Аватара - Андерсон Пол Уильям - Страница 63

Лоуэс поджал губы.

— Я хочу знать все. Почему вы не сообщили об этом раньше?

— Разве мы не должны были соблюдать молчание? Мы не преступники, капитан, а законнопослушные граждане, стремящиеся попасть домой и обелить свои имена. Хотелось бы знать, в какой чертовщине нас сумели обвинить… хорошо, если вы хотите, я передам соответствующие части судового журнала, показания контрольного пульта.

Это были шедевры, знал Бродерсен, и тем не менее предъявлял с нелегкой душой. Как шкипер, он должен был говорить — навешивать противнику на уши лапшу, так долго, как только удастся… тем временем Джоэль, Сью и законы физики вели корабль вперед.

У него оставалось примерно двадцать минут или около того до следующего ускорения. Пилоты должны будут действовать на максимальной скорости, забыв про безопасность, ведь здесь нет никаких норм.

Новое ускорение.

— Остановитесь, «Чинук»! Вы обезумели?

— Управление обезумело, вот в чем дело.

— Я не могу больше верить вам.

— Попросите ваших компьютерщиков проверить информацию, которую мы посылаем. Пусть они проверят ее по-настоящему. — Бродерсен выиграл и эту стычку.

Двигатель умолк. Дэн повис словно во сне. Пот срывался с лица россыпью шариков. Пиджин, наверное, тоже как ночное небо, покрытое звездами. Поглощавшее пот белье тем не менее промокло и его знобило. Время тянулось. На экране вновь проявился Лоуэс.

— Мой инженер утверждает, что ваш материал не имеет смысла. Весьма возможно, что это подделка. Вы пытаетесь бежать.

— Куда бежать?

— Мне безразлично. Бродерсен, или вы немедленно поворачиваете назад, или мы стреляем!

«Теперь к плану».

— Подождите, капитан Лоуэс, подождите полсекунды. Вы поставите под угрозу свою миссию и карьеру. Одумайтесь, пока не поздно.

— О чем вы болтаете?

— Я не болтаю. Прошу заметить, что я говорю, весьма тщательно выбирая слова. Медленно и кратко, как только умею. А теперь возьмите себя в руки и слушайте. Вы можете потратить несколько минут, чтобы спасти не только свою любимую попу но и, быть может, седалища ваших начальников?

— Ну… — Лоуэс поперхнулся. — Давайте выкладывайте.

— Я так и сделаю. Согласен, мы лгали вам и покупали себе время, чтобы зайти поглубже. Это было необходимо. Видите ли, за нашим арестом кроется нечто большее, чем простая судейская ошибка. Хотите послушать?

— Нет! У меня приказ!

— Вы знаете, что разговор может оказаться небезопасным для вас. Но нам нечего терять. Повернув к Фебу, мы направимся к собственной смерти. Но, выйдя в Галактику, получим самый крохотный шанс обнаружить где-нибудь помощь. Конечно, мы не рассчитываем на это, но у нас будет несколько лишних лет жизни, пока хватит припасов. Я сомневаюсь, что этот факт встревожит ваших боссов. В любом случае они будут рады отделаться от нас таким дешевым способом.

— Мои приказы утверждают, чтобы вы отправлялись на Феб, или вас следует убить. Если вы не повернете немедленно, то не получите и часа из тех лет, о которых говорите. 

— Мы тоже вооружены, капитан, и способны отражать ваши ракеты. Но тем временем будем передавать — на испанском языке, по видео, с полной мощностью. Неужели вы уверены, что на борту «Коперника» не услышат нас? А что, если найдется еще один космический корабль? Мощности передатчика достаточно, чтобы нас услышали в девяти миллионах километров отсюда. Наша повесть приведет к падению некоторых больших людей. В подобных случаях они прихватывают за собой мелюзгу. Я бы хотел, чтобы вы позволили мне поговорить с вами, Лоуэс.

— Нет. — Мука на лице. — Что вы хотите еще сказать, прежде чем мы начнем стрелять?

— Ну что ж, у меня есть предложение. — Бродерсен вложил в эти слова всю свою силу. — Обратитесь к Земле и спросите, что делать. Мы, конечно, будем лавировать. Но вы знаете, сколько времени отнимает правильный переход, а нам бы хотелось выйти в планетной системе возле Т-машины, а не посреди межзвездного пространства.

