Талисман - Андерсон Кэтрин - Страница 101

— Бог, вероятно, накажет меня за это. Но я должна была. Это плохие новости, дорогая. Это было бы плохо, даже если бы речь шла о белом ребенке, а ты не замужем. Но быть беременной внебрачным ребенком от команча? Это несчастье.

— Но он не внебрачный! Я замужем как полагается!

— Дорогая, у тебя нет кольца, нет бумаг, нет свидетелей, нет даже фамилии мужа! И рядом с тобой нет мужчины. Кто поверит этому?

— Мне все равно, кто поверит. Я знаю. Этого достаточно.

— Для тебя, может быть. Как будет чувствовать себя ребенок в ублюдочном племени?

Слова ударили Лоретту, как пощечина. Ублюдочное племя. Один звук был отвратителен. Она обхватила себя за талию. Внезапное и горячее стремление защитить своего будущего ребенка заполнило все ее существо. Ребенок Охотника. Она будет любить его всем своим сердцем.

— О тетя Рейчел! Ребенок. Значит, Охотник не покинул меня в конце концов.

Рейчел вздернула руки вверх.

— Скажешь мне это, когда будешь стараться прокормить его глубокой зимой. Генри такой осел. Он, вероятно, бросит меня, если я разрешу тебе остаться здесь. Нам втроем, без мужчины, будет нелегко.

— Тогда я уйду.

— Ты не сделаешь ничего подобного. Я сказала, будет нелегко, но это не значит невозможно. — Расправив плечи, Рейчел посмотрела вдаль. Когда взгляд ее снова вернулся к Лоретте, в их голубой глубине был блеск решимости. — Наблюдая за тобой и моей дочерью, видя как вы выжили там, где другие женщины не смогли бы… — Она облизнула губы. — Сталь в твоем характере от твоего воспитания, от меня. Я научила тебя стоять не сгибаясь и давать отпор. Я воспитала в тебе гордость. Недавно я смотрелась в свое зеркало и думала, куда исчезла прежняя Рейчел.

— О тетя Рейчел, ты сделала все, что считала необходимым, для меня и Эми.

Рейчел кивнула.

— Да. Но наступает время, когда человек должен подвести итоги. — Она вздохнула, губы изогнулись в робкой улыбке. — Если мне придется выбирать между ребенком и Генри, я выгоню его пинками в зад до самого Джексборо и скажу ему, чтобы он оставался там.

Испуганная, не зная, как реагировать на эти слова, Лоретта сказала:

— До самого Джексборо?

— Ты же не думаешь, что он отправляется туда, чтобы купить табак, и кофе, и «Книгу для дам» Годи для нас? Он посещает там веселый дом тоже. — Рейчел коснулась плеча Лоретты. — Не надо горевать. Он оставляет меня одну только на месяц. Я считаю это благословением.

Лоретта запрокинула голову и слабо рассмеялась.

— Дядя Генри посещает веселый дом? О тетя Рейчел, бьюсь об заклад, эти дамы повышают свои расценки, когда их посещают такие, как он!

— Вне всякого сомнения, — мрачно согласилась Рейчел. — Генри плохой любовник. Я потеряла много лет, унижаясь перед ним. Больше я не собираюсь терять. Я могу обойтись без мужчины. Вот увидишь. — Она толчком поднялась на ноги и протянула руку Лоретте. — Пошли, маленькая мама. Я приготовлю тебе какое-нибудь средство для твоего животика.

— Тетя Рейчел, ты уверена в этом?

— Уверена настолько, что нам лучше начать кроить распашонки. У меня припрятана фланель. Она как раз подойдет.

Лоретта улыбнулась и, сделав глубокий вдох, провела рукой полбу.

— Мне очень приятно, тетя Рейчел!

— Продолжай оставаться в таком же настроении до тех пор, пока я не расскажу Генри.

— Ему обязательно рассказывать прямо сейчас?

— Дорогая, если тебя стошнит утром раньше, чем ты доберешься до уборной, он все равно узнает об этом. Можем с тем же успехом поджечь заряд сейчас, когда мы готовы к взрыву.

К вспышкам гнева Генри нельзя было подготовиться. Хотя Лоретта внутренне готовила себя, она подпрыгнула при первом же реве.

— Ты что?

— Я беременна.

С одной подтяжкой надетой и с одной спущенной, с рубашкой, частично заправленной в штаны, и с босыми ногами, Генри не мог всласть разбушеваться. Лицо его покрылось пятнами подозрительного пурпурного оттенка. Глаза выпучились подобно голубым мраморным шарикам. Он прокаркал:

— Прижила этого ублюдка с команчем?

