Точка отсчета - Корнуэлл Патрисия - Страница 91

Я не ответила. Моя племянница добавила газу, увеличивая скорость вращения винта, потом проверила проблесковые огни и включила радио. Мы надели костюмы. Легко, словно сила гравитации просто перестала существовать, вертолет оторвался от площадки. Люси развернула машину против ветра и направила ее вперед. Набрав скорость, вертолет будто воспарил на крыльях. Мы поднялись над деревьями, оставляя солнце на востоке, а когда контрольная башня и город скрылись из виду, Люси приступила к первому уроку.

Я уже неплохо знала приборную доску и функции большинства органов управления, но весьма смутно представляла, как они работают вместе. Я не знала, например, что при подаче ручки от себя и увеличении скорости вертолет отклоняется вправо и что в таком случае пилот должен утопить левую педаль управления рулевым винтом, чтобы компенсировать вращающий момент главного ротора и удержать машину от дифферента. Новостью стало для меня и то, что при наборе высоты, когда ручка берется на себя, скорость снижается. И так далее. В каком-то смысле управление вертолетом напоминало мне игру на ударных, только в данном случае приходилось следить за глупыми птицами, вышками, антеннами и многим другим.

Люси оказалась терпеливым наставником, так что время летело быстро, и мы мчались к цели со скоростью в сто десять узлов. К тому времени, когда южнее показался Вашингтон, я уже довольно неплохо держала вертолет в нужном положении, одновременно управляя гироскопом направления и не теряя из виду компас. Наш курс был 50 градусов, и, хотя я так и не освоила работу с ГСН, или Глобальной системой навигации, Люси удостоила меня похвалой.

— Небольшой самолет на три часа, — сказала она в микрофон. — Видишь?

— Да.

— К тому же он над горизонтом. А когда что-то над горизонтом, значит, оно и над нами. Это важно, потому что если оба воздушных средства над горизонтом и то, на которое мы смотрим, кажется неподвижным, это означает, что оно находится на нашей высоте и либо уходит от нас, либо идет прямо на нас. Хитро, верно? Тут нужно быть внимательным.

Люси инструктировала меня, пока на горизонте не показался Нью-Йорк. Мы пролетели мимо статуи Свободы и Эллис-Айленд, куда когда-то, давным-давно, прибыли мои итальянские предки, чтобы начать с нуля в мире новых возможностей. Вскоре город уже был вокруг нас, и громадные здания финансового района вырастали со всех сторон. Мы держались на высоте пятисот футов, и тень нашей «птички» бежала под нами по воде. День был ясный и жаркий, и в поле зрения то и дело появлялись другие вертолеты: экскурсионные неспешно шли по знакомому маршруту, тогда как другие мчались к намеченной цели на полной скорости, перенося тех, у кого есть все, кроме времени.

Люси вела радиопереговоры с диспетчерским пунктом, который никак не хотел замечать нас из-за плотности воздушного движения, и диспетчеров не очень интересовал вертолет, идущий на высоте семисот футов. Как сказала моя племянница, в Нью-Йорке на этой высоте действует одно правило: смотри и уворачивайся. Ориентируясь на Ист-Ривер, мы прошли над Бруклинским, Манхэттенским и Уильямсбергским мостами. Внизу ползли баржи с мусором, танкеры с топливом и белые туристские пароходики. Подлетая к Рузвельт-Айленд, с его разрушающимися строениями и старыми больницами, Люси уведомила Ла-Гуардиа о наших планах. К этому времени остров Уорд уже виднелся прямо перед нами. Примечательно, что часть реки у юго-западного выступа носит название Адские Ворота.

Все, что я знала об острове Уорд, было следствием моего интереса к истории медицины. В давние времена он, как и многие острова Нью-Йорка, был местом ссылки для заключенных, больных и психически неполноценных. Этому району Нью-Йорка вообще не везло: до середины девятнадцатого века там не было ни отопления, ни проточной воды, туда отправляли заболевших тифом и там же держали в карантине эмигрировавших из России евреев. В начале нынешнего столетия на остров Уорд перенесли городской сумасшедший дом. Условия содержания умалишенных с тех пор значительно улучшились, хотя современные обитатели психиатрической клиники отличались от прежних не в лучшую сторону. В камерах появились кондиционеры, пациенты пользовались услугами адвокатов и имели возможность предаваться своим увлечениям. Их лечили, за ними ухаживали, с ними занимались психотерапией, им создавались условия для занятий спортом.

Войдя в воздушное пространство острова Уорд, мы снизились. Внизу потянулись зеленые парки, за которыми уже виднелись корпуса Манхэттенского психиатрического центра. У проходящей через середину острова автострады расположился небольшой цирк с яркими куполами палаток, пони и раскатывающими на одноколесных велосипедах акробатами. Зрителей было немного, и я видела детей со сладкой ватой, которые почему-то не сидели за партой в школе. Еще дальше к северу находились очистная станция и тренировочный центр пожарной службы Нью-Йорка, по парковочной стоянке которого разъезжал, отрабатывая повороты, длинный пожарный автомобиль.

Судебно-психиатрический центр представлял собой одиннадцатиэтажное здание с зарешеченными окнами и затемненными стеклами. Над прогулочными дорожками и рекреационными зонами нависала колючая проволока, наличие которой должно было предотвратить побеги, что, однако, не помешало Кэрри Гризен. Ширина реки в этом месте достигала примерно мили, а учитывая скорость течения и неприступность берегов, она выглядела серьезным препятствием, штурмовать которое отважился бы разве что безумец. Насколько я знала, остров связывал с городом пешеходный мост. Окрашенный под цвет окисленной бронзы, он находился примерно в миле к югу от «Кирби». Я попросила Люси пролететь над ним и увидела идущих в обоих направлениях людей.

— Не представляю, как она могла пройти здесь средь бела дня, — заметила я. — Кто-нибудь бы да заметил. Но если даже и перешла и никто ее не заметил, что дальше? Здесь же повсюду была полиция. И как она попала в округ Лихай?

Люси медленно кружила на высоте пятисот футов. Внизу виднелись остатки парома, некогда связывавшего остров с Ист-Ривер-драйв на Сто шестой улице, и руины пирса, представленного теперь кучкой выступающих из воды кусков дерева. Протянувшееся до берега поле выглядело вполне подходящим местом для посадки. При этом вертолет находился бы ближе к воде, чем к огороженным колючей проволокой дорожкам и скамейкам клиники.