Фигляр дьявола - Смит Мюррей - Страница 45

А что это за сладкие потягушки? Боже мой, этому человеку следует взять несколько уроков английского у Ронни Шабодо.

Джардин ослепительно улыбнулся и вытащил из нижнего ящика стола бутылку шотландского виски.

— Колумбия. Будь любезен, Стивен, покажи мне на карте, где это место, ладно?

Маккрей покачал головой.

— Я помню, когда ты был просто беспомощным…

Он плюхнулся в потертое зеленое кожаное кресло с деревянными подлокотниками. В то кресло, где Джардин намеревался растянуться с холодным пивом в руках.

Джардин плеснул виски в два стаканчика для полоскания зубов, достав их из того же ящика, и толкнул один по столу к шефу.

— Угощайся.

— Что это, виски?

«Боже мой, этот человек шпион до мозга костей».

— Нет, на самом деле это ядовитое зелье из болиголова.

— Из болиголова?

— Это шутка, шеф. Называется «Лагавуллин», поступает из Исландии. Напиток чистый, это джин, если уж тебе так интересно.

— Ты чем-то слегка раздражен? Тяжело быть куратором направления, не так ли? Дэвид, как движется операция «Коррида»?

Дэвид отхлебнул виски.

— Я завербовал двух агентов. Во вторник начинается их подготовка.

— Ты не терял время даром.

— Во время беседы с премьер-министром я понял, что нельзя терять время.

Джардин бросил взгляд на Маккрея — тот так и не дотронулся до виски.

— Сплошное смешение ошибок.

«Комедия ошибок, неграмотный ты прохвост», — подумал Джардин. Некоторые говорили, правда, в таких местах, где их никто не мог подслушать, что следует заменить руководителя секретной службы. И не как обычно, более молодым, а просто способным офицером разведки и сильным политиком, который отстаивал бы интересы их службы. Стивен Маккрей старался угодить всем, поэтому те, кто рекомендовал кандидатуру для этой должности, и выбрали его. Джардин пожал плечами. Самому ему шел сорок восьмой, возможно, не за горами и отставка. Венцом карьеры может стать через несколько лет назначение на должность директора оперативного отдела. А может, и нет.

Дэвид поймал себя на том, что думает о сэре Ричарде Фодерингеме, умирающем с мечом в руках на мощеном булыжником дворе своего дома, построенного в XVII веке. Он отдал свою жизнь за раненого сына, который полусидит-полулежит на сеновале в сарае, сжимая в руке седельный пистолет, вспотевший и разъяренный, как дьявол. Джардин не сомневался, что именно так и было.

Он встретился взглядом с Маккреем.

— Я планирую внедрить одного в картель. А другой осядет на длительный срок в Боготе. Две отдельных операции. Тренировка и оценка готовности займут десять недель. За это время я организую небольшую группу в Медельине, которая будет работать на человека, внедрившегося в картель. Первую информацию надеюсь получить месяца через четыре.

— Но мы уже получаем информацию.

— Не того качества, я говорю об информации непосредственно из окружения дона Пабло.

— Ты сможешь это устроить?..

— Приложу все силы, — Джардин отхлебнул виски.

Маккрей внимательно посмотрел на него.

— У тебя есть все основания сильно разозлиться.

— Разозлиться? Почему? Что я упустил?

— Я дал понять, что мы гораздо дальше продвинулись в этом деле. Я имею в виду внедрение в картель.

— Значит, ты просто навешал им лапши на уши.

Это была цитата из фильма «Блю бразерз», который Джардин вместе с Эндрю и Салли смотрели по видео никак не меньше одиннадцати раз. Они знали каждую фразу из диалогов, и, когда вся семья собиралась вместе в загородном доме, они озвучивали фильм вместе с актерами Джоном Белуши и Дэном Эйкройдом. Дороти считала их просто чокнутыми.

— На самом деле я никому не вешал никакой лапши. — Стивен не смотрел фильм. — Ты же знаешь, как мы все чертовски осторожны в этом секретном мире.

— Секретном? Это точно.

Дэвид представил себе звон клинков, и по спине его пробежал легкий холодок. Шло сражение, у этих проклятых шотландских кавалеристов Кромвеля в руках грубые, изогнутые клинки из германской стали, а у сэра Ричарда изящный, с оплетенной рукояткой, меч из голубоватой толедской стали.

