Обман - Фрэнсис Клэр - Страница 49

– Но вы так не считаете?

Морланд пожимает плечами, но я вижу, что он так не считает. Между нами повисает молчание. Теплый ветерок приподнимает занавеску на окне.

– Может, вы хотите чаю? Или чего-нибудь прохладительного? – с неожиданной серьезностью спрашивает Ричард.

– Спасибо, не хочу.

– Точно?

Я быстро киваю и снова смотрю на карту. Затем, вдохнув побольше воздуха, тихо произношу:

– Значит, вы думаете, что они видели не «Минерву»?

Морланд поворачивается ко мне лицом. По его напряженному выражению я понимаю, что вопрос свой я почти прошептала.

– Простите, не расслышал, – говорит он.

Я повторяю громче.

– Да, скорее всего, это была не «Минерва». Тут есть еще одно соображение. Если бы «Минерва» пропала где-то в дельте, попав на мель или столкнувшись с другим судном, то либо саму яхту, либо ее обломки давно бы уже обнаружили. В этом районе глубины преимущественно небольшие. И судоходство тут очень активное. Если яхта затонула здесь, то к этому времени либо должны были что-то показать сонары, либо какие-то предметы попасться в рыболовные сети. Раз этого не произошло, то можно предположить, что гибель яхты произошла в районах Черного прохода или Королевского пролива. В этих местах достаточно глубоко. Но именно здесь и искали «Минерву» патрули береговой охраны.

– А вот тут? – спрашиваю я, указывая на обширный участок моря, простирающийся на восток. Туда, где по словам Морланда, пролегают маршруты осторожных людей.

– Да, – немедленно соглашается он. – Там «Минерву» найти очень трудно.

По его тону я понимаю: он не верит в то, что Гарри пошел этим путем.

– Чарльз сказал мне… – Я откашливаюсь. – … Дескать, вы обнаружили что-то новое?

Он задумчиво поджимает губы, выпрямляется на стуле и делает жест рукой, как бы стараясь отвести все мои возможные надежды.

– Ну, я не стал бы говорить, что нашел нечто конкретное. Просто в голову пришла одна идея.

Я жду.

– Мне кажется… – Ричард приподнимает карту и что-то ищет под ней на столе. Потом достает небольшую пачку каких-то листков и задумчиво смотрит на них. – Я тщательно изучил погодные условия того дня. У меня есть данные, как местные, так и в целом по стране. Я разговаривал с людьми, которые были на реке в тот день. Наконец, попытался поставить себя на место Гарри. – Морланд как-то отстраненно потирает ладони рук. – И пришел к выводу: если бы у меня не было какой-то экстраординарной причины, я никогда не вышел бы в плавание на яхте именно двадцать шестого марта.

Последнюю фразу он произносит очень тихо, и проходит несколько секунд, прежде чем ее смысл полностью доходит до меня.

– Тогда с вечера четверга разыгралась буря. Сильный ветер был и в пятницу утром. – Морланд пролистывает бумаги, пока не натыкается на нужную. – Одновременно шел сильный дождь. К пятнице он немного стих, превратившись в мелкие осадки. Кстати, с точки зрения видимости такие осадки даже хуже. В воздухе висел туман. – Каждое предложение Ричард сопровождает легким ударом тыльной стороны ладони по листу. – По прогнозу ночью в пятницу на море ожидалось большое волнение. – Морланд качает головой. – В общем, все один к одному. Поэтому я ни в коем случае не отправился бы в путь в пятницу двадцать шестого марта. Я остался бы у причальной стенки яхт-клуба, пропустил стаканчик виски и пораньше завалился спать. – Морланд откладывает листок, который он держал в руке, и берет другой. – А вот на следующий день, то есть в субботу, метеоусловия были гораздо лучше. Правда, с раннего утра у берега держался легкий туман, но его рассеяли первые же лучи солнца. Ветер северный, до двух баллов. Это совсем не много. Погода отличная и… – Он резко вытягивает руку ладонью вперед, как бы подчеркивая важность последующего сообщения и одновременно предостерегая меня от преждевременных вопросов. – И рано утром в субботу, около шести утра в устье реки видели яхту. Белую яхту с одной мачтой. Размерами примерно с «Минерву». И что важно… Яхта тащила за собой белую лодку. Типа плоскодонки.

