Дерево Идхунн - Троиси Личия - Страница 36

И его вместе с Софией окутал все тот же изумительный свет, еще недавно освещавший колдовской лес, растворив в этом приглушенном сиянии все вокруг. Повсюду воцарилось невозмутимое спокойствие. Фабио чувствовал только себя и Софию, они будто парили в этом совершенном спасительном золоте. Плод исчез, словно поглощенный руками Фабио. Но здесь, совсем рядом витала душа Идхунн. Фабио протянул ладони, и они покрылись почти белым пламенем. Мальчик провел им по спине Софии. Он чувствовал, как из его рук заструилась энергия. Ибо впервые его огонь не был разрушительным, но исцеляющим, и он на самом деле мог исправить все то, что совершил прежде, и стать одним из них.

Так продолжалось до тех пор, пока силы мальчика не иссякли и не задрожали его руки. Тогда свет погас, и плод выскользнул из его ладоней, Фабио почувствовал, как отполз назад, упал на землю, прижавшись щекой к каменной мостовой, и тяжело задышал.

— София, София! — услышал он голос Лидии.

Фабио приподнялся. Все было, как и раньше. Он сидел возле изваяния, которым воспользовался когда-то как порталом, чтобы добраться до орехового дерева. Беневенто снова стал таким, как прежде. Не осталось ни следа, напоминавшего о том, что случилось в ту безумную ночь.

У мальчика сильно кружилась голова, но он все равно подошел к Софии. Девочка спокойно дышала, а порез на ее спине заметно уменьшился и был уже не такой глубокий, как прежде. Фабио видел устремленный на него взгляд Лидии. Ее глаза были преисполнены безмерной благодарности, отчего он даже немного смутился. Затем он взял Софию на руки.

— Позови того типа, что был с вами, того чудака. Я отвезу Софию в больницу, а ты передай ему это, — сказал он, протягивая плод.

Лидия кивнула, а потом положила ему руку на плечо.

— Спасибо тебе, — сказала девочка дрожащим голосом. — Правда, спасибо.

Фабио отвел взгляд в сторону:

— Ну же, иди.

Он видел, как девочка улетела прочь. Мальчик слышал ровное дыхание Софии, лежавшей у него на руках. Цвет ее кожи стал заметно розовее, однако она все равно остро нуждалась в лечении.

Фабио очень устал, но нужно было сделать еще одно маленькое усилие. Мальчик огляделся по сторонам. Вокруг — никого. Он взмахнул появившимися у него за спиной крыльями и взмыл ввысь.

В больнице на него посыпалась куча вопросов. В какой-то момент он подумал даже о том, что, возможно, вызовут еще и полицию, чтобы арестовать его. Впрочем, такой тип, как он, производит далеко не самое лучшее впечатление, появившись в больнице в одежде, запачканной чужой кровью, И это не считая того, что на нем самом отчетливо виднелись следы недавней схватки.

Фабио выдумал какую-то несуразицу.

— Это был несчастный случай. Мы переходили дорогу, и нас сбила машина. Они даже не остановились.

Ситуация сильно изменилась с появлением профессора.

Он был бледный как полотно и заметно прихрамывал.

Несмотря на свое волнение, он сумел взять ситуацию под свой контроль.

— Ну конечно я его знаю, — сказал он, когда его подвели к Фабио. — Это друг моей дочери, я знаю его с самого детства.

Врач бросил на Фабио косой взгляд, но ничего не сказал. А профессору пришлось встретиться еще и с полицией.

Фабио сидел возле палаты, где Софии оказывали медицинскую помощь. После этой ужасной ночи мальчику очень хотелось уйти поскорее, ему не очень нравилось то, как смотрели на него в больнице. И все же что-то удерживало его на месте.

Профессор уселся возле него, как только уладил все вопросы со стражами порядка. Какое-то время они сидели молча, один — разглядывая свои запачканные кровью джинсы, другой — уставившись в потолок. Потом вышел врач, и оба вскочили.

— Рана очень серьезная, но мы сделали переливание и зашили ее. Девочка останется под нашим наблюдением еще несколько дней.

Профессор глубоко вздохнул, а потом поправил очки.

— Я могу на нее взглянуть?

