Счастье с доставкой на дом - Артаева Александра - Страница 50

Рина слушала его, и внутри у нее все дрожало от возбуждения.

«Выходит, они хотят одного и того же, только сказать об этом друг другу почему-то стесняются, — думала она. — Навоображали себе непонятно чего и носятся со своими сомнениями как с писаной торбой. Вот вроде бы и умные люди, а такие балбесы».

— Ромка, а ты не пробовал поговорить с Наталей по душам? — осторожно спросила Рина.

— Да ты что? — испугался тот. — Она разозлится, да и пошлет меня подальше — ты же знаешь, какая она импульсивная. Я со своими патриархальными замашками только все испорчу. Нет уж, я вовсе не желаю ее потерять, лучше пусть будет хотя бы так, как есть.

Рина закусила губу и немного помолчала, задумчиво оглядывая Романа с ног до головы. Тот даже смутился под ее пристальным взглядом.

— Ром, ты считаешь меня умной женщиной? — наконец спросила Рина.

— Конечно, считаю, — растерялся Роман от такого неожиданного вопроса.

— Ну и прекрасно, — удовлетворенно кивнула Рина. — Тогда послушай моего совета: отправляйся немедленно к Наталье и обо всем ей расскажи.

— О чем — обо всем?

— О том, что ты ее любишь и что тебе глубоко наплевать на ее карьеру. Скажи ей все то, что ты сейчас сказал мне — про детей, про собаку, про семейный ужин. Я почему-то на сто процентов уверена, что ее реакция на твое признание тебя не разочарует.

Роман смотрел на Рину с подозрением, но не возражал.

— Ты думаешь, она станет меня слушать?

— Еще как станет, ручаюсь, — подбодрила его Рина.

Немного потоптавшись на месте, Роман глубоко вздохнул, огляделся по сторонам и отыскал глазами Наталью.

— Ну что, я тогда пошел? — спросил он у Рины, как бы желая заручиться ее поддержкой.

— С Богом, — кивнула та и легонько подтолкнула нерешительного бизнесмена в спину.

Как только Роман отошел, к Рине приблизилась Тошка и протянула матери пластиковый пакетик с ручками.

— Вот, тебе просили передать, — весело сказала она.

— От кого же это? — поинтересовалась Рина, вынимая из пакета большую красивую салфетку, связанную крючком. — Надо же, какая прелесть, — похвалила она.

— Это все тетя Паша — подарок, сделанный своими руками, так сказать.

Рина была так поражена, что даже рот открыла от удивления.

— С каких это пор тетя Паша стала дарить нам подарки?

— С тех пор как к нам приехала жить бабушка Нина, — засмеялась Тошка. — Тетя Паша ее побаивается, а в душе перед ней благоговеет. Наверное, потому, что бабушка относится к нашей злой консьержке строго, но справедливо, и даже жалеет ее почему-то. Сегодня, например, послала меня к ней с тарелкой пирогов. Говорит: «У нас праздник, к нам гостей понаедет, все мимо нее проходить будут. А она сидит там одна-одинешенька, обидно ей небось. Пусть хоть чайку попьет со сдобой, утешится». Представляешь?

— Представляю, — задумчиво сказала Рина. — Нина Никифоровна необыкновенно мудрая женщина. Наверное, она разглядела то, чего никто из нас заметить не сумел.

В этот раз гостей собралось даже больше, чем в прошлом году, потому что к Рининым друзьям и коллегам добавились еще и знакомые Павла. Все с удовольствием пили чай, нахваливали пироги Нины Никифоровны, интересовались самочувствием Рины и выпускными планами Тошки. В комнате не смолкал гул оживленных голосов, там и тут слышались приветственные восклицания и громкий смех.

Время бежало незаметно, и вот уже Григорий Петрович увел Антошку спать, да и сам прикорнул на диванчике рядом с внуком. Гости постепенно начали прощаться. К одиннадцати часам все разъехались, и Нина Никифоровна вместе с Тошкой и Натальей принялись убирать со стола. Однако Роман безапелляционно прервал их занятие и, позвякав ложкой по стакану, громко произнес:

— Дамы и господа, попрошу внимания.

