Чужие игры - Долинго Борис - Страница 107

– Пропали, пропали мы! – запричитал Бигус, но на него уже не обращали внимания.

А на следующий день «портсигар» отказался работать в принципе.

– Странно, – размышлял вслух Валентин. – Вход ведёт каждый раз в разные места, но эти места могут оказаться как высоко над землей, так и глубоко под ней. Совершенно не прогнозируемо! Теперь я отлично понимаю, как нам повезло в первый раз, но для чего «портсигар» был нужен Юстанне? Такое впечатление, что приборчик наугад выбирает миры и место выхода в них!

– Может, мы просто не умеем этой штукой пользоваться? – предположил Шорин. – Да и вот откуда она у Юстанны?

– Она успела мне сказать, что сперла её у Торелла, а больше ничего. Но что тут уметь, если только одна кнопка? Хотя… Вдруг тут голосовое управление, и ему нужно точно указать место назначения?

– Вот-вот! – обрадовался Николай.

Однако и эта идея не принесла долгожданных плодов, и настроение у людей падало с каждым днем…

Капитан снял с корня кожицу и принялся его меланхолично жевать, смотря прямо перед собой.

– Не грусти! – Кин, надев шлем для перевода, подсела к капитану. – Ведь всё пока не так уж и плохо: мы живы и здоровы, здесь хороший климат, у нас есть еда…

– Да, конечно, – очнулся Валентин. – Конечно… Я просто думаю.

– О чем?

– Что нам дальше делать. По поводу того, как выбраться, у меня возникла одна догадка: что если для «портсигара» играет роль последовательность нажатий, скажем, как в азбуке Морзе? Нужно будет попробовать. Но даже это не главное – я почти уверен, что рано или поздно мы найдём выход отсюда. А вот что нам делать ВООБЩЕ?

– Ты говоришь загадками, Валентин…

Остапенко вздохнул и стал объяснять, что его беспокоит больше всего: ситуация в разных мирах. Понятно, что назад уже ничего не вернёшь. Большинство цивилизаций, которые затронуло деление на Зоны, разрушены, отброшены к примитивному состоянию. Но ведь если дробление миров как-то включили, то, наверное, можно и отключить его! Валентину не верилось, что эти силовые поля, разделяющие планеты, настолько самодостаточны, что не требуют подпитки энергией откуда-то извне. Поэтому он считал, что необходимо попытаться вновь проникнуть к терминалу так называемого Артефакта или ещё лучше в него самого и попробовать положить конец ситуации, когда тарлане, а точнее, некоторые из них, играют роль вершителей судеб многих миров.

Кината начала возражать, что Валентин не прав: тарлане думали, как помочь всем этим цивилизациям: руководство «верхних» пыталось что-то сделать для этого.

– Да уж! – Валентин саркастически махнул рукой.

Кин вздохнула.

– Извини, но мы-то конкретно в чём виноваты? Авван и я пытались действительно сделать что-то хорошее. Мы не подозревали, что Янж окажется такой сволочью…

– Да ты-то не виновата! Но надо реально попытаться убрать эти барьеры, привлечь технологии Предтечей, чтобы помочь решить создавшиеся проблемы, а не играть роль каких-то «богов». Разве кто-то имел на такое право?

– Не знаю, – тихо сказал Кин. – Не забывай, что тарлане во многом стали «богами», как ты говоришь, тоже не по своей воле.

– Однако получается, что ваши правители присвоили себе возможность оставить людей и всех остальных сидеть в Зонах, как в клетках. И пытаются сохранять такое положение и дальше!

– Но ведь никто не представляет, как прекратить это – покачала головой Кината. – Конечно, Коулл вряд ли что-то изменит, даже если будет иметь такую возможность, а вот Тигурд… Нам нужно найти его и всё объяснить, я очень надеюсь, что он поймёт! Главком не такой плохой человек, как может показаться! Он, наверное, просто слишком долго сам ничего не понимал…

– Ага, Тигурд невинный, как ягнёнок, а Коулл – это всё зло Вселенной, да? Во всём Коулл виноват!

– Ну зачем ты так говоришь… – расстроенно произнесла девушка.

