, и люди рядом

Ярко в памяти встают.

Коль писать о жизни правду,

Рассказать о Павле надо,

Несколько найти минут.

Он в заказнике бобровом

Егерем тогда служил.

Непрактичный, небедовый,

Не владевший крепким словом,

Мягкой очень уж души.

На кордон к нему далекий

Я и ездил, и летал.

- Арантур! – скажи,

 и столько 

Оживет красы высокой,

Если в тех бывал местах!

Это – озеро. Такое –

Растревожит хоть кого.

И – громада, и – лесное,

Наполняло чистотою,

Крепостью не одного.

В нем, вокруг кишмя кишело

Рыбы, птицы и зверья.

Браконьеры то и дело

Павла-стражника умело

Надували – понял я.

Бизнес делали ворюги

На его ко всем любви.

Кто прикидывался другом,

Кто любителем округи,

Мерзости творя свои.

Из-за доброты и горькой

Личная судьба была.

Все имел: жену, ребенка,

Книжные в квартире полки –

Потерял в урмане зла.

И не сделал вывод строгий,

Беды пережив, потом.

Тип – доверчиво-убогий.

Надо ж добрым стать, как боги:

Лишь в могуществе своем.

Как и шло к тому: печально

Завершил короткий путь.

Труп его нашел начальник

В непролазных мхах случайно.

Схоронили как-нибудь.

П р е с т у п л е н и я в л е с у

Преступления лесные

Я обязан описать…

Да, деяния такие

Будто нянчила Россия,

Как своих детишек мать.

Миллионы кубометров

Древесины первый сорт

Были пущены по ветру.

Например, зимой и летом

Жгли горбыль и прочий «сор».

Деловой горбыль, который

Жителям безлесных мест

Нужен, как на фронте порох,

Для Госплана был не дорог

И не числился как лес.

Если ехало начальство

Из Москвы на Ивдель-Обь,

То аврал вдруг начинался:

В землю ценности и баста!

Хоронили словно гроб.

За такое шли награды.

Получил бульдозерист

Тысячи рублей однажды.

Зарывал же – это страшно! –

Чистую в округе жизнь.

Откомлевка и вершинник,

Сучья, пни, кора, опил,

И березы, и осины,

Сломыш, если не предлинный,

Всяк о них совсем забыл.

Их товаром не считали,

Словно пыль на большаках.

Древесиной той подняли

И на метр, и на два дали –

Валки был велик размах.

Что ж как в чащи вгрызлись пилы,

Не спустили сразу план

Превращать отходы в плиты

Иль в товар другого вида?

Почему он не был дан?

Вместо этого заслуги

Возглашались горячо

Крупные лесной науки:

В дело, мол, пустить не штука

И хвоинку, и сучок.

Вынесем всему оценки,

Иначе нас хаос ждет.

Что юлить? Весьма нередко

Гнид не замечали века,

Жулик получал почет.

Мы о том сказать открыто,

Чтоб очиститься, должны.

Пусть живет свинья корытом,

Чавкая жратвою сытной,

Мы – творцы родной страны.

Н е к о г д а – т о ж и т ь - с е й ч а с

Жить не завтра, не когда-то,

В свой, а не в химерный век –

Принцип северного братства.

Пусть имел не все, что надо, -

Все, что можно, человек.

Возводили не времянки –

Капитальное жилье

С отопленьем, светом ярким,

Душем и чуланом всяким.

Конькобежцам – крытый лед.

Фермы строили, теплицы,

Стадион, ДК, бассейн,

И музшколу, и больницу.

Наших благ иных в столице

Кое-кто не знал совсем.

Думаю, что человеку,

Коль он «друг, товарищ, брат»,

Стыдно сказочные реки

Обещать в разумном веке –

Он обычным больше рад.

Сделай все, что только можно,

Для того, кто рядом, вот, -

И в любой дали таежной

С настроением хорошим

Он, как сам я там, живет.

К и с л о р о д с у д ь б ы

- Москвичи - счастливые люди.

 Фраза из разговора.

Коль в Москве прописан, значит

Нет ни горя, ни нужды?

Часто все идет иначе.

Без квартиры, денег, дачи

И на побегушках ты.

Горько думаю о многом,

Что в столице повидал.

Скажем, на прием к райбогу,

В целом личности убогой,

За полгода не попал.

А лицо такого ж ранга

В хмуром северном краю

Просто выслушало сразу,

Деловито и гуманно

Просьбу выполнив мою.

…Я собой стал в Приполярье,

Им убив пиявок зла.

Вынув северную карту,

Ты, судьба, как из угара

В чистый кислород вошла.

Ринулся туда, не зная

Ни район, ни советчан.

Возвратившись, вспоминаю

Я добром просторы края,

За пять лет не заскучал.

Да, я стал самим собою –

Крепкий дух, спокойный вид.

Я с народною душою

И народною судьбою

Был в Советском прочно слит.

Г и м н м о л о д е ж и

Многотрудные эпохи

Молодости по плечу.

Пусть лишения, пусть плохо –

Не привыкла ахать, охать,

Не сгибается ничуть.

Смело меряется силой

С бурей снежною, грозой.

Не пугает вой звериный,

Неурядиц лабиринты

Молодости боевой.

В этих качествах достойной

Убеждался много раз.

Не в сосновом лишь озоне –

На ударных новостройках

Всюду свет ее не гас.

Да и только ль на ударных?

Ну, а космос, море, спорт?

Век вам, девушки и парни,

За бесстрашье благодарен,

Нежность, искренность, задор.

Молодежи доверяя

В деле самом непростом,

Общество не потеряет.

Сверстников моих, я знаю,

Часто брали на излом.

Не за то ль, геронтократы,

Проклинаем нынче вас,

Что искусственной преградой

На пути ребят крылатых

Становились много раз?

Ничего! Уроки жизни.

Пусть идущие вослед

Их не забывают смысла,

Чтобы время не прокисло,

Ход не замедлялся лет.