— Поэтому когда премьер-министр несколько недель назад сказал, что я не хочу знать детали, а я знал, ребята, что вы уже серьезно занялись проблемой кокаина и страной его происхождения, я просто загадочно улыбнулся. Ну, ты знаешь, как это у нас делается.

Джардин, в отличие от Стивена Маккрея, не учился в привилегированной школе-интернате. Он посещал обычную среднюю школу, и ему пришлось изрядно попотеть, чтобы поступить в Оксфорд. А вот дети его учились именно в таких школах-интернатах. Салли в Тюдор Холле, а Эндрю в Шерборне. Дэвид представил себе своего босса в возрасте пятнадцати лет, сидящего, поджав ноги в нечищенных ботинках, за партой и рассуждающего со Смитом-младшим или с кем-нибудь там еще о смешении ошибок в очереди в столовую.

— Да, я сам частенько попадался на такие штуки.

— И теперь он считает, что мы значительно продвинулись в этом деле.

— Да, Стивен, я понял это.

— Возможно, даже сообщил об этом Ее Величеству.

Джардин понял, что Ее Величеству — это значит королеве. Но он как-то сомневался, что она с интересом следит за делами своей секретной разведывательной службы, о которых ей докладывает премьер-министр.

— О, я так не думаю, Стивен. Да и не могу же я сам придумать информацию. Джайлс Аберкромби выполняет там большую работу, у него чертовски обширная сеть информаторов. Могу кое-что выбрать оттуда, а ты передашь это на Даунинг-стрит.

Маккрей задумался над этими словами, глядя на свой стакан с виски.

— Дело в том, старина, что четыре месяца — слишком долгий срок. Мы не можем позволить себе такой роскоши.

— Мне не хотелось бы думать, что ты наложил свои лапы на мою операцию, шеф.

— У меня и в мыслях такого нет. Но, если хочешь, я спущу тебе директиву из своей комнаты.

Он всегда называл кабинет своей комнатой. Просто для того, чтобы напоминать людям о своем кембриджском образовании.

— Давай ближе к делу, парень.

Джардин допил виски и поднялся. Он открыл бутылку и предложил Маккрею долить в его стакан.

— Нет, спасибо. Надо торопиться. И вот что, Дэвид…

— Что?

— Нам нужны серьезные результаты по Медельину в течение семи недель. Можешь потребовать любые резервы, имеющиеся в нашем распоряжении. Если ты подобрал агентов как всегда тщательно, то я не сомневаюсь в успехе. До свидания.

И сэр Стивен ушел. Часы показывали почти три часа утра — похоже, шеф работал по пекинскому времени.

Джардин посмотрел, как за начальником закрылась дверь. Он потер лицо ладонями, вздохнул и набрал номер телефона.

Дэвид терпеливо ждал, когда на другом конце снимут трубку, и наконец начальник его оперативного отдела Билл Дженкинз ответил. Билл жил в Паддингтоне, и Джардин мысленно представил себе его аккуратную спальню и жену Пам, спящую рядом.

— Извини, что нарушил твой сон.

Голос Джардина невозможно спутать, и не столько из-за тембра, сколько из-за налета властности.

— Ничего страшного, — соврал Дженкинз, без сомнения обругавший про себя босса.

— Мы собираемся отправлять назад Адриана?

Адриан — это псевдоним агента, который в течение последних четырех лет по нескольку месяцев в году тренировал телохранителей картеля. К сожалению, колумбийцы чрезвычайно заботились о безопасности и ему не удавалось получить какую-либо дополнительную информацию, выходящую за рамки его работы. Звали агента Макатир.

— В ближайшем будущем не собираемся.

— А где он?

— На севере, думаю, что спит. Как все нормальные люди.

— Утром первым делом вызови его. Я хочу, чтобы он ввел в курс дела моих агентов.

— А это разумно?..

— Нет. Но время поджимает. Они должны быть готовы через пять недель.

— Черт побери.

— Вот именно. Приятных сновидений.

Спустя три дня Гарри Форда встретили в аэропорту Хитроу и на вертолете отправили в уединенный сельский дом в Уэльсе. Несколько ошеломленный Малькольм Стронг уже находился там. Лучшим инструкторам секретной службы отпустили всего четыре недели, чтобы сделать из них тайных агентов.