Меченная демоном - Облачная Марина - Страница 6

Я была готова сорваться на любое слово, любой жест. Я даже ждала, жаждала их. Но сказители сидели молча, будто истуканы. Постепенно пожар в крови утих, ярость скрутилась в тугой болезненный узел над солнечным сплетением.

- Продолжай, - только и сказала хранительница огня. Я села, закрыла глаза и со свистом втянула воздух.

- Ладно, ваша взяла. Только имейте в виду: кроме имени, у меня нет ничего общего с тем глупым и беспечным созданием, о котором пойдет речь.

Какой там литературный слог! Я выплевывала слова, как отхаркивают мокроту, судорожно, торопливо. Я хотела отшвырнуть их от себя, убежать от них, забыть.

История вторая

Итак, девчонке Диянни эрн Олорэ было пятнадцать лет, и она была до одурения горда, что учится в Академии Триединства. Еще бы, ведь с ее невеликим даром попасть туда ой как сложно! Среди более одаренных сверстников она чувствовала себя самозванкой. Потому-то Диянни из кожи вон лезла, лишь бы доказать, что не хуже других. В каждой бочке затычка - так ее прозвали. Девчонка хваталась за любое задание, не думая и не соразмеряя силы. Так как амбиции Диянни намного превышали ее способности, а трудолюбием и усидчивостью она не отличалась, девчонка недолго продержалась бы в Академии, если б не помощь друзей. О, с друзьями ей невероятно повезло! Келем и Яррей, будущие высшие маги, сильнейшие в потоке. Они-то и нянчились с безрассудной девчонкой, вытаскивали ее изо всех передряг. Не очень-то мудро с их стороны. Позволь они подруге набить немного собственных шишек, та бы не уверилась в своей неуязвимости до такой степени, чтобы попытаться в одиночку сокрушить Зешш-Итео.

Откуда Пожирающий Души взялся в оплоте магов и как о нем узнала простая ученица - это отдельная история. Суть в том, что Диянни потянуло на подвиги. Не сказав никому ни слова, она вооружилась "непобедимыми артефактами" - на самом деле дюжиной самодельных амулетов, к тому же довольно дрянных, - оставила друзьям записки - так, на всякий случай, вдруг снова понадобится ее спасать - и отправилась на бой с демоном. Тут бы ей и сгинуть, но судьбе было угодно, чтобы Келем обнаружил записку чуть раньше, чем планировалось. Он, конечно, бросился вслед за подругой и попытался отговорить ее от безумного шага. Но Диянни претила стезя рядовой заклинательницы. О нет, она грезила о славе, о великих свершениях. Победа над демоном должна была доказать, что она на них способна. Так и не сумев переубедить подругу, Келем отправился вместе с ней. Он был еще мальчишкой, одаренным, самоуверенным, глупым и храбрым до безрассудства.

В общем, эпохальный бой состоялся. Келем, даром что ученик, дал Зешш-Итео достойный отпор. Может, ему удалось бы продержаться до прихода мастеров, если бы под ногами не путалась Диянни. Она сунулась к демону со своими "артефактами" и получила то, на что напрашивалась - сильнейший ожог. А Келем, который кинулся спасать подругу, сгорел дотла.

Дальше все просто. Подоспели Мастера, спеленали Зешш-Итео чарами и отправили туда, откуда тот сбежал. Смешно, отправляясь на битву с демоном, Диянни не знала, что его невозможно убить! В то время девчонка понятия не имела, что из себя представляет Пожирающий Души. Но вскоре ее просветили самым жестким образом. Останки Келема похоронили с почестями, достойными магистра. Диянни выгнали из Академии, сочтя, что она недостаточно наказана пожизненным уродством и осознанием содеянного.

Я перевела дыхание. Гнев болезненно пульсировал в животе. Или это давал о себе знать непривычно плотный ужин?

Навалилась тишина. Что она скрывает? Равнодушие? Презрение? Осуждение? Никто не может ненавидеть меня больше, чем я сама.

Я открыла глаза и увидела знакомую композицию "сказители-истуканы". Никто даже позы не сменил, а комментировать мои излияния не собирался и подавно. Только Ллой подался вперед, кривя губы. Похоже, мой спутник пылал праведным негодованием ребенка, которому рассказали на ночь сказку с плохим концом. Оно и лучше, что паренек ничего не понял. Ни к чему это.