— Он не ублюдок. Я люблю его отца.

Рот у Генри стал открываться и закрываться, как у вытащенного на берег сома. Тыча ей палец в нос, он прошипел:

— Я говорил тебе, что я сделаю, если ты принесешь индейское отродье. Я схвачу его за ногу и выпущу ему мозги, вот что я сделаю.

Желудок Лоретты завязался в узел. Страх за своего неродившегося ребенка заставил ее отступить на шаг.

— Заткнись, Генри.

Голос Рейчел прозвучал так мягко, слова были произнесены так спокойно, что в первую минуту ни Лоретта, ни Генри не обернулись к ней. Затем Лоретта осмыслила, что она услыхала. Ее тетя стояла у стойки с винтовками. Дуло было направлено в пол, но она была готова в любой момент вскинуть приклад к плечу.

— Что ты сказала? — прорычал Генри.

— Я сказала, заткнись, Генри. — Голос Рейчел звучал по-прежнему мягко, но огоньки в глазах свидетельствовали о готовности к борьбе. — Я мирилась с твоей сварливостью почти девять лет. Этому пришел конец. Ты извинишься перед Лореттой Джейн сию минуту.

— Или ты сделаешь что?

Рейчел вызывающе приподняла бровь.

— Ну, я думаю, что ты уже слишком большой, чтобы брать тебя за ногу и выпустить твои мозги. Думаю, мне придется их выбить. Теперь извиняйся. Я не потерплю таких разговоров в моем доме.

— В твоем доме?

— Правильно.

Генри превзошел самого себя, пытаясь притвориться, что все это очень забавно. Положив руки на бедра, он согнул одну ногу в колене и посмотрел на винтовку.

— Рейчел, дорогая, сейчас у тебя в руках винтовка. Теперь ты положишь ее на место и пойдешь готовить еду. А пока ты занята этим, я выбью из тебя всю твою дурь. Теперь я предлагаю, чтобы извинилась ты. Если ты сделаешь это достаточно убедительно, я, может быть, забуду, что это вообще произошло.

Лоретта подумала, что, пожалуй, ему удастся запугать тетю Рейчел. У нее не хватало выдержки и силы воли надолго, и Лоретта не думала, что она продержится больше десяти минут. Однако Рейчел удивила ее. Вместо извинений она стиснула зубы и упрямо вздернула подбородок.

— Генри, если ты посмеешь тронуть меня, когда я буду готовить еду, я вспорю тебя от кормы до носа ножом, которым я режу мясо. Я сыта тобой по горло.

— Отдай мне эту винтовку! — Генри рванулся к ней.

Рейчел быстро прицелилась. Отзвука выстрела Лоретта чуть не лишилась чувств. Генри подпрыгнул высоко вверх, поднявшись над полом на несколько дюймов.

— Святая Богородица, ты чуть не отстрелила мою ступню, ты, проклятая, глупая женщина!

— В следующий раз я не промахнусь.

Генри кипел. Он брызгал слюной и, казалось, вот-вот взорвется.

— Я сдеру с тебя шкуру за это! Отколочу тебя так, как тебя еще никогда в жизни не били.

— Если ты коснешься ее, дядя Генри, я ударю тебя поленом до беспамятства, — вмешалась Лоретта.

— И если у нее это не получится, то я добавлю! — закричала Эми с чердачной лестницы. — Молодец, мама! Дай этой старой бородавчатой жабе как следует!

Рейчел поставила винтовку назад в стойку.

— Ну что, Генри? Похоже, трое против одного. Ты извинишься перед Лореттой Джейн или нет? — Она пожала плечами. — Думаю, ты можешь убираться, если тебе это нравится больше. Но, если ты собираешься остаться, ты извинишься перед ней до того, как получишь свой завтрак.

Дрожа, Генри сжал кулаки. Лоретта подвинулась к печи и взяла полено, на случай если оно понадобится. Эми скатилась по лестнице, готовая сделать то же.

— Клянусь, мир сошел с ума, — проворчал Генри. — Женщины нападают на' мужчину, как безумные! Я мог бы справиться со всеми вами и еще скрутил бы закурить во время этого.

— Тогда сделай, как лягушка, и прыгай, — бросила ему вызов Эми. — Или же скажи Лоретте, что ты сожалеешь, как велит мама.

Генри помедлил, как бы обдумывая предложенные ему варианты.

— Как будто я в самом деле причинил вред этому ребенку! — буркнул он. — Если у Лоретты Джейн не хватает разума разобраться в этом, то тогда я приношу свои извинения.