Денис Котик и орден бледных витязей - Зорич Александр - Страница 81

– Нет, не просто. Были еще три причины: этот проклятый трансформатор, который превратил меня в дракона, мое искусственное солнце и, конечно же, тайна вашего друга Тихуана-Шушкида-Масу-Масу. Во-первых, я думал, что действие трансформатора закончится само собой и я снова стану человеком. Но не тут-то было! Если бы все шло, как я рассчитывал, то уже к моменту вашего появления я был бы никаким не драконом, а самим собой. Но потом я повторил химико-магический анализ остатков трансформатора и пришел к выводу, что мне нужно срочно предпринять самые решительные действия, если только я не хочу остаться драконом навсегда.

– Вы решили, наверное, изготовить какое-то зелье? – спросила Леся. – Какой-нибудь обратный трансформатор?

– Точно. Такое зелье называется нормализатором. Но к каким бы рецептам я не обращался, все время выходило, что у меня под рукой нет то одного, то другого компонента. Даже для самого простого рецепта не хватало специальной минеральной воды, ближайший источник которой находится в горах Копейкина острова. Так начала вырисовываться необходимость путешествия в Хрульский Халифат... Ну, по поводу солнца я подробно рассказывать не буду – скажу лишь, что я решил воспользоваться представившейся возможностью и проверить возможность запуска моего светила дистанционно. Что же до вашего друга из числа хомо элефантикус, я, признаться, сразу сообразил, что именно за ним гонятся бледные витязи. И что у него есть некая очень ценная магическая вещь, назначение которой, впрочем, оставалось для меня загадкой. А ведь Копейкин остров находится почти точно в центре Архипелага и туда стекается множество слухов и сплетен! Значит, рассудил я, путешествие в Хрульский Халифат повышает мои шансы узнать тайну Тихуана-Шушкида-Масу-Масу!

– Вы настоящий ученый, – уважительно сказал Максим. – Сразу видно, привыкли крепко обдумывать каждый шаг...

– Только так и следует поступать, молодой человек, если вы хотите добиться чего-то в этой жизни, – наставительно сказал Хитроцельс. – Вообще, вы могли бы многому у меня научиться!

"Ну вот, – подумал Денис, – нам сейчас только двухчасовой читки не хватает о том, как именно нужно быть прилежными, внимательными и любознательными".

Чтобы поскорее увести волшебника в сторону от этой скучной темы, он сказал:

– Совершенно верно! Мы обязательно возьмем вас в качестве примера! Но для начала нам надо как можно больше о вас узнать! Вот например: как же вы смогли добраться от До Свиданья до Копейкина острова? Наверное, между островами есть какой-то секретный подводный туннель? Вроде Туннеля Тысячи Капель?

– Если бы такой туннель был, я обязательно рассказал бы о нем при первой нашей встрече, – строго сказал Хитроцельс. – Я, конечно, не какой-нибудь добрый волшебник, который нанимается помогать всякому встречному и поперечному... Но моя честь выдающегося ученого пострадала бы, если бы я утаил от вас такое удобное и надежное средство передвижения, как туннель! Нет, во время путешествия к Копейкину острову меня выручили две вещи: во-первых, крылья, которыми наделен любой приличный дракон и я в том числе; и, во-вторых, везение, – тут волшебник широко улыбнулся, обнажив зубы, которым позавидовали бы и бойцовые коты царя Колобка.

– Вот бы не подумал, что такому серьезному ученому, как вы, тоже время от времени приходится полагаться на везение, – заметил Максим.

"Да наш Макс в него просто влюбился!" – подумал Денис, многозначительно переглянувшись с Лесей, которая, по всему было видно, думала о том же самом.

