Меченная демоном - Облачная Марина - Страница 3

- Заткнитесь!!! Значит, ты. Раз кошель пустой, отдашь нам свои цацки!

- О, нет, только не амулеты! Они ничего не стоят, но для меня нет ничего дороже, ведь я душу вложила в каждый из них!

Кажется, немного переиграла. Но грабители вроде не заметили.

- Вот и посмотрим, во что оценят твою душу, - осклабился недоучка.

Амулетов из дешевых металлов и дешевых же пород дерева на мне было много. Кулоны, кольца, сережки, браслеты, пуговицы, запонки, шпильки и гребни. Проще сказать, на что НЕ было наложено заклятье. Надо же чем-то себя занять, когда неделями не подворачивается работы. Грабители не поленились, сняли все. Что ж, тем вернее. Хотя без милых сердцу безделушек мне как-то не по себе. Будто нагишом стою.

- И накидку сымай, - пробасил один из подельников. - Уж я могу распознать чистую нангосскую шерсть, хучь и грязную. Моя матушка такие вязала, - не без гордости пояснил он.

Ну вот, накаркала. Наложить заклятье на накидку я не догадалась. Жаль, то был действительно стоящий дар от четы селян, которым я закляла колодец.

- Нате, подавитесь!

- С паршивой овцы хоть шерсти клок, - пропел недоучка. - Всего наихудшего, Олорэ... Я бы убил тебя, но жаль твою прелестную мордашку, - он издевательски расхохотался.

- А как насчет пощупать? - подал голос подельник. Не увалень-нангосец, а другой, коротышка с потными ладонями. Все воззрились на него в ужасе.

- Что-о?! - выпучил глаза главарь.

- Она ж страшнее смерти, - ахнул нангосец.

А я попросту потеряла дар речи. С такой реакцией на свои "прелести" я столкнулась впервые. Он что, ослеп или свихнулся?

- Меня заводят страшные бабы, - потупившись, признался коротышка.

Только извращенца не хватало! Сегодняшний день может смело претендовать на почетное место в списке Самых Ужасных Дней В Моей Жизни.

- Ну, я мог бы зажмуриться, - нерешительно произнес недоучка. Похоже, ему жуть как хотелось на мне отыграться, и ради этого он был готов на все. - А что ты, Нунчо?

- Нетушки! - возмутился нангосец. - А ну как это заразно?

- Ты не посмеешь отколоться от коллектива!

Нет, мне это не снится. Грабители только что до нитки обобрали меня, урожденную эрн Олорэ, и теперь обсуждают, как бы половчее обесчестить.

- Нет! - взвизгнула я. - Вы не посмеете ко мне приблизиться!

- Почему? - коротышка облизнул губы.

- Да потому, что я закляла свое тело! Тот, кто осквернит его, навсегда потеряет мужскую силу! И гениталии его превратятся в бесполезную тряпку!

- Не ве...

- В тряпку! - рявкнула я. Тот поежился и отступил. - Эй, Морти, ты знаешь, что это правда. Скажи им!

- М-может быть, - промямлил недоучка. Отлично, я ничего не перепутала, он и правда вылетел из Академии после первой же триады. Во второй доходчиво объясняли, почему заклятья можно наложить исключительно на неодушевленные предметы.

- Кхм... Всего наихудшего, Олорэ... - недоучка натянуто рассмеялся и скрылся во тьме. За ним, унося все мое имущество (даже грошами не погнушались), последовали подельники. Нангосец бережно прижимал к груди накидку. В голове не укладывается, как можно искренне любить мать и без зазрения совести грабить невинных людей? Последним в тени скользнул коротышка, бросив на меня исполненный сожаления взгляд. А ведь у него где-то тоже есть мать. Что бы она сказала, узнав, что сегодня ее сыночек едва не надругался над женщиной? Фарс, вся жизнь - глупый фарс. Но мне больше хотелось плакать, чем смеяться. Прощай, ужин, прощай, ночлежка. Теперь, когда терять нечего, только и остается, что сделать доброе и бесполезное дело.

Дурень сидел на том же месте, где я его бросила, уткнув голову в колени. По крайней мере, ничего не сломано, иначе он бы так не согнулся. Парня била крупная дрожь. Или рыдания? Я неловко обняла его.

- Не бойся, все будет хорошо, вместе мы справимся...

