Сахарная королева - Аллен Сара Эдисон - Страница 40

С меткостью у него дела обстояли куда лучше, чем у нее, но когда она оказалась в достаточной близости от него, это перестало иметь значение. Ее броски несколько раз достигали цели, а один раз, к ее несказанной гордости, ей даже удалось залепить снежком ему в лицо. К несчастью, она и сама не заметила, как оказалась к нему так близко, что он сцапал ее за руку и запихнул ей за шиворот пригоршню снега. Джози вскрикнула, поскользнулась и неожиданно полетела навзничь, увлекая за собой Адама. Он приземлился поверх нее и обеими руками уперся в землю по сторонам от ее плеч. Джози зажала себе рот, чтобы не рассмеяться слишком громко. Просто удивительно, как они до сих пор умудрились не перебудить всю округу.

Она запрокинула голову и так расхохоталась, что из глаз у нее брызнули слезы. Она зажмурилась, но соленая влага все равно поползла по вискам, обжигая холодную кожу. Господи, когда ей в последний раз было так хорошо? Как прекрасно, оказывается, дать волю эмоциям. Когда Джози наконец перестала содрогаться от хохота и открыла глаза, то увидела, что Адам смотрит на нее с самым что ни на есть серьезным видом. Она отняла руку от рта, и ее улыбка угасла. Он какое-то время смотрел на ее губы, потом внезапно скатился с нее и встал.

— Я повредил ногу, когда катался на лыжах на склоне Лысого Косогора, — сказал он и протянул ей руку.

Джози уселась, совершенно ничего не понимая. Что это было? Она вскинула на него глаза, потом обхватила протянутую ей руку. Адам рывком поставил ее на ноги.

— Это, наверное, было ужасно.

— Так оно и было. Теперь лыжи для меня заказаны. Лыжи, парусный спорт, прыжки в воду, скалолазание. И путешествия.

Эти слова прозвучали в ее ушах чудесной экзотичной музыкой.

— И ты всем этим занимался?

— Да.

Он развернулся и зашагал к недоделанному снеговику.

Она бросилась следом.

— А почему перестал? Больше не можешь?

— Не знаю. Я не пробовал. — Он пожал плечами. — Пора было остепениться.

— Тебе нравилось путешествовать?

— Я этим жил. Помоги-ка мне поднять этот ком.

Она подошла к нему, и объединенными усилиями они взгромоздили объемистый снежный ком на еще больший нижний.

— Значит, после того случая ты ни разу не выезжал из Болд-Слоупа?

— Может быть, как-нибудь потом я съезжу навестить брата в Чикаго. Повидаюсь с друзьями. Пока что я не готов.

Он принялся лепить верхний шар.

— Я не знала, что ты жил в Чикаго.

Он улыбнулся, не переставая катать ком.

— Мы оба считаем, что знаем друг друга, но на самом деле ничего не знаем, верно? Я работал адвокатом в Чикаго. До несчастного случая.

Она удивленно подняла брови. Адам работал адвокатом? Наверное, это и есть его секрет. Во всяком случае, в этом было что-то притягательное.

— И из-за того случая ты бросил юриспруденцию?

— Нет. Я бросил ее потому, что ненавидел это занятие.

Когда голова снеговика достигла нужного размера, он поднял ее и вернулся к телу. Теперь он хромал сильнее, чем когда Джози только вышла из дома.

— Почему тогда ты не бросил ее до несчастного случая?

— Не знаю. — Он с хрустом водрузил голову снеговика на ее законное место. — Наверное, когда оказываешься на волосок от смерти, происходит переоценка ценностей.

На миг она лишилась дара речи.

— Ты был на волосок от смерти? — проговорила она наконец тихо.

— Это была моя первая в жизни травма. Перелом бедра. Перелом позвоночника. Множественные внутренние повреждения. Разрыв селезенки.

Адам перечислял все это механически, без эмоций.

Он подошел к зарослям форцизии и отломил две ветки. Джози пристально смотрела на него в лунном свете; у нее возникло такое чувство, что наконец-то приоткрылась какая-то дверца и она получила возможность заглянуть внутрь.

— Ты боишься уезжать? — спросила она. — Тебе было больно, и ты боишься, что будет снова, если ты… что-нибудь сделаешь.

Он на миг остановился, не глядя на нее.

— Так вот в чем твой секрет.

