Дикое сердце - Андерсон Кэтрин - Страница 52

— И что же я говорил?

— Велел мне посмотреть на горизонт. — Глаза ее наполнились слезами. — Ты говорил: «Загляни в завтра, Эми. Вчерашний день уже ушел». И я набиралась храбрости, чтобы прожить еще один день, потому что завтра… за мной мог приехать ты. — Она вздохнула и, подняв руки, повела плечами. — Я не могла сдаться, потому что завтра должно было наступить утром.

Свифту больно было даже представить, какие невзгоды ей пришлось преодолеть. И его так долго не было рядом. Может быть, она когда-нибудь решится рассказать все и освободится от этого непосильного груза. Он-то знал, каково это — ждать следующего дня. Знал, как плохо, когда ты не принимаешь настоящего и все надежды связаны только с ускользающим завтра, которое, кажется, никогда не наступит.

— У нас с тобой есть второй шанс, у тебя и у меня, — прошептал он. — Шанс опять стать друзьями.

— Мы больше не дети, — напомнила она ему. — Мы не можем вернуться в прошлое.

— Разве нет? Это как раз то, чего я хочу! А близость придет, когда настанет время.

Она приподнялась, вздернув подбородок.

— Свифт, хочу сказать тебе, что не верю, что такое время когда-нибудь наступит для меня. Тебе придется это понять.

Он отдавал должное ее честности и знал, как ей трудно было высказать это прямо, без уверток. Сейчас она рисковала многим.

— Я скажу тебе, когда такое время настанет. Это будет не сейчас. Так что можешь успокоиться и просто радоваться тому, что мы вместе.

— Но… — Она нервно кусала нижнюю губу. — Неужели ты не понимаешь? Я не могу успокоиться, зная, что… это может случиться.

— Я предупрежу тебя заранее.

— Предупредишь?

— Да. И до того, как это произойдет, тебе не о чем беспокоиться. Так что не пугайся, если я дотронусь до тебя или поцелую.

В глазах у нее промелькнула надежда.

— Ты обещаешь?

Свифт понял: ему предстоит повторять это вновь и вновь, пока она не начнет верить ему.

— Клянусь тебе, Эми.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Этим вечером Вульфы устроили большой праздничный ужин в честь решения Свифта остаться. Конечно, здесь была и Эми. Она раньше всегда бывала на их воскресных ужинах. И теперь, впервые со времени его приезда, она опять была и обществе тех, кого любила. И опять могла быть сама собой, смеяться, болтать, шутить. Остро осознавая, что его появление разрушило ее устоявшуюся одинокую жизнь, лишив семьи и поддержки, Свифт снова почувствовал, как от жалости к ней к горлу подкатил комок.

К концу ужина Эми удивила даже Свифта, неожиданно встав и заявив, что у нее есть объявление. Все посмотрели на нее. Встретившись взглядом со Свифтом, она ужасно покраснела, а глаза стали как два голубых бриллианта. Видно было, что она еще колеблется, говорить ли. Он напрягся всем телом. Он знал, о чем пойдет речь, и едва мог поверить, что она набралась храбрости сделать такой решительный шаг.

— Я знаю, что Свифт может не сказать вам этого, заботясь обо мне, — тихо сказала она дрожащим голосом. Потом проглотила комок в горле, явно нервничая. — После всех тех глупостей, которые я наделала по его приезде сюда, думаю, будет только честно, если я скажу вам, что сегодня я возобновила свое обручальное обещание ему.

Упала тишина, напряженная тишина, все сидевшие за столом боялись вздохнуть и как бы приросли к своим местам. Эми прижала руку к щеке. Ну вот, она и сказала это. Теперь пути назад не было. Она осмелилась наконец посмотреть на Свифта. Тот выглядел так, будто только что вытянул четырех тузов в покере с высочайшими ставками.

Прошло много времени, прежде чем Охотник проговорил:

— Надеюсь, солнце всегда будет сиять над вами обоими.

Легонько вскрикнув, Лоретта выскользнула из своего кресла и бросилась обнимать Эми.

— Я знала, что все будет хорошо. Я была уверена в этом.

Но Эми боролась с новой нахлынувшей на нее волной неуверенности. Ничего еще не было хорошо. Она чувствовала на себе взгляд Свифта. Почему он ничего не говорит, почему тек странно улыбается?