- Твоя Правда услышана, а ваш Долг уплачен, - произнесла ритуальную фразу Хранительница. И как ни в чем ни бывало продолжила тоном радушной хозяйки. - Я вижу, вы утомились, о путники. Окажите нам честь, отдохните подле костра.

Один из Сказителей достал спальники. Я тут же зарылась в свой, сунув под голову мешок. Странно, обычно после воспоминаний о прошлом я становлюсь сама не своя, теряю сон и аппетит, ухожу в запой или ввязываюсь в опасные авантюры. Все, что угодно, лишь бы забыть. А сейчас не чувствую ничего, кроме приятной, слегка саднящей пустоты. Как будто выдавила весь гной и мерзость из гигантского свища. Ради этого стоило выговорится. Давно мне не было... так спокойно...

- Ди, а Ди? - в этом весь Ллой: не успеешь задремать, как тебя тормошат и забрасывают дурацкими вопросами.

- Чего еще?

- А та девочка, она очень любила своего друга?

- Очень, очень, - буркнула я.

- Как ты меня?

- Почти. Слушай, дай поспать, а?

Ллой помолчал, потом мечтательно промолвил:

- Я бы тоже отдал жизнь, чтобы спасти тебя.

- Глупостей-то не мели. Спи давай.

Вскоре меня затянули вязкие, как деготь, сновидения. Я тянулась к Келему, а тот сверкал на меня невозможными синими глазами и кричал: "Прочь, Ди! Беги и не оборачивайся!" Потом меня окутывал огонь, но не обжигающий, а теплый, мягкий и пушистый. Рыжие языки пламени завивались в кудри Яррей.

- Почему ты бросила нас? Почему не остановила? - спросила я, но она лишь надменно вздернула носик и исчезла в огненных сполохах.

Далее сны переходили в стадию откровенного бреда.

Зешш-Итео тянул ко мне свои лапищи, голосом Ллоя шепча: "Хорошая...Хорошая...", а пустые черные плащи кружились в бешеном вальсе под аккомпанемент губной гармошки, в которую самозабвенно дул Кувалда. Под конец появился магистр эрн Олорэ и надел мне на шею простенький деревянный амулет:

- Береги его, дочка. Он укажет путь. Я его Привязью на Олорэ-холл настроил, - плутовато подмигнул мне и растаял, как дым.

ГЛАВА 3

в которой Ди лезет на дерево, а Ллой открывается с новой стороны

Нет, вы только посмотрите на это! Стоило отвлечься на пару боев, как Ллой Неуемный уже наворочал дел.

- За что? - возопила я, но боги безмолвствовали, поэтому я мрачно поинтересовалась у того, кого они послали мне в качестве наказания:

- Зачем ты вылил жидкость из фляги?

- Бе, гадость, - Ллой скорчил гримасу. Я с сожалением констатировала, что от вчерашнего просветления не осталось и следа.

- Гадость? Да то был чистейший аккадский самогон! Я берегла его... а, неважно. Кто просил тебя совать туда нос?!

- Пить хотелось.

- Так прогулялся бы к ручью. Но нет, тебе же непременно нужно залезть в мои вещи! Лучше сразу признайся, чего еще натворил?

- Ничего.

- Я ведь проверю, так что лучше скажи по-хорошему.

Ллой виновато покосился на облепленный иголками дорожный мешок. Кажется, вчера тот был толще. Я развязала тесемки и заглянула внутрь, холодея от недоброго предчувствия.

- Где цветы?

- Завяли.

- Меня не интересует, что с ними, меня интересует, где они. Ну?

Ллой икнул.

- Где цветы, я спрашиваю?

- В-выкинул.

- Куда???

У него задрожали губы.

- Говори! - я схватила Ллоя за грудки с намерением вытрясти правду. Тресь - ветхие нитки не выдержали и у меня в руках остался воротник. От страха глаза паренька стали похожими на плошки. Бездна, я не стану уподобляться трактирному отребью!

- Где цветы? - мягко, но твердо повторила я. Ллой вытянул руку, указывая на тлеющее пепелище. Испустив нечеловеческий вопль, я бросилась к нему. Почему судьба так любит опускать меня на дно?