Фигляр дьявола - Смит Мюррей - Страница 74

У картеля имелась целая сеть таких людей. Некоторые действовали активно, другие вели тихую жизнь, готовые приступить к работе в любой момент, как это часто случалось в ходе бесконечной войны с управлением по борьбе с наркотиками, когда арестовывали действующую группу или даже когда вокруг нее только начинали сгущаться тучи.

А теперь вот этот лейтенант из отдела по расследованию убийств с итальянской фамилией расспрашивал о сеньоре Энрикесе, демонстрируя Бакьеро секретное досье Управления по борьбе с наркотиками с его личной фотографией.

Хуан Бакьеро похолодел от страха, понимая, что наступает конец. В Боготе у него осталась жена и трое чудесных ребятишек пяти, семи и двенадцати лет. Их охраняли слуги и телохранители, которые одновременно были и их тюремщиками, хотя его жена Эсперанса и не подозревала об этом.

Инструкция картеля на этот случай была предельно простой. Теперь, когда он раскрыт, следовало как можно быстрее покинуть бюро путешествий «Эль Парадизо», никуда не звонить и не вступать ни в какие контакты, а поймать такси и поехать в чартерную вертолетную компанию в Манхэттене, нанять вертолет у двух американцев, владеющих компанией и знающих его как работника бюро путешествий, и вылететь в условленное место на Лонг-Айленде. Оттуда его на частном реактивном самолете отправят в Нассау, далее быстроходным катером на Кубу, а потом регулярным пассажирским рейсом в Боготу, воспользовавшись одним из шести паспортов, полученных от людей картеля в Панама-Сити.

А когда он вернется домой, в Колумбию? Хуан прекрасно понимал, что судьба его окажется в руках Хесуса Гарсиа, безжалостного начальника службы безопасности Пабло Энвигадо.

Это было все, о чем мог думать охваченный страхом Хуан Бакьеро.

Эдди Лукко продолжал с улыбкой смотреть на него.

— Да ладно тебе, Хуан, — сказал он по-английски, — это ведь не конец света…

Они стояли в приемной бюро путешествий. Двое мужчин и девушка, работающие здесь, уже ушли домой. Хуан Бакьеро Камачо обратил внимание на припаркованный на противоположной стороне улицы коричневый «додж» с тремя мужчинами внутри. Сначала он подумал, что это посланцы конкурирующих семей из Кали, которые, по слухам, были недовольны жестокой войной дона Пабло против колумбийских судей и избранного правительства. И еще ходили слухи, что они намерены уничтожить Пабло Энвигадо, а для этого прослеживают его операции за границей, прежде чем ликвидировать их. А это могло вызвать серьезную кровавую бойню, масштабы которой Хуан Бакьеро даже не мог себе представить.

И в первый момент, когда Лукко предъявил новенькую, сверкающую бляху лейтенанта отдела по убийствам, Бакьеро даже почувствовал некоторое облегчение. Но только до того момента, как выяснилось, что его разыскивает Управление по борьбе с наркотиками.

Хуан проигнорировал слова Лукко и принялся разглядывать офис, стеллаж с проспектами дешевых путешествий по США, Мексике, Южной Америке и Европе. Имелся даже коммерческий шестидневный тур в Ленинград, но никто из местных колумбийцев не воспользовался этим предложением. Хотя двое евреев из Боготы и взяли проспекты.

Он всеми силами старался унять дрожь в теле.

Лукко тщательно сложил документы и сунул их в карман пиджака. Его напарник Сэм Варгос стоял слегка сбоку от колумбийца, не сводя с него глаз.

На улице послышался звук сирены приближающейся пожарной машины, раздавался смех обычных колумбийцев, проходящих мимо витрины и останавливающихся взглянуть на красочные плакаты, приглашающие к далеким путешествиям. Какой-то круглолицый здоровый малыш прилип носом к стеклу витрины, с интересом разглядывая обоих полицейских и Бакьеро.

— Я же сказал тебе, — повторил Лукко, — что это еще…

— Слышал, — бросил в ответ Бакьеро.

Эти двое полицейских зашли сюда не для того, чтобы приобрести коммерческий тур в Рио. И люди заметят это.

Стоявший за окном малыш запищал, когда мать начала оттаскивать его от витрины, запотевшей в том месте, где он прижимался носом. Да, до картеля быстро дойдет слух, что Хуан Бакьеро Камачо якшается с полицией.