— Значит, вы собираетесь пожениться? — пискнула Индиго с детской непосредственностью. — О, это здорово! Думаю, по такому случаю будет грандиозный праздник. Может быть, даже Брендон Маршалл придет. — Она вскинула свои голубые глаза на Лоретту. — Можно я приглашу его, ма?

Лоретта бросила укоризненный взгляд на свою дочь.

— Сперва нужно решить, когда будет сам праздник. А потом уж мы обсудим, кого приглашать, а кого нет.

Свифт поднял руку.

— Не будет никакого праздника. — Его голос был полон решимости. — Во всяком случае в ближайшее время.

— Почему же не будет? — растерянно спросила Лоретта.

Свифт чуть-чуть поднял одну бровь.

— Потому что я не хочу, чтобы кто-нибудь за пределами этих стен знал об обручении, пока мы не решим, что готовы к такому шагу.

В разговор вмешался Охотник.

— Но это не по-нашему, Свифт. Обручения всегда объявляются публично.

— Зато это по-моему. — Свифт откинулся в кресле и обхватил рукой чашку с кофе. Его взгляд, упрямый к непонятный, встретился со взглядом Эми. — Нам предстоит многое решить. О скорой свадьбе не может быть и речи.

— Но нет ничего плохого в длительной помолвке, — удивленно сказала ему Лоретта. — Что будет плохого в том, если мы сделаем официальное объявление?

Свифт опять посмотрел на Эми, загадочно улыбнувшись.

— Работа Эми очень важна для нее. И мне бы хотелось, чтобы она сохранила ее.

Эми моргнула, пытаясь понять смысл его слов, но тут Лоретта выкрикнула:

— Почему это объявление о вашем обручении должно поставить под угрозу ее работу?

Свифт упорно смотрел только на Эми.

— Уж не тебе объяснять, что я не самая популярная личность в Селении. Вульфа. Если языки пойдут трепать… в общем, не надо быть гением, чтобы сообразить, что произойдет. Я не хочу рисковать. Мы пока воздержимся от официального объявления, а люди тем временем смогут узнать меня получше. Может быть, потом для них уже не будет иметь значения, что их школьная учительница выходит замуж за бывшего Быстрого Стрелка.

— Но языки станут трепать еще хуже, если люди не будут знать, что вы обручены, — не согласилась с ним Лоретта.

—: Не станут, если мы будем осторожны и постараемся, чтобы нас не часто видели вместе. До сих пор нам это вполне удавалось.

Свифт откинулся в кресле, положив Одну руку на спинку, а другую опустив на колено, Эми почти физически ощущала тепло и силу его рук, обнимающих ее.

— Если вы собираетесь пожениться, тете Эми не надо будет работать, — вставил Чейз. — Она будет сидеть дома, готовить и нянчиться с детьми.

— Кто это сказал? — Свифт повернулся к мальчику. — Почему она должна отказаться от всего другого, выйдя замуж?

— Да уж, Чейз. Что это взбрело тебе в голову? — вмешалась Индиго. — Женщины могут делать и многое другое, а не только вести дом и стирать белье.

Чейз закатил глаза. Рассмеявшись, Свифт поднял руку.

— Я совсем не собирался затевать войну в этом доме. Просто то, как порой ведут дела в семье, не кажется мне честным. Теперь, когда я могу написать свое имя, я намерен подписать бумагу, по которой дом Эми остается ее домом, а ее деньги — ее деньгами.

У Эми сердце взлетело вверх. Тронутая почти до слез, она прижала руку к груди.

— Что ты сказал?

— Ты слышала.

— Ты хочешь отписать мне права на дом и зарабатываемые мною деньги?

— Но это же нелепо! — воскликнула Лоретта. — Какая жена захочет делить собственность?

— Та, которая хочет чувствовать себя независимой. — Свифт с усмешкой вскинул глаза на Охотника. — У тебя с этим когда-нибудь возникали проблемы?

Охотник пожал плечами.

— У нашего народа и без того хорошие обычаи. Мы не подписываем никаких бумаг, но имущество женщины остается ее собственностью.

— Значит, решено. Так, Эми? — Свифт смотрел на свою будущую невесту, терпеливо ожидая, что она скажет. Она же просто продолжала молчать, глядя на него. — Ну, ты согласна или нет?