Каникулы озорницы (ЛП) - Бернард Рене - Страница 12

На следующий день Вайолет была желанным спасением от миссис Вульф и её мопсов. Кузины сбежали в оранжерею, к пальмам в горшках и растениям, где Вайолет потчевала свою младшую подругу восхитительными историями своего первого сезона в свете.

— Танцы — самая лучшая часть, — уверяла её Вайолет. — Я даже стоптала несколько пар туфель, можешь себе представить?

— За один вечер? — спросила Алисса, намеренно преувеличивая своё равнодушие в надежде, что Вайолет рассмеётся и сменит надоевшую тему.

Её тактика потерпела поражение.

— За несколько ночей, глупенькая! Не то чтобы они были рассчитаны на большее, кстати говоря. Есть что-то волнующее в том, чтобы пожертвовать модным и прелестным клочком шёлка и лент ради удовольствия танцевать.

— Или ради того, чтобы торговцы обувью заработали больше денег?

Вайолет задохнулась от ужаса:

— Алисса! Ты не должна говорить такие вульгарные вещи! Коммерция неподходящая тема для дамской беседы.

— Не понимаю, почему практическое понимание торговли обувью вызывает отвращение. — Алисса прикусила нижнюю губу и решила, что вопрос не заслуживает битвы. — Но я уверена в твоей правоте. Я постараюсь запомнить твой совет.

Выражение лица Вайолет смягчилось, и она взяла Алиссу за руку:

— С тобой всё будет хорошо. Кроме того, ты счастливица. Ты можешь выкраситься в синий цвет и поджечь волосы и всё равно сможешь подцепить мужа.

— И как я смогу это устроить?

— Твоё приданое, глупышка! — Вайолет выпустила её руку. — Тебе простят всё.

— Как утешительно.

Если обсуждение коммерции вульгарно, то почему торговля моим состоянием и моим будущим менее оскорбительно?

— О, не будь такой кислой. В конце концов, у тебя есть преимущества, за которые другие девушки готовы умереть, и когда речь идёт о браке…

— Ах, вот вы где, мои дорогие! — прервала их миссис Вульф. — Я говорила Вашему отцу, что вас будет просто не разлить водой.

— Простите, что я монополизировала её, миссис Вульф, — сказала Вайолет, не пугаясь её вмешательства. — Мы планируем вечеринку для кануна Рождества.

Алисса вскрикнула, шокированная этой ложью, но её голос был заглушён более громким одобрением миссис Вульф:

— Как очаровательно! Какие же планы?

— Развлечения.

— Какого рода развлечения? — не отставала миссис Вульф, явно заинтригованная. — Игра?

— Небольшое музыкальное представление. — Вайолет нагнулась, чтобы погладить одного из мопсов. — У Алиссы чудесный голос, и мы думали, это было бы отличный сюрприз для её отца.

Мопс залаял, и миссис Вульф засмеялась собачьему восторгу:

— Замечательно! Что ж, если это секрет, я, естественно, буду молчать. Пойдём, Бинкли, оставим леди наедине с их планами и замыслами.

Как только миссис Вульф оказалась вне зоны слышимости, Алисса не удержалась:

— Почему ты ей солгала? Музыкальное представление? Ты серьёзно?

— Маленькая инсценировка! Твоему отцу будет приятно, и я уверена, что ты будешь выглядеть очень мило. Ты же поёшь, не так ли?

У Алиссы отвисла челюсть, она остолбенела от надвигающейся катастрофы:

— Что-то вроде этого, но не…

— Прекрасно! — Вайолет олицетворяла собой спокойствие. — Твой отец не ожидает многого, и у меня есть замечательная идея насчёт наших костюмов. Они будут прелестно смотреться во время песни. Я буду играть на фортепиано, и это будет нечто вроде дуэта.

— Костюмы?

— Конечно! Ты официально хозяйка приема, и ожидается, что ты будешь проводить вечерние торжества.

— Да, но подразумеваются обычные игры, или проследить, чтобы не закончился глинтвейн. Я не уверена, что я…

Вайолет подняла бровь, её взгляд был вызовом чистой воды:

— Не говори мне, что стесняешься.

— Стесняюсь не совсем то слово, которое я бы выбрала. Я просто… не сценична.

Что было глубоким преуменьшением, но Алисса была не готова признать поражение.

