Наследие Тубана - Троиси Личия - Страница 33

Когда профессор и Лидия уселись на передние кресла, София ликовала. Она предпочитала сидеть во втором ряду еще и потому, что это единственное место, где было хоть немного попросторнее. Дворецкий уложил последние вещи, потом улыбаясь попрощался и запер дверцу со зловещим грохотом.

— Готовы к отправке? — спросил, оборачиваясь, профессор.

София почувствовала, как в одно мгновение ее придавил страх. Руки заледенели, и застучали зубы.

— Превосходно, скоро начнется погружение, — объявил Шлафен.

Огни погасли с боков, и лодка погрузилась во тьму. Сердце Софии екнуло. В один миг у нее пересохло в горле. Потом послышался ободряющий щелчок и зажегся теплый свет.

— Сейчас недостает только фар, — сказал профессор, но его голос заглушал скрип тяжелых металлических ворот, открывавшихся перед ними.

Огни зажглись, и София увидела громадное вращавшееся колесо люка. Вода постепенно стала проникать сквозь стыки, просачиваясь на пол с мягким клокочущим гулом. Поток становился все сильнее, и мутная вода озера начала подниматься вдоль иллюминаторов.

— София, вижу, что ты очень бледная, — с ехидной улыбкой заметила Лидия. — А ты, случаем, не страдаешь морской болезнью?

Девочка, не сумев вымолвить ни слова, потрясла головой.

— Не беспокойся, — обернулся к ней профессор, — в первый раз небольшое чувство страха — это нормально.

В конце концов ворота сдались. Они распахнулись, и в одно мгновение хлынула вода, полностью затопив помещение. Субмарину, моментально оторванную от пола, прибило к стене, а затем она оказалась на поверхности. От сильного удара, гул от которого еще долго отдавался грохочущим эхом в кабине, всех троих прижало к стенкам лодки.

София вскрикнула.

— Все в порядке! Все в порядке! — поспешил успокоить ее профессор, одновременно лихорадочно разбираясь с целой кучей разных рычагов, находившихся за штурвалом.

Даже Лидия изменилась в лице, судорожно вцепившись в кожаное кресло.

Лодка загудела, качнулась пару раз и нашла наконец дорогу. Мало-помалу она вышла из подземелья и оказалась в озере. Лидия вздохнула с облегчением, откинувшись на спинку сиденья, а София так и осталась сидеть, прижавшись спиной к креслу, словно приклеенная, и не решаясь пошевелиться. А снаружи их окружала черная, как нефть, вода. Фары осветили ее на мгновение, прежде чем, спустя всего пару метров хода, оказаться поглощенными мраком. В этом световом конусе вырисовывались длинные розовые водоросли, зловеще раскачивавшиеся в потоке воды. От света засверкало все, что находилось в этот момент в озере, София подумала о том, что это путешествие оказалось даже хуже, чем она могла себе представить. Их окружал какой-то совершенно нелепый внеземной лунный пейзаж. Ее внутренности были зажаты, как в тисках, уши горели. Все вокруг ей казалось абсолютно неправдоподобным.

— По-моему, сейчас самое время для методичного обследования озера, до тех пор пока София не укажет нам место, куда следует направляться.

Но девочка даже не слышала слов профессора.

— София?

Она вздрогнула:

— А?

— Ты слышала?

Шлафен посмотрел на девочку, и она смущенно закачала головой.

— Все в порядке, постарайся успокоиться.

София закрыла на мгновение глаза. Открыв их, она увидела толстую рыбину с желтыми плавниками, промчавшуюся перед носом субмарины. Скоро и она сама окажется за пределами лодки, и никто больше не сможет защитить ее.

— О’кей, — чуть слышно ответила девочка.

— Послушай, ты знаешь, куда нам нужно плыть? Не знаю, положим, в поле твоего зрения попала какая-нибудь деталь, которая могла бы указать тебе путь?

София, хлопнув пару раз ресницами, попыталась сосредоточиться.

— Я видела центр города, именно там я и была. Значит… ну, не знаю… полагаю, что нам нужно двигаться к середине озера…

Профессор одобрительно кивнул:

— Так и сделаем.

Гул нарастал, и субмарина, погрузившись в бездну, на более высокой скорости двинулась в путь.