Примерно это выглядит так: мы должны пройти от маяка к маяку, — лучше, чтобы их было больше, и от последнего направимся прямо внутрь. У нас есть время для разговора. Но если вы не будете стрелять, мы промолчим.

— Ну знаете ли… у вас нет права заключать сделки.

— Тем не менее я предлагаю ее. Выслушайте меня. Я просто хочу, чтобы вы передали свою весть не в тот кабинет, из которого вы получили этот приказ, а своему собственному начальству. Изложите ему вопрос и узнаете, что оно будет удивлено происходящим.

— Мы соблюдаем требования секретности.

Бродерсен вздохнул. Он не ожидал ничего другого.

— Ну хорошо, как хотите. — И громче:

— Ну все-таки переговорите!

Через какое-то время он выиграл и этот спор. Экран моргнул, и Бродерсен рухнул, тяжело дыша: потребуется три четверти часа на переговоры через релейный спутник между Т-машиной и Землей. К этому времени «Чинук» глубоко погрузится в транспортное поле.

Звезды волновались. Дэн пошевелился и проговорил в интерком:

— Вы слыхали, мальчики и девочки? Мы уже зашли достаточно глубоко. Радуйтесь.

Послышались редкие довольные разговоры. Кейтлин прозвенела аккорд на своем сонадоре и объявила:

— Ты ведешь нас, Дэниэл.

— Не я, это сделали все вы, — отвечал он. — Пиджин, я люблю тебя.

— Подожди, уже доберусь до тебя, — отвечала она со смехом. Джоэль слушает… такт заставил разговор умолкнуть. Звучали лишь отрывистые слова, по большей части функциональные. Вкусы в музыке различались настолько, что исключали общий концерт. Все оставались на своих постах — в одиночестве. Бродерсен вспомнил свое последнее свидание с Кейтлин; первый раз тянул на двенадцать баллов по шкале Бофорта, второй был столь же мягок, как тот предрассветный последний союз в пещере у подножия горы Лорн… Он даже вздремнул. Переменивший направление корабль пробудил его, израсходовав на это вспомогательное химическое топливо, ядерное удерживало их на своем пути.

Он был бодр как кот, когда Земля дала ответ.

Он прозвучал в голосе Дозсы:

— Ракеты!

«Значит, решили убивать, — понял Бродерсен. — Квик или тот, кто руководит с другой стороны, опасаются, что у нас есть план».

Оставалось только сидеть, сжав кулаки: останутся они в живых или нет, это уже от него не зависело. С высоким ускорением торпеды пересекли разделяющее корабли расстояние за пару минут, меняя при этом вектор полета с изменяющимся интервалом, чтобы запутать систему заградительного огня, и уже приближались к «Чинуку». Никто не надевал космических комбинезонов. Если возле корпуса взорвется ядерная боеголовка, их ждет конец.

Бродерсен следил за выхлопными струями, серебристыми и узкими. Сенсоры впивались в приближающиеся ракеты. Компьютер экстраполировал, Зарубаев отлично настроил систему. Огонь вспыхнул во тьме, когда насыщенные энергией лазерные лучи нашли свои цели. Праздничное «все чисто» сообщило людям, что они не умрут в ближайшие несколько секунд. Корабль вздрогнул. Это фон Мольтке запустила свои ракеты, выполняя свою прямую обязанность переиграть живого противника.

«Чинук» не только превышал «Альхазен» по размеру, он был и вооружен лучше сторожевика. Наблюдательные корабли по сути дела не предназначались для боя. Оружие их — память о Бедах и тех беспричинных страхах, которые старательно углубляла фракция Квика.

Корабль повернул вокруг Бродерсена, направляясь к следующей полетной станции.

Вспышки в небе.

— Стрелок капитану, — проговорила фон Мольтке. — Они останофили наш барраж.

— Мы на это и рассчитывали, — отвечал он ей. — Это только урок. Стеф, ты в контакте… о'кей, включи меня.

Он намеревался повторить свою первоначальную угрозу, выторговать спасение своего экипажа. Бродерсен не желал опять убивать людей, лишь исполняющих собственные обязанности по своему мнению. Звезды начали медленно вползать на экраны. Скоро они окажутся в столь изогнутой области пространства-времени, что ни одна ракета не сумеет достать их. Конечно же, и любой, переданный отсюда сигнал окажется безнадежно искаженным. Хорошо, все будут удовлетворены… похоже.