— Но я тоже буду выступать. Это не то же самое, если я в одиночку брошу тебя на растерзание волкам, кузина.

Как раз именно такое чувство.

— Разумеется, не бросаешь. Ты просто застала меня врасплох.

Вайолет хихикнула:

— Будет весело!

— Весело, — без выражения повторила Алисса. До вечеринки оставалось ещё два дня. До этого момента она только слегка нервничала из-за собравшихся гостей. Девушка предвкушала оживлённый вечер со святочными играми. Но теперь она размышляла над тем, что насморк был бы её единственным спасением.

Вайолет драматически вздохнула:

— Я собиралась рассказать тебе о своей идее до того, как внезапное появление миссис Вульф напомнило мне о ней. Кроме того, я не хотела, чтобы она узнала, что мы говорим о замужестве. Она могла оказаться свахой! В конце концов, разве у неё нет племянника или двух, затаившихся в Котсуолде?

— Только один, — проговорила Алисса, содрогаясь при этой мысли.

— Ставлю на то, что он сильно смахивает на мопса, — заговорщически шепнула Вайолет, и обе рассмеялись.

Алисса встала:

— Пойдём, я должна узнать, чего хотел мой отец.

— Спасения от миссис Вульф, не иначе! — Вайолет грациозно поднялась, следуя за ней.

— Вайолет, пожалуйста! Они старые друзья, и ничего больше. Она едва ли… имеет виды на него.

— Я ни на что не намекала. Моя мать всегда утверждала, что давным-давно ему следовало снова жениться. Просто загадка, почему он не сделал этого.

— Никакой загадки, — Алисса повернулась спиной к кузине. — Мои родители очень сильно любили друг друга. Однажды испытав такую любовь, вряд ли кто-то согласится на меньшее.

— На меньшее? — Вайолет была явно настроена скептически. — Я бы не подумала, что так романтична.

— Я не романтична!

— Так ты полагаешь, что неправильно вступать в брак без большой любви?

Алисса скрестила руки, защищаясь:

— Мы говорим о моём отце.

— А теперь давай поговорим о тебе.

Как выпутаться из этой ситуации?

— Эта тема вряд ли представляет интерес. Я не настолько глупа, чтобы ожидать, что мужчина начнет растекаться лужицей, когда я захожу в комнату.

— А чего ты ожидаешь?

Вопрос довольно простой, но он заставил её заколебаться. Миссис Харрис объясняла очень подробно, какими коварными могут быть общественные дебри, и что любовь чаще является в облике жестоких охотников за приданым, чем добросердечных героев. Но Алисса видела любовь своих родителей и втайне надеялась на собственное чудо. Всего лишь год или два назад девушка решила, что выбирая между угрозой охотников за состоянием и браком не по любви, она предпочтёт управлять домом своего отца и превратиться в счастливую чудаковатую старую деву. Миссис Харрис в этом была права. Лучше жить независимо, чем лишиться всего из-за неправильно выбранного мужчины.

— Я ожидаю, что, несмотря на то, что в этом не будет моей вины, стану величайшей катастрофой этого лета. Я уверена, что познакомлюсь со множеством интересных людей, и, когда всё закончится, думаю, у меня будет увлекательный дневник, чтобы некоторое время поразмыслить над ним.

— Э… м-м-м, — Вайолет, казалось, лишилась дара речи.

Осмелев, Алисса продолжила:

— Что касается любви всей моей жизни, поверь мне, Вайолет, я не питаю иллюзий. Он меня не заметит, пока не споткнётся об меня, и даже тогда, я уверена, он просто испытает удовольствие, рассказывая друзьям о забавной молодой женщине, с которой однажды столкнулся.

— Только если он не поклянётся сохранить это в тайне, — прозвучал из-за спины голос Лиланда, и Алисса замерла не месте.

— Мистер Йетс! — Она развернулась к нему лицом. — Я думала, Вы катаетесь верхом.

— Погода загнала меня внутрь, — он выглядел недовольным.

Вайолет толкнула её в спину, и Алисса поняла, что час настал.

— Позвольте мне представить мою кузину Вайолет Хорнер. Она приехала только вчера, поздним вечером.

Вайолет произвела идеальный реверанс, её лицо порозовело, подчёркивая прелестный цвет лица, и у Алиссы живот свело от ужаса. Они были бы прекрасной парой, красота её кузины на фоне его смуглых черт.