– Представьте себе, мой друг, иногда приходится. Это, кстати, не красит меня как серьезного ученого и в этом – запишите себя где-нибудь, а то забудете, – я не рекомендую вам брать с меня пример... А случилось со мной вот что: дождавшись, когда бледные витязи оттаяли и улетели прочь и завершив свои работы по искусственному светилу, я собрался в путь. Я взял с собой термос для минеральной воды, несколько видов магических компасов и, поразмыслив, две одноразовых куртки-утайки. Это такая одежда, надев которую, с виду превращаешься в кого угодно – хоть в хруля, хоть в человека, хоть в королевского эльфа. Я дождался устойчивого попутного ветра и полетел. Драконы летают очень быстро, поэтому я еще до наступления темноты достиг Колокольного пролива. Там я передохнул на прибрежных скалах и полетел дальше, к Копейкину острову. Однако ветер неожиданно переменился – из попутного стал боковым, а потом и встречным. Да и я, как оказалось, переоценил свои силы. Точнее, силы дракона, которые, конечно, несравнимо превышают человеческие или, скажем, птичьи. Но поскольку я не мог взять с собой чересчур много провизии, а воровать овечек на пастбищах возле Колокольного пролива посчитал ниже своего достоинства, примерно на середине пути я понял, что у меня просто нет больше сил. А тем временем на море спускалась ночная тьма...

– Ужас какой... – прошептала Леся. Ей представилось недоброе студеное море, черное небо с синей полосой на западе и одинокий дракон – если подумать, совсем крошечный перед лицом бескрайней стихии.

– Да, ужас, – кивнул Хитроцельс. – Я ругал последними словами свою самонадеянность! Я страшился встречи с ледяной водой и скользкими щупальцами морских гадов! А пуще прочего, конечно, я сокрушался, что, если мне суждено сгинуть в морской пучине, мир лишится величайшего ученого-волшебника! И никогда не увидит восход Солнца Хитроцельса! Но тут – хвала драконьему зрению! – я приметил на горизонте крошечный парус. Кто-то плыл по ночному морю! Из последних сил я замахал крыльями – так, что они, казалось, вот-вот отвалятся! Мне удалось подняться повыше. Там, на большой высоте, я поймал подходящий попутный ток воздуха и начал осторожно планировать по направлению к неведомому кораблю. Но до спасения было еще далеко!

На этом интригующем месте Хитроцельс прервался и залпом осушил большой кувшин кефира.

Глаза Дениса, Леси и Максима молили о продолжении рассказа. И оно не заставило себя ждать!

– Хуже всего было то, что у меня уже совсем не оставалось сил махать крыльями. Поэтому, хотя я и оказался в конце концов неподалеку от корабля, но дотянуть до него и сесть прямо на палубу мне не удалось. А кроме того, на корабле меня попросту не видели! Я плюхнулся в воду и начал кричать "Спасите! Помогите!". Я видел, что по палубе мечутся люди и хрули с факелами и пытаются что-то высмотреть на воде. Но я был слишком далеко, чтобы можно было меня заметить среди ночи! И вот тогда я использовал прибор дистанционного запуска своего светила!

– Вы хотите сказать, что именно той ночью запустили Солнце Хитроцельса? – спросил Максим.

– Именно! А кроме того, я, барахтаясь в воде, все-таки умудрился нацепить куртку-утайку и принял вид обычного добропорядочного хруля. Можете себе представить, что решили бы матросы-хрули на борту корабля, если б только увидели среди морских волн дракона! Пусть даже и говорящего человечьим голосом! Уверяю вас, корабль поспешил бы немедленно убраться прочь!

– Удивительное совпадение, – задумчиво сказал Максим. – Выходит, в ту ночь вы спасали себя, а заодно, сами того не ведая, спасли и нас!

– Судьба – большая шутница, молодой человек, – заметил Хитроцельс. – Да, ну а дальше все было уже более-менее просто. Они вытащили меня из воды – вконец окоченевшего. Там, на корабле, я познакомился с сыщиком Шукай-Находи, который оказался удивительным болтуном и хвастуном. На следующий день я был уже на Копейкином острове. Вечером я снял куртку-утайку, вернулся в обличье дракона, слетал в горы за минеральной водой для нормализатора, вернулся в город и тут один из моих магических компасов засек ваше, друзья мои, местоположение. Я незаметно проследил за вами и понял, что вы дожидаетесь "Веселого Голландца". Тогда я вспомнил, что Шукай-Находи как раз хвастался о своем новом заказе на сопровождение "трех денежных мешков", как он сам выразился, на остров Буян. Оставалось только сделать так, чтобы настоящий сыщик остался дома, а я попал на борт "Веселого Голландца" вместо него...