Поднять перископ (ч 1-4) - Лысак Сергей Васильевич - Страница 124

— Но зачем он вам?!

— Приказано вести с собой, адмирал что-то задумал. И нас предупредил, что если только «Косатку» встретим, направить ее к нему. Чтобы лишний раз радиотелеграф не задействовать. Поэтому, Михаил Рудольфович, не смею задерживать. Чаю выпьем после…

Отвернув от «Аскольда», «Косатка» направилась в сторону дымившей эскадры, которая, в отличие от трех крейсеров, ведущих разведку и следующих переменными курсами, выдерживала генеральный курс и подстраивалась своей скоростью хода под тихоходный «обоз». Оглядев в бинокль строй эскадры, Михаил понял, что головным идет «Петропавловск» под адмиральским флагом, а за ним «Полтава» с «Севастополем» и «Победа» с «Пересветом» и «Амуром», за которым следовала колонна транспортов. В арьергарде «Баян» с «Дианой», а вокруг выстроились миноносцы. Подали сигнал прожектором с просьбой разрешить подойти к борту. С «Петропавловска» сразу ответили.

— Ваше высокоблагородие, нам приказ подойти к борту «Петропавловска»!

— Вижу, братец. Ну что же, подойдем. Узнаем, для чего мы командующему понадобились…

А между тем, на мостике флагманского броненосца командующий пытался разглядеть в бинокль «Косатку». С «Аскольда» уже сообщили о встрече по радио, но низкий силуэт подлодки, к тому же выкрашенный в камуфляжную окраску, терялся в темно-серых волнах Желтого моря. Погода пока не баловала ярким солнцем и гладкой лазурной поверхностью, какая бывает летом. И в данный момент это было очень на руку «Косатке», которая благодаря низкому силуэту и камуфляжной окраске становилась практически невидимой. Но вот мигнул сигнал прожектора, о чем сразу доложил сигнальщик. Макаров поднял бинокль и стал смотреть в указанном направлении. Не сразу удалось обнаружить рубку лодки, возвышающуюся над водой, а низкий корпус был вообще почти неразличим на фоне моря.

— Ай да Корф! Надо же такое чудо сотворить! Ведь «Косатку» практически не видно!

Как оказалось, начальник штаба, контр-адмирал Молас, тоже с интересом рассматривал в бинокль приближающуюся субмарину.

— Да, Михаил Павлович. Надо признать, что идея Корфа с окраской оказалась очень эффективной. Правда, тут большое влияния на эффект «невидимости» оказывает также очень низкий силуэт и полное отсутствие дыма. Но факт остается фактом. Обнаружить «Косатку» в такую погоду можно только на сравнительно близком расстоянии даже в светлое время суток. Про сумерки и ночь вообще говорить не приходится. Теперь не удивляюсь успешным ночным атакам Корфа.

— А если таким же образом покрасить миноносцы и установить на них дизель-моторы, чтобы избавиться от дыма?

— Тут много проблем в самих дизель-моторах, Михаил Павлович. Те, которые стоят на «Косатке», не могут обеспечить ей скорость хода свыше пятнадцати узлов. Нужны моторы меньшей массы при сравнимой мощности. Корф, кстати, подал интересную идею. Устанавливать дизель-моторы не на наши миноносцы, а на специально построенные небольшие катера, которые должны нести два минных аппарата и одно — два небольших орудия и пулеметы. Благодаря особой конструкции корпуса, эти катера должны обладать скоростью хода порядка сорока узлов и выше в тихую погоду.

— Сколько?! Сорок узлов?! Но ведь это невозможно!!!

— Я поначалу тоже так считал. Но Корф все объяснил и доказал на бумаге. В обычном, так называемом водоизмещающем состоянии, этого добиться трудно. Но при определенных обводах корпуса и при достижении определенной скорости наступает так называемый эффект глиссирования, и корпус частично выходит из воды. Правда, для достижения этого нужны дизель-моторы небольших размеров и сравнительно большой мощности. Тут дело за Нобелями, пусть стараются.

— Степан Осипович, и откуда этот самородок Корф взялся?! Может, у него еще какие ценные идеи есть?

