Падшие сердца - Эндрюс Вирджиния - Страница 21

Слева от меня скрипнула половица, как будто там прошел кто–то невидимый, я вскрикнула и, не раздумывая больше, выскочила из коттеджа. По щекам текли слезы, в которых смешались страх и печаль. Я бросилась в лабиринт и помчалась по коридорам между стенами живой изгороди, то и дело сворачивая в туннели. Один раз я споткнулась и едва не уткнулась в зеленую стену лабиринта. Наконец я остановилась в середине коридора, с трудом переводя дыхание, чтобы собраться с силами.

Как и много лет назад, я поняла, что заблудилась в лабиринте. Бежала охваченная паникой и, конечно, запуталась в бесчисленных туннелях, дорогу через которые знала раньше так хорошо. Мое возбуждение еще не улеглось, и я никак не могла сосредоточиться. Каждый новый коридор был похож на предыдущий. Я даже не могла определить, как вернуться к коттеджу.

Чтобы немного успокоиться, я заставила себя рассмеяться. «Какая ты глупая, Хевен, — думала я. — Ведь столько лет ходила по этому лабиринту, а теперь совсем растерялась. Возьми себя в руки, подумай, соберись. Только представь себе картину, когда Тони и Логан, вернувшись, придут сюда тебя выручать. Вот будет смешно! И как это могло случиться?»

Я снова пустилась в путь по коридорам, проклиная злосчастный лабиринт. Мне казалось, что я хожу кругами. И кому это только понадобилось устраивать подобные ловушки! Наверное, у создателя лабиринта было своеобразное чувство юмора. Я вздохнула и стала перебирать возможные комбинации, но запуталась еще больше. Между тем быстро темнело. Сколько же я брожу по лабиринту? Я полностью утратила чувство времени и совершенно потеряла ориентацию. Сердце продолжало колотиться в груди: мне никак не удавалось его успокоить; периодически я даже негромко вскрикивала. Отчаянно старалась сохранить относительное спокойствие, но это становилось все труднее.

Я пошла по одному из коридоров, повернула направо, потом налево. Все казалось знакомым, но когда я решила, что выбрала правильное направление, оказалось, что я еще дальше углубилась в лабиринт и теперь находилась одинаково далеко как от дома, так и от коттеджа Троя. Тени здесь казались еще длиннее и темнее. Все в этой части лабиринта было чужим и неприветливым. Воображение подсказывало мне: лабиринт, возможно, хотел отомстить мне за то, что я уехала из Фарти и раскрыла его тайны.

Я решила, что разумнее всего будет поворачивать один раз направо, другой раз налево. В результате я доберусь так до конца лабиринта, даже если у меня уйдет на это в десять раз больше времени. Опустив голову, я побрела дальше. Несколько минут спустя до моего слуха донеслось щелканье ножниц. Я остановилась и прислушалась. Очевидно, это был один из садовников. Я пошла на звук и, сделав несколько поворотов, вышла на пожилого мужчину, подстригавшего зеленую изгородь. Я не хотела его пугать, поэтому стала ждать, в надежде, что он сам меня заметит. Но все равно, когда он обернулся и увидел меня, вид у него был такой испуганный, что он был готов броситься бежать.

— Подождите, не пугайтесь, — успокоила я его. — Это я, миссис Стоунуолл, Хевен. — Я не знала этого человека, наверно, его наняли после того, как я уехала в Уиннерроу, чтобы работать в школе.

— Ох, мисс, — только и смог выговорить он, — ох, Господи. — Мужчина стоял, держась рукой за сердце. — Как вы меня напугали. Я рад, что это вы, а не что другое.

— Должна признаться, я бродила по лабиринту и заблудилась.

— А это совсем не сложно. Даже я тут несколько раз терял дорогу.

— Вы давно здесь работаете? — спросила я, надеясь, что разговор его успокоит и он не будет ничего преувеличивать, рассказывая об этом происшествии другим слугам.

— Я работаю здесь несколько месяцев, мадам.

— И нравится?

— Вообще да, но несколько минут назад я бы этого не сказал, — и он весело рассмеялся. — Я уж решил, что мне явился один из призраков, которых видел Рай Виски.

— Ах, уж этот Рай Виски, — улыбнулась я. — Он способен кого угодно напугать своими рассказами.

— Тут вы правы, мадам. Но на днях я определенно слышал чьи–то шаги по другую сторону изгороди. Я пошел на звук и дошел до того места, где туннели сходятся, так что я должен был встретить того, кто шел по другому туннелю. Только…

— Только что?

