Темная Империя: Зарождение. - Чвилев Дмитрий - Страница 7

— Конкретнее пжалста. Про наш ножичек. — опять смутил дедушку мой спутник.

Яростно сверкнув взором, старик уставился на Макса, словно желая прожечь в нем дыру.

— А ваш…ножичек — и не ножичек вовсе. По форме и параметрам он практически не отличается от скифского акинака, однако… Во-первых, он сделан из неизвестного мне сплава стали, состав которого, тут, в домашних условиях, я определить не смогу — необходима лабораторная экспертиза. Во-вторых, судя по методу обработки стали, его изготовили в позднем средневековье — ранее просто не было таких технологий. В-третьих, я не в силах понять, как он так хорошо сохранился, вы посмотрите — он восторженно посмотрел на рукоять: — Узор почти не испорчен!

Подняв на нас глаза, и поправ очки, коллекционер резюмировал:

— Молодые люди, я уверен только в одном — совершенно точно и однозначно могу сказать, что это не реплика, и не искусная подделка, как, признаться честно, подумал сначала. Для всего остального необходимо тщательное дальнейшее исследование, поиски аналогов, сравнение описания в литературе. И, конечно же, лабораторный анализ материала.

Еще раз взглянув на меч фанатичными глазами ученого, обнаружившего новый, доселе неизвестный вид, он с печальным вздохом протянул клинок нам.

Нарочито деловито я взглянул на часы и, шлепнув по рукам Макса, попытавшегося схватить оружие, обрадовал ценителя: — Мы оставляем этот меч вам.

Тот поднял на меня изумленные глаза и застыл немой статуей. Сбоку, синхронно, то же самое проделал Макс.

— К сожалению, мне и моему другу… — я выразительно посмотрел на этого идиота — …надо спешить. Видя ваш интерес, мы решили оставить его вам, на время. — я сделал акцент на последнем слове.

— Интересно, а Макс знал о том, что ВЫ решили? — ехидно залился внутренний голос.

Встав, я воззвал к разуму коллекционера, от радости витавшего в облаках: — Мы надеемся на вашу честность и, видя ваш интерес, идем на уступку. Однако уступка должна быть обоюдной. Нам этот меч пока не к спеху, и вы можете его исследовать, но…с одним условием. Широкой общественности незачем знать о нем. Только заинтересованным лицам, каким-нибудь ученым-исследователям вроде вас, коли вы будете с ними советоваться. Не более того.

Обернувшись, я зашагал к выходу. Максу ничего не оставалось делать, как двинуть следом. У самого выхода, я не удержался и, нахмурившись, по-киношному обернулся: — Надеюсь, мы поняли друг друга.

Судя по радостному взгляду и усердному киванию ценителя, до сих пор не верящего в свалившееся на него почти двухкилограммовое счастье, он меня понял.

Ухмыльнувшись, я вышел из комнаты, насвистывая хором с внутренним голосом песенку про кровавую резню на трех холмах. Чертов старик будет носом рыть землю, но все разузнает. Такой скорее продаст в рабство свою жену и детей, чем отдаст кому-либо этот меч. Скоро вся информация про него будет у меня, и тогда… Я ухмыльнулся еще раз. Заходящая в подъезд бабулька, увидев меня, судорожно отшатнулась и перекрестилась. Жалкая смертная.

Хмыкнув, я достал ключи и, кинув их Максу, направился к машине. Осталось заехать домой, и, забрав все необходимое, двигать в лагерь, или же, как шутил один Батин знакомый, "консервативную совдеповскую дачку".

Из списка "необходимых в параллельном мире вещей" не хватало лишь нескольких пунктов, без которых, впрочем, можно было обойтись, и которые попали в список исключительно благодаря моей жадности и запасливости. Я специально оттягивал визит к оценщику на самый последний момент, и теперь, когда вещи были собраны, нас больше ничто не держало в городе.

Внезапно резко схватило голову. Спотыкнувшись, я скривился и чертыхнулся. Перед глазами все поплыло, а очертания машины смазались. С трудом дойдя до двери и сев на пассажирское место, я с усилием поднял руку, махнув жестом в сторону автострады. Домой.

С тех пор, как мы вернулись из того дикого мира, прошло целых три дня, а приступы, появившиеся по возвращении, не прекращались. Голова болела внезапными наплывами по несколько раз в день.