Вскоре исчезли розовые водоросли, и вместо них возникли населявшие склон озера странные растительные создания, похожие на ветви дерева. Сказать по правде, их цвет был малопривлекательным, что-то среднее между коричневым и бордовым. На этот раз среди нитеобразных зарослей виднелись невозмутимо плававшие в воде и ускользавшие в разные стороны крохотные рыбки. Похоже, свет лодки раздражал их, и, когда фары пересекались с линией их движения, они нервно бросались врассыпную.

София была целиком поглощена удивительным зрелищем, но еще больше ее занимала мысль о том, что в скором времени ей предстоит делать; однако постепенно у нее возникло ощущение, будто ее мысли стали уноситься прочь, куда-то далеко от этих мест, но куда именно, она не знала.

— Здесь.

София выпалила это не задумываясь. Она даже не заметила, что Лидия сказала то же самое. Профессор заглушил двигатель, и под днищем субмарины что-то лязгнуло. Очевидно, якорь.

А снаружи виднелось некое подобие голубоватого пузыря. Он был огромным, около ста метров в радиусе, и внутри его находился предмет неопределенной формы.

— Вы точно уверены? — спросил профессор.

— Значит ли это, что вы не видите пузыря? — недоверчиво спросила его Лидия.

Профессор горько улыбнулся.

— Вы обе — Дракониды, а я — обычный Хранитель. На свете существуют тайны, которые мне недоступны.

У Софии екнуло сердце. Итак, это был предел. Профессор дошел с ними до своей границы, дальше идти он не мог.

— Похоже, это — прозрачная оболочка, внутри которой что-то есть… — пояснила Лидия, прищурив глаза, чтобы приглядеться получше.

Профессор кивнул:

— Вам нужно выходить.

— Но ведь ты пойдешь вместе с нами, ведь так? — И хотя София уже знала ответ, она все равно не могла не спросить.

— Пойти куда? В то место, которое я не в состоянии даже увидеть? И потом, кто-то же должен остаться здесь, чтобы качать для вас кислород.

Лидия была уже готова. Она проворно вскочила с кресла и села на пол, пытаясь натянуть на ноги тяжелые ботинки. София с недоумением посмотрела на нее. И как ей удается быть такой уверенной? Девочка направила на профессора умоляющий взгляд, но он остался глух.

— А ты что не готовишься? — вместо этого спросил он.

И София стала обуваться. Ей пришлось немало попотеть, чтобы надеть эти нелепые ботинки, а когда она надела на голову шлем, то едва не задохнулась.

Профессор прикрутил с обратной стороны скафандров обеих девочек трубки для подачи воздуха. Они были подсоединены к оборудованию, находившемуся на дне лодки.

— Благодаря им вы будете получать кислорода столько, сколько вам потребуется. Если хотите, мы можем поддерживать связь. Я вмонтировал микрофоны в шлемы, они пригодятся вам и для переговоров между собой. В общем, я с вами, понятно? В случае малейшей опасности два раза дерните за веревку, привязанную за талию, один раз короткий рывок, один раз длинный, и я вас вытащу.

Внезапно лицо профессора посуровело. Он нагнулся и потянул вверх рукоятку, прикрепленную к полу лодки. Открылся люк, которого как раз хватило на то, чтобы пройти в скафандре.

— Я пойду первой, а то уж больно ты бледная, как я погляжу, — заявила Лидия с некоторой усмешкой.

София не стала отвечать ей и пропустила напарницу вперед.

Лидия скользнула в шлюзовую камеру. София ждала своей очереди.

Профессор положил руки на плечи девочки.

— Не бойся, я здесь. Вспомни все, чему я тебя учил, и никогда не забывай про силу Тубана. Он сражается вместе с тобой. И будь внимательна, — шепнул напоследок ее наставник.

Девочка посмотрела на него ясными глазами и кивнула.

Подошло время, и она шагнула вслед за Лидией. Вскоре озеро поглотило ее, с силой увлекая на дно. Охваченная тревогой, София тяжело задышала.

— Будь спокойна, и ты увидишь, что все будет хорошо, — шепнул ей далекий и немного каркающий голос профессора.

Из того, что девочка видела, у нее складывалось впечатление, что она погружается в пустоту. Свет субмарины слабел, а тьма неумолимо наступала. К счастью, у Софии имелся фонарик, привязанный к поясу длинной веревкой. Неловким движением девочка схватила его и после нескольких неудачных попыток смогла наконец включить. Пузырь был уже близко. София видела его прямо под собой; он представлял собой некое подобие огромного эмбриона, из которого, словно пупочный жгутик, торчала кислородная трубка Лидии. Должно быть, та была уже внутри.