– Знаешь, мы и на Земле часто слышали подобные рассуждения: вот, мол, сидит на вершине власти хороший правитель, и ничего не знает о том, что внизу происходит! Надо ему только объяснить, что в народе на самом деле творится – и настанет райская жизнь. Да, как же, Кин, чушь всё это! Всё он знает, этот твой главком, так же как и его сынок, ты уж извини! Он же с самого начала создал именно такую систему, которая сделала «верхних» настоящими небожителями. К тому же знать бы ещё, где сейчас Тигурд? В его Терминальной Зоне теперь, наверное, Коулл уже хозяйничает… – Остапенко помолчал и добавил: – Хотя, конечно, кто его знает, чем там всё закончилось.

Кин не ответила, и некоторое время они сидели молча. Потом Валентин вспомнил, что давно хотел спросить Кин о причинах её страха перед агентами ещё при первой встрече, когда они бежали из мира баори на гравилёте.

Девушка объяснила, что она, будучи исследователем, уже использовала для помощи аборигенам запрещённые технологии Предтечей. Её за это дисквалифицировали и отправили в Город на Тандее – во многом она легко отделалась благодаря заступничеству Аввана. Потом благодаря Аввану же ей вернули статус исследователя, и она помогала ему нелегально перевозить разное оборудование – они вдвоём вообще много чем таким занимались.

Валентин удивился, как им всё сходило с рук. Кината объяснила, что большие шишки не знали о таких деяниях, а с рядовыми агентами удавалось решать некоторые вопросы благодаря возможностям Аввана. Но однажды её поймал, что называется, за руку агент Шамши. Правда, он являлся дальним родственником Аввана по матери, поэтому сжалился и не стал докладывать Коуллу. Но когда Кин приняла землян за агентов в гравилёте у Дворца, то уже испугалась по-настоящему – во второй раз ей бы точно не поздоровалось. Тогда же, кстати, она подумала, что Коулл стал набирать в агенты инопланетян, но призналась, что даже обрадовалась: ведь это означало бы, что не только тарлане допущены к технологиям Артефакта. Получалось бы, что реальная помощь другим расам действительно началась.

– Но всё оказалось совсем не так, – хмыкнул Валентин. – Ладно, понятно, а вот расскажи мне, что такое Аарх?

– Этого никто не знает. Например, главком для широких масс, так сказать, заявляет, что Аарх – некий Дух, и попытается установить на этой основе новую религию. Как я понимаю, по этой религии Аарх – сама сущность Пирамиды или Артефакта. Якобы что-то вроде «личности», компьютерного мозга – я не могу сказать более точно. Есть только слухи…

– И ты веришь в это – в Дух Артефакта, в его святость?! Боже, Кин!..

– Ну, верю – это сильно сказано, но что-то в этом есть.

– Ага, вот как, значит… Ладно, оставим пока этот «дух». А из-за чего ещё у Аввана возникли проблемы с Коуллом?

Кината рассказала, что администратор считал, что, во-первых, Авван знает не меньше, чем Тигурд, и из него можно выудить чрезвычайно ценную информацию, и, во-вторых, он имеет прямой доступ к секретным технологиям. Теперь-то уже понятно, что Коулл готовил переворот давным-давно, поэтому-то ему и нужен был живой Авван. Но потом администратор поймал за руку Торелла и получил не менее ценный источник сведений о Пирамиде. И поэтому Коуллу живой Авван стал не нужен, а устранить его он пытался прежде всего для того, чтобы лишить Тигурда важного потенциального союзника – ведь понятно, что в противостоянии Тигурд—Коулл сын главкома, скорее всего, выбрал бы сторону отца.

Валентин, глядя прямо в глаза Кин, поинтересовался, действительно ли сын Тигурда имел доступ к тем самым секретным данным и технологиям?

Девушка выдержала взгляд и дала честное слово, что не знает. Какой-то доступ к Артефакту Авван имел, но не понятно, напрямую или через отца. Он не рассказывал ей ничего подробно напрямую, только делал туманные намеки – не хотел, чтобы и за ней, в случае чего, началась охота. Меньше знаешь, крепче спишь, говорил Авван.

Валентин невольно усмехнулся настолько дословному земному переводу шлема и спросил, а почему Тигурд не мог защитить их обоих – и Аввана, и Кин – от преследования со стороны Комитета, особенно при том, что, как получается, Аввану было многое позволено? Почему вообще главком терпел Коулла на таком высоком посту?