— Там никого не было. Но я могу поклясться на Библии, что отчетливо слышал чьи–то шаги.

Секунду я молча смотрела на него.

— Знаете, мне кажется, что, если наслушаться рассказов Рая Виски, воображение может сыграть любую шутку, — сказала я. Садовник согласно кивнул.

— Я уж тоже так подумал, мадам. А если вы ищете короткий путь к дому, то сначала сверните направо, потом два раза налево и еще раз направо, вот и все.

— Спасибо. Мне как–то даже неудобно, что я заблудилась.

— И напрасно. Доброй ночи, мадам. — Он поднял голову. — Уже слишком темно, чтобы продолжать работу. Сейчас закончу здесь и тоже пойду.

— Правильно, — сказала я. — Еще раз спасибо.

Я сделала так, как объяснил садовник, и вышла на лужайку в нескольких ярдах от того места, где вошла в лабиринт. Идя к дому, я взглянула наверх: Джиллиан все еще стояла у окна.

Только теперь она медленно кивала головой, словно мое блуждание по лабиринту и возвращение оттуда, подтвердило какие–то мысли, тревожившие ее сознание. Как будто с моей помощью обрели форму образы, жившие в ее больном воображении. Джиллиан улыбнулась мне и, удовлетворенная, отошла от окна.

Я торопливо вошла в дом, чтобы скорее почувствовать его уютное тепло и обрести покой среди людей. Я была очень рада, что Тони и Логан еще не вернулись. Поднявшись к себе, умылась холодной водой, которая остудила мои горевшие щеки и вернула спокойствие… Вскоре приехал Логан.

— Куда вы оба ездили? — спросила я, когда он раздевался, собираясь принять душ.

— Тони хотел познакомить меня с человеком, занимающимся продажей игрушек за границу. Интересный человек. Рассказал обо всем очень подробно. Ему показалась привлекательной наша идея построить фабрику в Уиннерроу. По его словам, европейцы проявляют повышенный интерес к нашей «глубинке», так что нас ждет успех. Тони понравилось это предложение.

— Правда?

— Да, — ответил Логан и помолчал, внимательно глядя на меня. — Почему у тебя такой грустный вид?

— Я искала Тони, чтобы поговорить с ним о Джиллиан, но вы уже уехали. Она в очень тяжелом состоянии, а он, кажется, не обращает на это внимание. Марта Гудман очень встревожена и даже подумывает об уходе.

— Господи, да что ты говоришь.

— Да, дорогой, это так. Я пойду в гостиную, мне нужно поговорить с Тони.

— Хорошо, я тоже скоро спущусь.

Тони был у себя, он тоже принимал душ и переодевался к обеду, но спустился раньше Логана. Его голубая домашняя куртка из вельвета сидела на нем щеголевато. Глаза Тони светились, и выглядел он счастливее, чем обычно.

— Хевен, не хочешь ли выпить со мной аперитив перед обедом.

Я стояла у рояля, положив руку на полированную крышку.

— Не сейчас, Тони. Я хочу поговорить с тобой до обеда.

— Да? О чем же?

— Ты заходил к Джиллиан? Говорил с Мартой?

— Нет, я…

— Почему ты стараешься там не бывать? — Настаивала я, подходя ближе к Тони. Он промолчал, глядя на меня, но не успел ответить: к двери подошел Кур–тис, и Тони заказал виски с содовой.

— Хорошо, сэр, — ответил Куртис и вопросительно посмотрел на меня.

— Мне ничего не надо, Куртис, — сказала я. — Итак? — снова задала я свой вопрос, когда дворецкий вышел.

— Я не избегаю Джиллиан, просто был занят, а почему ты так разволновалась?

— Я беспокоюсь потому, что Джиллиан не такая, как раньше. Она стала совсем другой. Марта Гудман сказала, что просила тебя зайти и убедиться самому. Она очень расстроена всем этим и, мне кажется, собирается уйти.

— Марта?

— Да, Тони. Если бы ты был повнимательнее, то заметил бы это. Ты должен сейчас же пойти наверх, поговорить с ней и пригласить доктора для Джиллиан.

— А что с ней такое?

— Она очень изменилась, — объяснила я, поглаживая гладкую поверхность рояля. — Джиллиан не живет больше в прошлом, она переносит прошлое в настоящее.