Небесный король: Эфирный оборотень - Живой Алексей Я. - Страница 68

Антон чуть не подпрыгнул на своем месте. Этого еще не хватало. Так не долго и отдать Богу душу, не успев начать операцию. Ведь немцы уже шли где-то сквозь горы с целью уничтожить важные объекты, а их отряд пока даже не долетел до места посадки. И, возможно, не долетит. Но делать было нечего и Антон стал натягивать парашют. Ему, как летчику, это было делать не впервой, а вот Катя, как он заметил, откровенно запуталась в ремнях и кнопках. Иванов, сидевший рядом, ей помог, а Антон наблюдал за происходящим чуть ли не с удовольствием, хотя и стыдился своих мыслей. Было ясно, что парашют она видела впервые в жизни, впрочем, как и большинство остальных бойцов отряда. «Хорошо еще, что садимся не в море». – подумал Антон.

Самолет, тем временем, быстро терял высоту. Видимо, пробили не только топливную систему, а еще кое-что из механики, потому что транспортник рыскал носом, плохо подчиняясь штурвалу. Это Антон просто чувствовал. В разрывах облаков показалась земля, которая была уже совсем близко. Удалось разглядеть небольшие возвышения местности, блеснула синяя извилистая лента неизвестной реки и желтый прибрежный песок пляжа. Судя по всему, уже начались предгорья Северного Кавказа. Из кабины вышел летчик и, нагнувшись, что-то прошептал на ухо капитану Иванову. Тот помрачнел еще больше и снова заговорил, обращаясь к оставшимся в живых бойцам.

– Ребята, дело плохо. Топливо почти иссякло. До Минеральных Вод нам не дотянуть, поэтому будем десантироваться прямо сейчас. Мы находимся в стороне от курса, уже почти в предгорьях Северного Кавказа. Другого выхода нет. Выше гор самолет не сможет подняться.

Иванов приказал трем оставшимся бойцам надеть теплые бушлаты и подойти. Достав карту, он указал местонахождение самолета. Ткнув пальцем в соседний квадрат и ромбик, обозначавший поселок, капитан сказал:

– Здесь находится село Турсун-Аяк. Если нас разнесет ветром далеко друг от друга, собираемся в этом месте. Там находится походный штаб отряда и его остальные бойцы. Если что случится со мной, найдете капитана Жестнева. Это мой заместитель. Все понятно?

Все молча кивнули. Антон посмотрел на Катю. Перспектива прыгать с парашютом ей абсолютно не нравилась. Она даже посерела от страха, но тоже кивнула. Капитан продолжал, довершив ее паническое настроение своими следующими словами:

– Первой прыгает медсестра, вторым я, поскольку у Кати совсем нет опыта, я ее подстрахую. Затем идет Кошкин, Семиверстов и замыкающим – Погорелец. Все.

Иванов обернулся к Кате.

– Ну, делать нечего, дочка, тебе прыгать первой. Я буду рядом, подстрахую. Не забудь дернуть за кольцо.

Катя неуверенно кивнула и поднялась. Капитан махнул рукой и стоявший у двери летчик дернул за ручки, открыв выход. В самолет с громким хлопком леденящей струей ворвался забортный воздух, разом выстудив все замкнутое пространство и сравняв давление. Катя робко двинулась к выходу. Схватившись за поручень, специально приделанный у выходного отверстия, она на секунду обернулась назад и, зажмурив глаза, прыгнула в бездонную пропасть холодного неба. Почти сразу за ней прыгнул капитан. Антон остановился перед прыжком и попытался взглядом отыскать две черные точки или белые купола, но самолет летел в облаках и почти ничего не было видно. Не исключено, что сразу под облаками находились горы. Антон прыгнул вниз и оказался в белесой мгле, обхватившей его со всех сторон. Ветер рвал его тело на части, швыряя из стороны в сторону как невесомую оберточную бумажку. Рука нащупала кольцо, рванула его изо всех сил. С облегчением Антон ощутил хлопок над головой и резкий рывок вверх. Парашют раскрылся, его падение замедлилось. Неожиданно, словно по команде, облака кончились, резко оборвавшись, и Антон провалился в абсолютно чистое небо. Взглянув вниз, он обомлел – в нескольких сотнях метров под ним раскинулась зелено-бурая земля, ощетинившаяся тупыми вершинами предгорий Кавказа. Расстояние до ее каменистой поверхности таяло на глазах.