— Сейчас она спит. Но вы в любом случае можете войти, если хотите.

Доктор шагнул вперед, а Фабио остался стоять на месте, сунув руки в карманы.

— Хочешь туда пойти? — неожиданно спросил профессор.

— Я?..

— Ты ведь спас ей жизнь, разве тебе не хочется увидеть конец этой истории?

Они на цыпочках вошли в палату. София лежала на животе. На ее спине была повязка, а от руки тянулась трубка капельницы. Девочка спала безмятежным сном.

— Смотри внимательнее. Это твоя заслуга, что она осталась жива.

Фабио почувствовал, как по его спине пробежала дрожь.

— Ты даже представить не можешь, что значит для меня София и насколько я благодарен тебе за то, что ты сделал этой ночью.

Фабио пожал плечами. Он не нашелся, что сказать в ответ. В его голове никак не укладывался образ мирно спавшей Софии с сохранившимся в его памяти воспоминанием о том, как она лежала на асфальте в луже крови.

«Неужели это и в самом деле был я?» — подумал мальчик.

Профессор сел на стул возле кровати. Он крепко сжал руку девочки в своих ладонях, стараясь не касаться капельницы.

— Нам нужно поговорить, не так ли? — обратился профессор к мальчику, но при этом не отводя от Софии глаз. — У таких, как мы, нет права ни на покой, ни на передышку, и скоро тебе придется осознать, кто ты такой.

Мужчина медленно обернулся. Комната была пуста. Фабио исчез. У профессора возникло искушение выйти из палаты и броситься на поиски этого мятущегося юноши. Но иной раз нужно забывать про свой долг и позволить себе делать то, что хочется. Ведь в этот вечер он рисковал навсегда потерять человека, которого любил больше всего на свете.

На его лице появилась горькая улыбка. Он отвел взгляд от сверкающего дверного прямоугольника и обратил его на того, кто в эту сумасшедшую и ужасную ночь заслуживал этого более всего: на свою Софию.

Эпилог

Было еще довольно прохладно, но снег уже растаял. Так продолжалось недолго. Но это всего лишь утром, а потом солнце прогнало холод, оставивший после себя ощущение чистоты и приятный аромат льда.

София следила за тем, как Лидия ходит по вагончику. Девочка с любовью собирала свои вещи, словно загоняла овец в овчарню.

Они паковали чемоданы. Все кончено. Цирк поедет дальше, навстречу другим городам и иным ветрам.

Они же возвращались в дом у озера.

В вагончик вошел профессор со своим огромным саквояжем с ручкой через плечо. Он двигался несколько рассеянно, потому что его нога еще побаливала.

— Ну, ты готова вернуться домой? — спросил он, обращаясь к Софии.

Завернутая в теплое покрывало до самого носа девочка смогла только кивнуть. Она все еще была слишком слаба.

Лидия закрыла чемодан. Софии показалось, что та тяжело вздохнула — у ее подруги глаза подернулись влагой.

— Профессор, я отнесу Софию к машине, — сказала Лидия.

— Ты уверена, что сама справишься? — с сомнением спросил мужчина.

— Но ведь ты не в состоянии, а Маркус еще спит, следовательно…

Девочка подхватила свою подругу вместе с покрывалом. Она качнулась несколько раз на месте, но потом все же направилась к двери. Лидия осторожно спустилась по лестнице и усадила Софию на заднее сиденье автомобиля.

На полу возле ног Софии лежал сверток. Внутри его находился плод, запертый в защитный контейнер, очень походивший на клетку для птиц и излучавший удивительный золотистый свет.

— Он покрыт смолой Геммы, — пояснил профессор. — Я сконструировал его довольно давно, еще до того, как мы отправились на поиски плодов. Я знал, что, обнаружив их, нам придется позаботиться об их безопасной транспортировке в то место, где они впоследствии будут храниться. Эта клетка показалась мне наиболее подходящей для такой цели.

Контейнер открывался при помощи миниатюрного ключика, прикрепленного к ремню мужчины тонкой золотой цепочкой.

Когда Софии рассказали о том, что произошло после того, как она лишилась чувств, девочка выразила свое решительное несогласие с профессором.