Он повернул лицо к Лукко, полный решимости отшить лейтенанта.

— Остынь, — опередил его тот. — Два дня назад в аллее позади бара «Чиримиа» была перестрелка. Ты мне поможешь, Хуан, а я разошлю полицейских в каждый магазин и бар в окрестностях, в некоторые даже сам схожу с детективом Варгосом. Так что никто не увидит ничего подозрительного в том, что тебя навещали полицейские.

— Что тебе нужно? Может быть, деньги?..

Лукко и Варгос обменялись взглядами, не выказывая при этом никаких эмоций.

— Ты меня оскорбил, — предупредил Лукко. — Я здесь по своим полицейским делам. Скажи мне, кто это?

Он протянул Хуану фотографию неизвестной девушки и Рикардо Сантоса. Специалисты к этому моменту уже установили, что они были сфотографированы на площади Санта Сицилиа в римском квартале Трастевере, где проживали главным образом люди искусства.

— Никогда их не видел. Не знаю. — Бакьеро пожал плечами.

Эта фотография была для него смертельным ударом, гвоздем в крышку гроба. Он ясно вспомнил, словно это было вчера, как молодой Рикардо Сантос явился к нему на встречу в один из боксов многоэтажного гаража. Парень был напуган так, что, похоже, слегка тронулся рассудком, потому что упустил девчонку, ту самую, что была на фотографии у детектива. Он умолял Хуана Бакьеро ничего не сообщать картелю и дать ему всего несколько дней, чтобы разыскать ее. А когда в город, словно грозный вождь Аттила, явился Рестрепо, он так и не узнал, что Хуан нарушил строжайшие правила конспирации картеля и пошел навстречу Рикардо. Потом прошел слух, что Рикардо мертв, и Хуан почувствовал себя в безопасности. И вот теперь эти полицейские задают самые худшие вопросы, и он уверен, что уже наверняка поползли слухи.

Он мог считать себя покойником. Хуан даже представил себе горестные завывания Эсперансы. Правда, дон Пабло позаботится о воспитании детей, Хуан слышал, что хозяин так поступал.

Лукко наклонился ближе к нему и тихо произнес:

— Ладно, позволь тебе помочь… Этот парень некто Рикардо Сантос Кастанеда. Покойный. Я об этом знаю… А кто девушка?

Бакьеро решился. Может быть, полицейский действительно даст ему шанс? В конце концов, если они обойдут все заведения…

— А как насчет досье?.. — спросил он таким тихим голосом, что полицейские напрягли слух, чтобы услышать его.

— Это досье Управления по борьбе с наркотиками, Хуан. А мы из отдела по убийствам. Ловить тебя их задача, а не моя…

Даже такому опытному торговцу наркотиками и агенту Медельина, каким был Хуан Бакьеро, показалось, что этому детективу с каменным выражением лица можно доверять. Подобное впечатление было тайным оружием из арсенала Эдди Лукко.

А сдержит ли полицейский свое слово? А как насчет второго, который только наблюдает за ним и все время молчит?

«Слава Богу, — подумал Лукко, — он знает…»

— Но только с глазу на глаз, сеньор. Пожалуйста. Прошу вас.

— Сэм, подожди в машине.

Варгос пожал плечами, бросил на пол окурок сигареты, раздавил его каблуком и направился к выходу. Когда он открывал дверь, она заскрипела, а потом еще раз заскрипела, закрываясь за ним. В комнате повис едкий запах плохо затушенного окурка, где-то на улице залаяла собака.

Хуан Бакьеро медленно вытащил фотографию из рук Лукко, внимательно посмотрел на нее и кивнул.

— Это та девушка, которая приехала в город с… — Он не мог заставить себя произнести имя Сантоса, настолько сильно засела в нем привычка хранить секреты картеля.

— Когда?

— Пару недель назад. А потом она от него сбежала. Он чуть не рехнулся, разыскивая ее. Но так и не нашел.

Не нашел, это точно.

— А кто она, Хуан? Расскажи мне, кто она и откуда, и я оставлю тебя в покое, как и обещал.

Молчание. Было ясно, что Бакьеро подбирал наиболее безопасный вариант ответа. Он вернул фотографию Лукко и пробормотал:

— Девчонку должны были отправить в Боготу. Некоторые люди хотели, чтобы она была их… почетным гостем.