Молчание мертвых - Новак Бренда - Страница 72

И что бы это значило?

Что, черт возьми, вообще происходит?

Он раздвинул шторы и еще раз переменил позицию, но так и не увидел Грейс. Прошло не меньше минуты, прежде чем она вышла из гаража, неся какой-то длинный предмет. Предмет, похожий — от неожиданности Джо выронил стакан, и тот, упав на деревянный пол, разбился — на лопату!

Дожидаясь Грейс, он успел неплохо подзаправиться, но голова сработала быстро, и сердце пустилось вскачь, когда Грейс открыла багажник. Что же она делает? Вариантов было немного, а с учетом недавней находки у озера вообще лишь один. Что может раскапывать Грейс Монтгомери посреди ночи?

Положив лопату, она опустила крышку и вернулась в гараж. Стоп-сигналы мигнули, машина сдала назад. Дверь опустилась.

И куда же поехала Грейс?

Постояв еще немного у окна, Джо убедился, что она повернула в сторону фермы. Выбежав из дома, он запрыгнул в кабину грузовика и рванул за БМВ. Расчет оказался верным — через четыре минуты Джо увидел огоньки примерно в миле от того места, где Мейн-стрит пересекалась с шоссе.

Он сбросил скорость. Спешить некуда. Главное — не выдать себя. Если его догадка верна, то уже утром он сможет рассказать всему городу о том, где именно следует искать тело Ли Баркера.

Грейс остановилась в лесопосадке на задней границе принадлежащего Клэю участка, у канала, и, выйдя из машины, прихватила с собой лопату, перчатки и фонарик. Если только брат узнает, что она задумала, он обязательно ее остановит. Клэй хочет, чтобы все оставалось как есть. Но теперь ставки слишком высоки. Она обязана сделать все возможное, чтобы прошлое никогда не омрачило будущее. Ее с Кеннеди будущее.

Клэй, Айрин, Молли — они все заслуживают того, чтобы забыть и жить дальше без оглядки. И она даст им такой шанс. Она сделает это ради них.

Грейс двинулась к ферме напрямик, через хлопковое поле. Тишину нарушало только глухое кваканье лягушек — пруд был рядом. Проходя мимо, она услышала плеск воды и постаралась сосредоточиться на нем и не замечать скрипа флюгера на крыше амбара, приходившего в движение в самые неожиданные моменты. От этого скрипа ее бросало в холод. В то лето, после смерти преподобного, она часто ложилась спать с открытым окном — ночи были ужасно душные — и нередко слышала этот звук. И каждый раз ей мерещилось, что это открывается дверь амбара, что преподобный выходит из своей конторы и идет — за ней. Она подтягивала влажную от пота простыню и вглядывалась, вглядывалась в темень за окном, пока не начинали болеть глаза и не вставало солнце.

Вот и сейчас всплывшие некстати воспоминания отнимали остатки сил. Грейс остановилась, перевела дыхание и приказала себе идти дальше. Решение принято. Она не сможет больше прожить в Стилуотере и дня, зная, что доказательства содеянного ими лежат здесь, рядом с фермой, едва ли не под носом у всего города.

Чтобы справиться с поставленной задачей, пришлось прибегнуть к нехитрому приему: разделить всю операцию на несколько последовательных стадий. Иди вперед шаг за шагом, сосредоточься на том, что делаешь в данный момент, и не заглядывай вперед. Скоро все кончится. И тогда, избавив себя от постоянного страха перед разоблачением, ты заживешь нормальной жизнью. На свете так много хорошего, и ты сможешь посвятить себя куда более приятным заботам.

Выйдя на полянку по другую сторону рощи, примерно в двадцати ярдах от амбара, Грейс остановилась, прислонила лопату к плакучей иве и натянула перчатки.

Здесь.

Наверно, она смогла бы найти это место с завязанными глазами. Достаточно далеко, чтобы Джед не слышал их в ту ночь из-за включенного на полную громкость радио, и достаточно близко, чтобы Клэю не пришлось тащить тачку через канавы. В ту ночь время решало все. И его было у них слишком мало.

Не отвлекайся на воспоминания. Действуй. Ради Кеннеди. Ради Тедди и Хита. Ради всех, кого любишь.