— Я просто ничего не предпринимаю. В этом нет ничего плохого, — отозвался Адам наконец.

Он воткнул по сторонам среднего кома руки-ветки, потом отступил на шаг и оглядел свое творение.

Джози не покидало странное ощущение, как будто где-то во вселенной что-то переменилось. Ей вдруг перестало казаться, что она отдает больше, чем получает. Она вскинула глаза на луну, светившую на Адама из-за заснеженных деревьев, и засмотрелась, точно увидела ее в первый раз, зачарованная ее таинственностью, ее холодным молочным сиянием.

От этого зрелища захватывало дух.

В ту же самую минуту в гостевой спальне в доме Крэмдонов Хлоя перевернулась на бок, взглянула на луну за окном и почувствовала точно такую же перемену.

Она сунула руку под подушку, чтобы удобнее было лежать, и замерла. Там что-то лежало.

Она приподнялась на локте и выудила из-под подушки книгу.

«Полная энциклопедия домовладельца».

Хлоя снова улеглась на подушку, глядя на книгу. Наконец-то это оказалось что-то, не имеющее отношения к ее личной жизни. Она словно получила награду. Хлоя обхватила книгу обеими руками и прижала к себе, глядя в холодную, безмолвную ночь.

Глаза у нее сами собой закрылись, и она уснула.

ГЛАВА 11

САХАРНЫЕ СЕРДЕЧКИ

Наутро Дня благодарения в комнату Джози ворвалась Маргарет.

— У нас на дворе стоит снеговик! — сообщила она таким тоном, как будто на их участок вот-вот обрушится всемирный потоп.

Джози уселась в постели, взъерошенная со сна и одеревеневшая после вчерашней возни в снегу, и первым делом бросила взгляд на гардеробную, чтобы убедиться, что дверь закрыта.

Маргарет прошествовала к окну.

— Полюбуйся!

Джози выбралась из кровати и подошла к матери. Пейзаж радовал глаз нетронутой первозданной белизной снежного одеяла, покрывавшего все вокруг… кроме двора перед их домом. То, что творилось там, нельзя было передать словами: снег был весь истоптан, там и сям громоздились высокие неровные кучи, а довершал картину рыхлый кособокий снеговик, словно выдавленный из баллончика со взбитыми сливками.

А шею его украшал голубой шарф Адама.

Джози сжала губы, чтобы не улыбнуться.

Должно быть, он сделал это уже после того, как она ушла в дом.

— Тебе что-нибудь об этом известно? — подозрительно спросила Маргарет.

— Я ни разу в жизни не делала снеговиков, а этот выглядит так, как будто у того, кто его слепил, богатый опыт.

— Кто мог так с нами поступить? Вызови садовника, — бросила Маргарет, удаляясь. — Скажи, пусть придет и разровняет нам снег.

Джози не нашлась что сказать. Пусть придет и разровняет нам снег?

Вдруг где-то в комнате раздалась негромкая трель, и Маргарет застыла на пороге. Сердце у Джози ушло в пятки. Она покосилась на свою сумочку.

— Что это? — осведомилась Маргарет, озираясь вокруг. — Что это за звук?

Джози подошла к сумочке.

— Это… э-э… мобильный телефон.

— Ты дала номер кому-то из посторонних? Кому?

— Ее зовут Хлоя Финли, она моя подруга.

Джози вытащила телефон. Она понимала, что рано или поздно Маргарет обо всем узнает, но надеялась, что это случится когда-нибудь потом. Хотя бы после того, как будет немного подзабыта история с несчастной, оставленной на произвол судьбы в салоне красоты матерью.

Лицо Маргарет окаменело.

— Финли? Так вот с кем ты встречаешься?! Кто рассказал тебе о ней?

— Что ты такое говоришь? О чем мне должны были рассказать?

— Ни о чем.

Маргарет развернулась и поспешно удалилась.

Джози ответила на звонок, провожая мать взглядом.

— Да?

— Счастливого Дня благодарения! — послышался в трубке голос Хлои. Такой веселой Джози ее за все время их знакомства еще не знала. — Джози, ты не поверишь! Я покупаю дом! Тот самый, на Летней дороге!

Джози потерла глаза ладонью.

— Что? Правда? Но как?

— Вчера я познакомилась с хозяевами. На самом деле мне пришлось заночевать у них из-за снегопада. Долго рассказывать. В общем, они только что решили снизить цену на дом. И согласились продать его мне!