"Бесплотные" пальцы впились в мои плечи мертвой хваткой - попробуй отдери. Он долго-долго смотрел мне в глаза - скажу я вам, непросто вынести взгляд человека, который сорвался с края пропасти и вот-вот расшибется насмерть о ее дно, но я справилась - и наконец успокоенно выдохнул:

- Хорошая...

Прижался ко мне, как ребенок, и зарыдал. Я гладила его по спине, бормотала глупые утешения. Кажется, по моим щекам тоже текли слезы. Что ж, я всегда была нюней. Странно другое - то были слезы... радости? Казалось бы, скатилась ниже некуда, и вот поди ж ты, чувствую невыразимое облегчение, будто добралась туда, куда давно стремилась. Впрочем, копаться в своих чувствах - гиблое дело.

Хотите верьте, хотите нет, но с того момента началась полоса везения. Во-первых, в лохмотьях дурня обнаружилось много карманов, а в карманах полно мелочи. Кажется, парень привык тащить все, что плохо лежит. Будет время, объясню, что к чему. А пока...

Перво-наперво я отыскала знакомого старьевщика, у которого выторговала нормальную одежду взамен лохмотьев подопечного. А накидку и шарф для меня торговец отдал задаром, в память о старой дружбе. Паршивая, правда, накидка, ни демона не греет, не чета нангосской. Оставшихся денег хватило не то что на ночлежку, а на приличный постоялый двор, пусть всего лишь на крохотный закуток под крышей, с одним-единственным топчаном. Ну да мне не привыкать спать на полу, а бывшему обитателю "Горбатого хорька" тем более.

Так как бедолага ничего о себе не помнил, я звала его Ллой, "потерянный во мраке". Ванна и новая одежда изменили паренька до неузнаваемости. Сейчас в моем словаре нет таких слов, но в былые времена я бы назвала его очаровашкой. По-мальчишески хрупкий, с изысканно неправильными чертами лица, шапкой непослушных волос и глазами заблудившегося ребенка, мой подопечный будил материнский инстинкт во всех особях женского пола, от подростков до глубоких старух.

Ллою не понадобилось и дня, чтобы завоевать всеобщую любовь, и это несмотря на то, что сам он людей дичился. Служанки парня жалели, хозяйка относилась с материнской заботой, кухарка пичкала всякими вкусностями, так что он объедался до изнеможения. Меня все дружно осуждали, поскольку считали, будто я использую бедного мальчика в каких-то своих гнусных целях и вообще держу в черном теле. Пускай шепчутся, мне наплевать, а дурню вообще до фитиля. Главное, Ллою здесь будет хорошо. А то, что я всерьез думала таскать его за собой - помутнение, не иначе. Ему нужен дом, очаг, постоянство. А что могу дать я? Только бесконечные скитания и свое драгоценное общество. Ха-ха-ха. Уродец, дурак, добавьте ученого медведя, и получится готовая труппа скоморохов.

Я не привыкла засиживаться на одном месте. Дорога тянула, как наркотик, да и Ллоевы медяки таяли быстрее, чем вешний снег. Меня держать из милости здесь точно не станут.

Когда порог постоялого двора переступил румяный молодой стражник с увесистой коробкой под мышкой, у меня словно гора с плеч свалилась. В коробке позвякивали мои амулеты. Все до единого. Не зря старалась, накладывая на них Привязь - очень древнее, сложное и мощное заклятье, которое всегда возвращает вещь законному владельцу. Ну и выцарапывая на каждом свои инициалы, что тоже не лишнее.

- Помимо всего, вам полагается гонорар за помощь в поимке разбойников, - офицер протянул мой собственный кошель, с приятно округлыми боками. Надо же, какой поразительный молодой человек! Обычно о гонораре стражи порядка умалчивают, приходится выманивать его всеми правдами и неправдами. Поддавшись порыву щедрости, я одарила честного слугу закона сребриком, и напоследок не удержалась от вопроса:

- Как их взяли?

Стражник усмехнулся.

- Преступники пытались сбыть с рук этот... - стражник замялся.

- Хлам, - подсказала я.

- Предлагали амулеты всем подряд, пока не наткнулись на некоего старьевщика...

- Мэтра Урьяна? Когда-то мы с ним неплохо сработались.

- Тот немедля обратился в стражу, а также сообщил о вашем нынешнем местонахождении.