Эх. Организовать бы постоянный портал в тот мир. Такого беспредела, как у нас в стране, я бы там не допустил. Правильнее даже будет сказать — не как у нас в стране, а как у нас в мире.

Правил бы жестоко, но справедливо. И долго, хе-хе. А в итоге… Кто знает… Захватив власть там, можно подумать и о том, чтобы начать захватывать ее здесь. Впрочем, не все сразу. Мировые господства строго в порядке очереди.

Хмыкнув, я закрыл глаза и облокотился на спинку сиденья, стараясь устроиться поудобнее. Ровная дорога убаюкивала. Стараясь не морщиться, я принялся массировать виски. Боль постепенно стала отступать, и, незаметно, я скатился в пучину сна.

Максимиллиан

Куча вещей была большая. Очень большая. И тяжелая. Я укоризненно посмотрел на стоящего рядом Дэймона, индифферентно пялящегося в пространство, и тяжело вздохнул. Угу, голос у него в голове появился, и болит она у него теперь, как же. А носить все это барахло — мне одному что ли?

Словно почувствовав мое раздражение, он вздрогнул и очнулся. — Давай, начинай загружаться. Тут только самое необходимое. Чтобы по два раза не мотать. Честно.

Мой взгляд скользнул по куче и наткнулся на пачку презервативов, сиротливо лежащую на ящике тушенки.

— Новая жевательная резинка, теперь с банановым вкусом, пля! Ты сколько денег на все это про…тратил?

Дэймон лишь пожал плечами. — Большая часть — из моих секретных запасов "на черный день". Какая-то часть из Батиных. Лишь некоторые вещи прикупил и припасов в лагерь заодно — есть-то нам что-то надо. А про банановый вкус…Мало ли, пригодится. Туземцам — бусы, королю — контрацептивы. Для того времени — самый что ни на есть королевский подарок. Технология ведь.

— Разработка плана и стратегии. Сбор необходимого оборудования. Технология, итить ее! — раздраженно пропыхтел я, поднимая два здоровенных баула, и направляясь к двери. — А как таскать, так сразу дядь Вася. В смысле, Макс.

— Я тебя потом поглажу по голове и назову лапушкой, если захочешь. — ответил Дэймон, выбирая сумку полегче.

Засранец. Я это припомню.

Димитрий

Закрыв ворота гаража, я направился в дом. После городского климата, когда от ветра защищают дома, а температура выше, чем на природе, было холодно.

Надо бы переодеться потеплее. Поморщившись, я поднял воротник повыше. Под ногами хрустел снег, пронзительно белым и ярким ковром покрывавший все вокруг. Не то, что черные запачканные кучки, которые лежат в городе вдоль дорог.

Максим, присев сбоку от двери на ящик тушенки, гипнотизировал кучу барахла, живописно раскинувшуюся в прихожей. Похлопав его по плечу, я поплелся вглубь дома.

— Лучше один раз привезти больше, чем может понадобиться, чем потом плакать, что поленились что-либо захватить. Будь предусмотрителен, друг мой, и всегда будешь ко всему готов.

— Всегда готов! — буркнул Макс — Где мой красный галстук?

— Учту и в следующий раз куплю. А пока — распаковываемся, пьем чаек, и баиньки. Уже поздно. Завтра с утра будем пытаться войти в транс, чтобы переместиться туда. И на ночь под подушку положим бумажку. С желанием. Найти способ открыть портал. Надеюсь, сбудется. Решение окончательное и обжалованию не подлежит. — озвучил я, и направился на кухню. Нам предстоял долгий вечер.

Весь следующий день прошел зря. Мы перепробовали все, начиная от шаманских камланий и заканчивая чтением святых писаний нараспев. Чертов портал не желал открываться.

Ближе к вечеру я вспомнил про найденный в тот день замысловатый камень, который теоретически мог как-нибудь относиться к параллельному миру.

Тот лежал там, где его оставили, в прихожей. Вернувшись с булыжником, я плюхнулся в кресло и глубокомысленно на него уставился. Сидящий в соседнем кресле Макс покосился на меня, но, не став ничего спрашивать, вернулся к своему занятию — разрезанию и поеданию яблока. И зачем он взял острейший нож для рыбы?