Глава 9. Кавказ

Когда Катя пришла в себя, то обнаружила, что лежит на жесткой каменистой земле, а рядом полощется на ветру купол парашюта. Она ощупала ноги и руки, пошевелилась, но никаких повреждений не обнаружила. Только ноги побаливали, видимо от ушиба о землю, да на лбу и руках кровоточило несколько ссадин. Налетевший порыв ветра наполнил безвольно полоскавшийся купол силой и рванул ее ослабевшее тело в сторону, протащив полтора метра по камням. Изогнувшись, Катя отцепила парашют и, освободившись, села. Только теперь она смогла осмотреться. Первый прыжок, надо сказать, оказался для нее на редкость удачным. Бывает и хуже. Она приземлилась прямо в центр небольшого плоскогорья, с двух сторон усеченного возвышавшимися зелеными холмами. Никого из спутников рядом не оказалось, скорее всего их снесло ветром за эти холмы и они находятся в соседней долине. К востоку плоскогорье сужалось и переходило в довольно живописную долину. Что находилось за холмами рассмотреть не представлялось никакой возможности, а долина уходила вниз под уклоном. И Катя предпочла идти в низ. Кроме того, как ей казалось, поселок, указанный капитаном, должен был находиться у выхода из какой-то долины. Вполне вероятно, что как раз из той, поблизости от которой она находилась. Катя встала, надела свой рюкзак и медленно пошла в выбранном направлении. Погода стояла довольно сносная, иногда налетал ветер, но пока было не очень холодно. На небе висело несколько небольших облаков, медленно плывших куда-то в сторону Черного моря. Хотя в настоящий момент светило солнце, ему, однако, ничего не стоило в пять минут исчезнуть за облаками. Катя была наслышана о переменчивости местной погоды – сама несколько раз ходила в горные походы с друзьями. Поэтому невольно ускоряла шаг, стараясь быстрее оказаться в укрытии от непогоды.

Пройдя несколько сотен метров по камням, Катя вспомнила, что в горах бегать не стоит, надо выбрать определенный ритм, более всего подходящий организму, и идти с «крейсерской скоростью». Иначе можно очень быстро истратить все силы. К счастью она была еще только в предгорьях, а не высоко в горах и воздух был не такой разряженный, как на высоте. Она опять вспомнила о ребятах из отряда. Где их искать теперь? Вдруг взгляд ее наткнулся на выступ каменной гряды, за который зацепился край белого парашютного купола. Катя снова пошла быстрее и через минуту уже стояла на самом верху невысокой гряды. То, что она увидела, заставило ее вскрикнуть. На камнях, лицом вниз, лежал окровавленный солдат. Он угодил в небольшую расщелину и, скорее всего, разбился насмерть. Парашют, зацепившись за камни, подрагивал на ветру безвольной тряпкой. Катя заставила себя подойти к нему и перевернуть вверх лицом. А вдруг он еще жив? «Только бы это оказался не он», – стучало у нее в голове, пока она делала последний шаг. Обмякшее тело было тяжелым. Катя едва смогла перевернуть его на спину, почувствовав, что у солдата перебиты все кости. А перевернув, она едва не вскрикнула от радости, но тут же подавила свой крик – ей стало стыдно, что она радуется чужой смерти. Это был Семиверстов.

Катя, успевшая привыкнуть за время войны и службы в госпитале к виду смерти и крови, почти спокойно покопалась в рюкзаке Семиверстова, где оставались его личные вещи. Она взяла именной кисет, чтобы показать капитану при встрече, а потом отослать родным погибшего. Спрятала его в свой рюкзак и зашагала прочь. Через час она уже спускалась к выходу из долины. Впереди послышался шум бьющейся о камни воды. Скоро Катя вышла на берег небольшой речушки. Она наклонилась, сделала пару глотков холодной воды и пошла дальше вниз по течению. Еще через полчаса медсестра вышла из-за поворота реки и увидела в пятидесяти метрах от себя человека в военной форме. Он сидел на камне у самой воды, вперив в бегущую воду тяжелый взгляд, и нервно курил папиросу. Это был капитан Иванов. Катя окликнула его и помахала рукой. Капитан вскочил, бросился ей навстречу.

– Ну, слава Богу, жива! – сказал он радостно, а то я уж и не знал что думать.