Он немного подождал, пока присутствующие обратят к нему свои взоры, потом откашлялся и сказал:

— Как известно, сегодня мы праздновали дни рождения и именинники получили огромную кучу подарков, — кивнул он в сторону заваленного коробками и пакетами журнального столика. — Должен вам сказать, что я тоже явился не с пустыми руками. Но поскольку я приготовил не просто подарок, а сюрприз, то решил оставить его на сладкое.

Несмотря на усталость, все присутствующие оживились и в их глазах загорелось любопытство.

— Итак, сюрприз, — сказал Роман, взял со стола большой плотный конверт и осторожно вытащил оттуда голубоватый листок, с виду похожий на очень официальный документ.

Развернув бумагу, Роман сделал эффектную паузу и с торжественной улыбкой произнес:

— Поздравляю, дорогие мои — вы получили наследство.

Все присутствующие замерли, и в комнате на мгновенье повисла изумленная тишина. Рина с Натальей переглянулись, Нина Никифоровна схватилась за сердце, Тошка прикрыла рот ладонью, а Павел взъерошил волосы. Однако уже в следующую секунду на голову Романа обрушился шквал нетерпеливых вопросов.

Дождавшись, пока страсти немного утихнут, тот принялся объяснять, что же собственно произошло.

Оказалось, что год назад, когда Нина Никифоровна отправила Антошку к Рине, Роман прочитал ее сопроводительное письмо и решил на всякий случай провести небольшое расследование, а проще говоря, навести справки. Все было проделано вполне цивилизованно, и нанятые им юристы отправили официальный запрос своим австралийским коллегам. Вскоре данные о Людмиле, ее муже и их гибели подтвердились, и Роман немного успокоился. Параллельно до него дошла информация о том, что процесс по разделу наследства австралийского миллионера на тот момент завершен еще не был.

— Признаться, я тогда даже не думал, что Людмила успела заиметь к имуществу своего мужа хоть какое-то отношение, — рассказывал Роман. — Тем не менее совсем недавно выяснилось, что ей тоже кое-что перепало, а теперь, соответственно, достается ее наследникам. В качестве наследников названы ее мать, то есть Нина Никифоровна, ее дочь Антонина и сын Антон. На самом деле, они получают хоть и не миллионы Рокфеллера, но все же нечто довольно существенное, а именно: пятикомнатные апартаменты в престижном районе Сиднея, овечье ранчо в штате Новый Южный Уэльс и пакет акций, который деловые партнеры бывшего миллионера готовы прямо сейчас выкупить за кругленькую сумму.

— Ух ты, — сказал Павел.

— Ни фига себе! — воскликнула Наталья.

— Вот это да! — закричала Тошка, которую привело в восторг упоминание о ранчо, и она тут же заявила, что ей как владелице теперь совершенно необходимо учиться скакать верхом.

Между тем Нина Никифоровна украдкой смахнула с глаз слезы, и сердобольная Тошка, мгновенно отреагировав на ее переживания, бросилась к бабушке с объятьями. Та улыбнулась, погладила девочку по волосам и рассудительно сказала:

— Ну что же, спасибо тебе, Роман, за хорошую весть. Я рада, что нашлось хоть что-то, за что можно помянуть мою дочь добрым словом.

— Бабушка, но это же действительно замечательно! — воскликнула Тошка, стараясь поскорее отвлечь Нину Никифоровну от грустных мыслей. — Ты у нас будешь жарить барбекю из кенгуру. Я надену кожаные штаны и буду дикой и прекрасной амазонкой носиться по саванне, сгоняя глупых овец в одно большое стадо. Антошке мы купим ружье, и он будет отстреливать койотов…

— Койоты в Австралии не водятся, — сказал Павел.

— А, ну да, они же в Америке. Ну, волков каких нибудь сумчатых. Надо будет в ближайшее время поближе познакомиться с флорой и фауной этого континента.

Потом она почесала кончик носа и неожиданно пропела:

«Она располагается под нами, Там, очевидно, ходят вверх ногами, Там наизнанку вывернутый год…»

— Ой, а ведь и впрямь вывернутый, — удивилась Наталья. — Выходит, если у тебя день рождения в марте, ты должен говорить: «Я родился осенью»? Уму непостижимо!

Потом мысли ее потекли в совершенно ином направлении, глаза загорелись, и она сказала:

— Слушайте, а ведь шикарная квартира в престижном районе Сиднея — это же просто лакомый кусочек для риелтора. Если решите продавать, я готова начать расширять бизнес за границу.