Луч фонарика скользнул по пресс-подборщику, тележке, трактору и новым покрышкам, сложенным рядом с относительно недавно построенным гаражом. Тут же, около плуга, стоял грузовик «шевроле» 1957 года. Поскольку лошадей Клэй не жаловал — вероятно, сказывался печальный опыт общения с жеребцом преподобного (конь кусал его при каждой возможности), — конюшню он снес, а освободившееся место использовал как мастерскую для восстановления старых автомобилей. Таковых у него было два, «тандерберд» и «мустанг». Увидев их в тот день, когда они с братом убирали конторку Баркера, Грейс решила, что этот железный хлам либо отвергнут навсегда и обречен разделить судьбу металлолома, либо представляет собой часть некоего будущего проекта, до которого у Клэя не дошли пока руки. Так или иначе, грузовик стоял прямо на могиле преподобного. Идея, может быть, и неплохая, но существенно затруднявшая выполнение ее плана.

И что теперь делать? Как сдвинуть грузовик?

Была и еще одна проблема — сами останки. Профессиональный опыт подсказывал, что после восемнадцати лет пребывания в земле от тела остались лишь кости да клочки одежды. Вот только достанет ли ей выдержки убрать даже это?

Представь, что ты где-то в другом месте. У себя, в Джексоне. Тебя вызвали на место преступления. Ты не знаешь, кто жертва. Она для тебя всего «вещественная улика А». У тебя же было немало подобных случаев. Работай поэтапно, шаг за шагом. Не думай…

Обойдя грузовик, Грейс потянула проржавевшую дверцу, которая подалась с громким протестующим скрипом.

Судя по паутине в кабине, старичок простоял здесь несколько лет. Ключ все еще торчал в замке зажигания, но двигатель не работал. Возможно, никакого двигателя уже и не было.

Придется копать сбоку, решила она, выбираясь из кабины. Вот только сколько времени это займет? Солнце взойдет часа через три, тогда же поднимется и Клэй.

Оставив дверцу приоткрытой — чтобы не рвать нервы еще одним скрипом, — она опустилась на четвереньки и посветила фонариком под грузовиком. Баркера похоронили завернутым в старое, ветхое покрывало, купленное матерью на гаражной распродаже в незапамятные времена, и теперь Грейс пыталась найти хоть краешек этого покрывала. Если могила и впрямь такая мелкая, как ей всегда казалось, то много времени работа не займет. В конце концов снять фут грунта — задача не такая уж трудная. А вот если никаких следов обнаружить не удастся, то раскопки придется отложить до вечера.

Ее внимание привлек какой-то неясный, посторонний звук. Она замерла, подняла голову, прислушалась.

Снова скрипнул флюгер. И больше ничего. Только треск цикад да кваканье лягушек.

Ветер, наверно. Всего лишь ветер.

Грейс убрала упавшие на глаза волосы и, скрючившись, повернула фонарик к задним колесам. Из ямки высовывалось что-то розовое. Уж не покрывало ли?

Схватив лопату, она попыталась зацепить находку и подтащить к себе, но снова замерла, услышав хруст сломанной веточки. Списать этот звук на ветер или животное не получилось бы даже при всем желании. Теперь Грейс знала — она здесь не одна.

Клэй? Если так, то лучше окликнуть брата сейчас — на случай, если у него с собой ружье. Клэй, он такой — сначала стреляет, а вопросы задает уже потом. С другой стороны, ей не хотелось выдавать себя. Может быть, брат заметил свет фонарика и вышел посмотреть, в чем дело? Тогда лучше просто затаиться на время. Если Клэй поймает ее здесь сегодня, пробраться сюда завтра будет намного труднее.

Грейс выключила фонарик и заползла вместе с ним под грузовик. В нос ударил запах прелых листьев. Она лежала на животе, стараясь не думать о том, что прямо под ней покоится Ли Баркер. Но воображение уже рисовало страшную картину: костлявый скелет, тянущийся к ней из-под земли, чтобы утащить к себе, в могилу…

И снова хруст. Теперь уже ближе. Кто-то приближался. Грейс задержала дыхание. Клэя она не боялась, но он мог серьезно осложнить выполнение поставленной задачи, а то и вовсе сорвать ее планы. А она уже знала, что не успокоится до тех пор, пока не перенесет останки преподобного в другое, безопасное место, где их никто никогда не найдет.