— Может, и есть. А откуда взялся? Из народа, Михаил Павлович. Русская земля богата на Кулибиных. И если бы их не гнобили наши чиновники, то они добились бы многого. Ведь Корфу удалось реализовать свой проект исключительно потому, что его дед по материнской линии — весьма состоятельный человек. И не пожалел вложить свои деньги в это крайне рискованное предприятие, которому все предрекали полный провал и от которого Морское министерство отказалось сразу. Результат — вот он, перед нами. А также на дне Желтого и Японского моря.

— Да уж… Сказал бы кто раньше… Именно поэтому Вы и предоставили Корфу полную свободу действий?

— Да. Наша задача — не мешать Корфу. Надо признать, что он — уникум. И то, что удалось ему, не удавалось еще никому. Он лучше всех нас, вместе взятых, знает, как максимально эффективно использовать «Косатку» в войне с японским флотом. Я читал его инструкции по управлению субмариной и ее боевому применению, написанные во время пребывания в Порт-Артуре. Со всей ответственностью могу сказать, что мы стали свидетелями зарождения новой тактики ведения морского боя. И его работы станут хорошим учебным пособием для наших подводников.

— Подумать только… Представляю, сколько врагов под шпицем он уже нажил.

— Увы, здесь Вы правы. Но государь признал целесообразность создания подводного флота, поэтому все эти недоброжелатели дружно поджали хвост…

Переговариваясь, два адмирала наблюдали за быстро приближающейся «Косаткой». Вот уже вскоре стало возможно разглядеть людей на мостике. Кто есть кто, пока трудно понять, так как все одеты в специальную «непромокабельную» робу. Интересно, как там себя Кроун с Колчаком чувствуют? Не передумали становиться подводниками? Да и корреспонденты газет тоже. Но для них то поход на «Косатке» — разовое удивительное приключение, о котором они будут помнить всю жизнь.

Михаил тоже внимательно рассматривал мостик «Петропавловска» и обнаружил двух адмиралов, стоящих на крыле. Рядом стояла группа офицеров, и все рассматривали приближающуюся «Косатку». Кроун, Колчак и оба корреспондента стояли на мостике лодки. Корреспонденты что-то строчили в блокнотах, а офицеры с улыбкой и некоторой долей пренебрежения поглядывали на дымившие впереди броненосцы. Михаил понял — люди ощутили себя принадлежащими к клану п о д в о д н и к о в. Он сам когда-то прошел через это. Дальнейшие реалии показали жизнь подводника в истинном свете, но вот этой первоначальной эйфории не минует практически никто. Дай бог, чтобы они не ошиблись в своем выборе…

Тем временем, «Косатка» вышла на траверз «Петропавловска», развернулась и легла на параллельный курс в паре десятков метров от борта броненосца, уравняв с ним скорость хода. Михаил доложил о выполнении задания. После обмена приветствиями и ряда дежурных вопросов о состоянии корабля, Макаров наконец-то разъяснил суть такой странной задержки лодки возле Чемульпо.

— Михаил Рудольфович, вам передадут пакет. Вскроете его, как разминетесь с эскадрой. Сейчас вы нужны здесь. Уверен, что японцам уже известно о разгроме конвоя и об уничтожении «Ицукисимы» и «Хасидате». Ведь все миноносцы, которые их сопровождали, сумели ускользнуть. В связи с этим я не удивлюсь, если вскоре появятся главные силы Камимуры. На него и так оказывают сильное давление, упрекая в бездействии и таких страшных потерях. И если он будет продолжать прежнюю тактику, то может быть просто смещен с поста командующего флотом за трусость и несоответствие должности и тогда ему останется только совершить обряд харакири. Поэтому, вполне ожидаемо появление в с е г о японского флота. И у вас есть хорошая возможность подкараулить его в засаде. Мы нанесем удар по Чемульпо. А вы оставайтесь здесь и сообщите нам о появлении японцев. Тем более, вы их обнаружите гораздо раньше, чем они вас. Думаю, Камимура догадывается, что мы ушли к Чемульпо. Ведь японские миноносцы, без сомнения, опознали «Амур». А кроме как для минных постановок у вражеских портов нам его брать с собой незачем. И поскольку возле берегов Японии он не появлялся, то мины должен выставить, скорее всего, возле Чемульпо.

— А если японцы не появятся, Ваше превосходительство?

— Тогда дождетесь нашего выхода, и дальше действуйте в соответствии с инструкцией в пакете. Задача ясна?