Ричард поднимает с пола карту и снова раскладывает ее на столе. Он спокойно смотрит на меня, давая время усвоить сказанное им.

– Видел яхту случайный свидетель. Он приехал в то место на машине, запарковал ее и уже собирался отправиться на прогулку. В яхтах он не разбирается, но в том, что видел своими глазами, уверен. К тому же в том месте русло реки сужается, так что суда проходят близко от берега. Этот свидетель утверждает, что видел яхту вполне отчетливо.

Морланд складывает руки на груди и задумчиво смотрит на карту. Видимо, ожидает каких-то моих вопросов, но я не знаю, о чем спрашивать. После паузы он продолжает:

– Для прояснения картины нам необходимо учитывать приливно-отливные течения. В шесть утра течение…

– Так рано? – вдруг спрашиваю я. Почему я это делаю, не знаю. Возможно, с этим вопросом наружу вырываются мои собственные размышления. – Значит, Гарри должен был отшвартоваться от яхт-клуба в пять? Разве в это время в марте еще не темно?

Морланд обращается к своим бумагам, хотя мне кажется, что он уже знает ответ.

– Восход солнца в этот день был в пять пятнадцать. Так что… – Ричард прищуривает глаза, что-то прикидывая в уме. – Так что в пять уже начинались предрассветные сумерки. Расчет был правильный: выйти в пять, добраться до устья до полного восхода – это около часа, все верно.

Действительно, все-то у него сходится, все-то у него логично.

Ричард вновь склоняется над картой.

– В шесть утра, когда яхта выходила из устья, скорость приливно-отливного течения составляла два узла. Направление течения – на северо-восток. «Минерве», если она на самом деле находилась в то время в этом районе, приходилось преодолевать течение, может быть, даже с помощью двигателя. И если с яхтой здесь что-то произошло, то течением ее должно было отнести назад. Таким образом, в конечном счете «Минерва» должна была оказаться к северо-востоку от устья реки, а совсем не к югу, как считалось раньше. – Морланд делает паузу и задумчиво жует губами. – Вы понимаете, что я имею в виду?

Внутри меня шевелится какое-то неясное беспокойство, но я не могу понять его происхождение.

– Когда вы говорите «что-то произошло…»?

– Что угодно могло произойти: пожар, взрыв, столкновение.

Наконец я начинаю что-то понимать.

– То есть вы имеете в виду, что после какой-то аварии «Минерва» могла затонуть не сразу?

– Можно в принципе допустить, что яхта погибла моментально. Скажем, после столкновения с крупным судном. Но если с ней случилось что-нибудь менее страшное, допустим, пожар или удар о плавающий предмет, а здесь этого добра полно, то она могла продрейфовать значительное расстояние, прежде чем исчезла.

– Но если имелся какой-то запас времени… Почему Гарри не послал сигнал бедствия?

Морланд понимающе кивает.

– Ну, на это может быть много причин. Нарушение электросети, поломка радиопередатчика… Знаете, если в море судно настигает беда, она, как правило, не приходит одна.

Откуда-то снаружи доносится смех ребенка. Натужно работает двигатель какой-то машины, взбирающейся по дороге на холм.

– Повторяю: все это пока только гипотеза, – с подчеркнутой серьезностью произносит Морланд.

Мыслями я далеко отсюда.

– Почему же он не пересел в лодку? Почему не попытался спастись?

Ричард молчит, и я бросаю на него требовательный взгляд. Ответ у Морланда на лице: «Кто может знать, что там происходило?»

– Место, где в воскресенье лодку нашла рыболовецкая шхуна, вполне вписывается в мои расчеты. При условии, что «Минерва» потеряла лодку рано утром в субботу.

Перед моими глазами встает болтающаяся на волнах плоскодонка. Пустая.

– Но во всем этом есть одно несоответствие. – Морланд отклоняется от стола с недовольным выражением человека, в сложных логических построениях которого недостает последнего звена. – И этот вопрос я хотел задать вам. Речь идет об одежде Гарри. Тот свидетель утверждает, что видел на яхте человека, на котором был прорезиненный плащ белого или преимущественно белого цвета.